home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


9

Не было и часа дня, когда Тоот выехал со двора виноградарского я винодельческого товарищества. Тех, с кем нужно поговорить, конечно, еще не было дома. Впрочем, нашлось исключение: когда через десять минут он припарковался у красного каменного дома Шандора Варги и вышел из машины, то увидел, что Варгане, помахивая сумкой, поднимается по лестнице. На глухой звук захлопнувшейся дверцы машины она обернулась и с удивлением посмотрела на Тоота.

– Как вы узнали, что я дома? По понедельникам я обычно до трех бываю в школе, но сегодня не состоялось заседание кружка.

Тоот поднялся вслед за нею.

– Я поехал наудачу.

Лицо, которое он сейчас видел перед собой, было, наверное, лет на десять моложе, чем то, которое он видел вчера. Распущенные волосы спускались на плечи, глаза сверкали, на щеках проступил румянец. Сияющая улыбка выпрямила привыкшие к горестному изгибу губы. Все это, несомненно, шло ей. Тоот недоуменно спрашивал себя, что могло вновь разжечь этот угасший костер.

– Заходите, – сказала Варгане и протянула Тооту руку.

Твердым и решительным было пожатие ее маленькой горячей руки.

Комната, куда они прошли, поразила Тоота. Мебели в ней почти не было, если не считать столика на низких ножках, стоящего на желто-красно-коричневом ковре, да большого книжного шкафа вдоль одной из стен. На другой стене висели домотканые салфетки в тон ковру.

– Это моя комната. Присаживайтесь. Тоот смущенно огляделся.

– А стульев вы не держите? Хозяйка рассмеялась.

– Зачем? Гораздо полезнее сидеть на ковре. Я даже ученические работы здесь проверяю, на этом маленьком столике. Будь моя воля, я вообще держала бы в доме лишь самую необходимую мебель. Я люблю свободное пространство.

На Варгане были слегка потрепанные синие джинсы и пуловер с аппликацией. Она выглядела скорее студенткой, чем матерью троих детей. Тоот поймал себя на том, что не может отвести от нее взгляда.

На ковер усесться все-таки пришлось.

Непривычная поза сковывала Тоота, он даже не знал, как начать разговор… Сначала говорили о каких-то пустяках. Потом капитан стал рассказывать о результатах своего расследования; правда, ровно столько, сколько посчитал возможным. Маргит – Варгане попросила, чтобы он называл ее так, – внимательно слушала. Тоот говорил и говорил, потом словно одумался.

– Не знаю, что со мною происходит. Вместо того чтобы спрашивать вас, я вам выкладываю все и вся.

В голубовато-серых глазах его собеседницы заискрился смех.

– Пожалуйста, спрашивайте.

– Прежде всего, что произошло с вами? Со вчерашнего дня вас просто не узнать. Словно вы вчерашняя и вы сегодняшняя – две совсем разные женщины.

– Ничего особенного. Так, мелочи, но приятные. Так бывает, когда внезапно почувствуешь, что направление ветра меняется и заканчивается долгая полоса невезений. Вчера после вашего ухода ко мне заявился Шебештен Селеш и сказал, что окончательно решил купить беркечский дом. И даже деньги принес. Вы и представить себе не можете, как я обрадовалась. Этот дом тяжелым бременем висел на моей шее. Я уже начала думать, что никогда и никому не смогу продать его даже по минимальной цене. Эта сделка полностью поправит наши материальные дела.

– Вы говорите «наши»? Вы все еще рассчитываете па возвращение мужа?

– Я думала о детях. А вообще-то я не делала тайны из того, что собиралась развестись с Шандором, да вот случилось такое…

Тоот хотел сказать, что, значит, Шандор Варга пропал очень вовремя, но воздержался.

– И этих денег было достаточно, чтобы так воодушевить вас?

– Нет. Но произошло еще кое-что… С моим знакомым… мне кажется, он наконец решился ради меня… впрочем, об этом, пожалуй, не будем говорить. Это касается лично меня и… не имеет никакого отношения к вашему расследованию.

– Понятно, – отозвался Тоот и с удивлением отметил, что голос его прозвучал как-то хрипловато.

– Не выпьете ли чашечку кофе?

– Нет, спасибо. И еще я хотел бы попросить вас: покажите мне, пожалуйста, комнату вашего мужа. Надеюсь, там в основном все осталось так, как было до его исчезновения?

– Да. Хотя не думаю, чтобы вы что-нибудь там нашли. Ваши коллеги в свое время тщательно обыскали ее.

– Я не это имел в виду. Каждая комната о чем, о чем, по о привычках и характере своего хозяина может сказать многое.

– Что вам говорит моя комната?

– То, что вы любите свободу и терпеть не можете условностей. И еще кое-что…

– Что именно?

– Лучше я промолчу. Это касается лично меня… Варгане улыбнулась. Она встала и предложила руку Тооту.

– Вы правы. Пойдемте, я покажу вам комнату Шандора. Комната Варги практически ничего не говорила о своем хозяине, и Тоот почувствовал некоторое разочарование, потому что подтвердилось то, чего он боялся: здесь жил человек, который мало времени проводил дома, а посему у него не было ни времени, ни желания создавать тут уют. Такая комната вполне могла бы принадлежать закоренелому холостяку или студенту, снимающему жилье у хозяйки. Стол, стул, кровать. Четыре сосновых доски на прикрепленных к стене металлических кронштейнах служили книжной полкой, на которой стояли книги в цветных переплетах. Тоот подошел поближе и снял одну из книг. Она была на иностранном языке.

– Это английские книги мужа, – пояснила Маргит. – Почти все без исключения – детективы. Когда Шандор начал заниматься английским, то сказал, что хотел бы научиться разговорному языку. Мне, правда, хотелось, чтобы он читал серьезные вещи… Но и это мое пожелание в отношении Шандора окончилось так же, как и все другие. Его как-то больше интересовал легкий жанр. Во всем.

Тоот улыбнулся.

– И давно он начал заниматься английским?

– Примерно пять лет. Когда он только начал заниматься, я попробовала уговорить его изучать немецкий, так как его он смог бы использовать на работе, но он не послушал меня. Сказал, что в той степени, в какой немецкий может понадобиться ему на работе, он его знает.

– А ради чего он стал изучать английский?

– Видите ли, Шандор принадлежит к тому типу людей, которые ни к чему не испытывают подлинной страсти. Случаются лишь какие-то привязанности, которые на более или менее долгий срок овладевают ими. Сначала у пего возникло непреодолимое желание лазать по горам, заниматься туризмом, потом пришли шахматы. На смену им пришла охота. А этим летом, когда мы вместе были по путевке на Балатоне, он решил заняться парусным спортом. Даже купил пособие…

Тоот оглядел стены. Они были пусты. Только в одном углу выделялось на обоях светлое пятно.

– А что за картина тут висела? Варгане закусила губу.

– Это не картина, а плакат. Любимый плакат моего мужа. Я сняла его, потому что мне он не нравился.

– Мог бы я взглянуть на него?

Женщина вышла и через минуту вернулась с бумажным рулоном. Тоот расправил его. Это был снимок с воздуха: зеленые холмы с пальмами, ослепительно сверкающие под лучами солнца белые дома, а вдали – синий, как чернила, океан. И короткая надпись: Малибу.

– Это где-то в Калифорнии. Когда у мужа было плохое настроение, он всегда смотрел на этот плакат. Он мог развлечь его гораздо лучше, чем я или дети. – Маргит снова улыбнулась. – Странно, что прочно стоящий на родной земле человек испытывал ностальгию по чужбине. – Думаете, он душой стремился туда?

– Он любил солнце. Говорил даже, что летом живет вдвойне. Но не думаю, чтобы он туда стремился. Зачем бы ему тогда исчезать? У него есть заграничный паспорт, и он в любой момент мог уехать в Австрию, а оттуда – куда только захочешь.

– Да, это действительно странно. – Поколебавшись немного, Тоот спросил: – А скажите, Маргит, почему вы не выбросили этот плакат?

На лице Варгане появилось насмешливое выражение.

– Потому что, если мой муж все же объявится, это будет ему неприятно. А потом, если бы я выбросила этот плакат, это означало бы, что я знаю, что он не вернется. Не правда ли?

– Но тот факт, что вы сохранили его, может быть и свидетельством вашей хитрости. Как вы смотрите на такой оборот дела?

– Ну а вы что думаете обо мне? Тоот рассмеялся.

– Ничего. И могу еще сказать, что я пока ничего не знаю. – Капитан направился к выходу. – Благодарю вас за терпение.

Маргит снова протянула ему руку.

– Я не задерживаю вас, потому что скоро пойду за детьми. Надеюсь, мы еще встретимся.

– Вполне возможно. Во всяком случае, если вам что-то придет в голову, оставьте мне записочку в мереслекской гостинице. Я там живу.

– Договорились. Моя школа буквально метрах в двухстах от нее.

Тоот стал спускаться по лестнице, когда Варгане вдогонку спросила:

– А вы не хотите заглянуть к Беле Надю? Сегодня он еще здесь. Я встретила его утром.

Поколебавшись немного, Тоот решил последовать ее совету.

Ворота были открыты, капитан вошел во двор и постучал в дверь дома. Она была не заперта, Тоот толкнул ее и оказался в маленькой передней, из которой вели две двери. Он наугад вошел в одну из них – она привела в кухню с выбеленными стенами и каменным полом. Кухня была пуста, на столе лежала груда вымытой посуды. Из кухни дверь вела в комнату. Тоот вошел и увидел, что перед телевизором, на экране которого подобно резиновым мячикам прыгали две маленькие фигурки, отчаянно колотя друг друга, сидели двое мужчин. Оба сразу повернулись в сторону вошедшего. Одним из них был Бела Надь. Второго Тоот никогда не видел.

– Приветствую вас, – поздоровался Надь. – Присаживайтесь. – Потом показал рукой на второго мужчину, проговорил: – А это… – он запнулся, как бы подыскивая слова, – это… мой друг Ласло фон Сабо.

Тоот чуть было не расхохотался, но, взглянув на обладателя такой странной фамилии, постарался подавить смех.

– Честь имею представиться – Ласло фон Сабо, – произнес незнакомец, вставая и протягивая руку.

Он был чуть выше среднего роста, но обладал фигурой с явно избыточным весом: весил он, наверное, около девяноста кило. Толстые конечности, широкие плечи, а протянутая ладонь, казалось, была вырублена из дерева. Коротко остриженные густые темные волосы плотно прикрывали его круглый череп, лицо его было каким-то угловатым: крупный квадратный подбородок, широкий короткий нос, цепкие, далеко посаженные друг от друга светло-карие глаза, отливающие холодным блеском, несмотря на то, что узкогубый рот растянулся в улыбке. Тоот также представился.

– Вы не венгерский гражданин? – спросил он.

– Я австриец. Венгр по происхождению. Но поскольку по профессии я – шофер на зарубежных перевозках, то часто бываю здесь.

– Тогда вы, конечно, знакомы с Шандором Варгой? Мужчина равнодушно кивнул.

– Да. Я обычно привозил ему любимое им виски и косметику, думаю, его жене.

Он говорил однотонным голосом, как-то бесцветно; его иностранный акцепт, если специально не вслушиваться, вполне можно было и не заметить. Тоот несколько удивился, что фон Сабо, хотя и понимал, что имеет дело с сотрудником полиции, видимо, совершенно не придавал этому значения.

– Вы хорошо знали Шандора Варгу?

– Не сказал бы. Я езжу в этом направлении только последние два года, и то транзитом. Так что встречался я с ним раз в полтора-два месяца.

– Что вам известно о нем?

– Ничего.

Это слово прозвучало в устах фон Сабо столь решительно, что у Тоота отпало желание спрашивать дальше. Он вдруг почувствовал себя очень усталым: па длившуюся в течение полутора суток безостановочную «гонку по следу» ушел весь резерв его сил.

Фон Сабо уже не стал садиться, а повернувшись к Беле Надю, сказал:

– Так я справлюсь насчет этих вещей. Бела Надь согласно кивнул, потом спросил:

– А ты не хочешь посмотреть схватки полутяжеловесов? Гость пренебрежительно покачал головой.

– Этот петушиный бой меня не интересует. Если бы мне пришлось сейчас надеть перчатки, я бы любого из этих молодчиков уложил еще в третьем раунде. Слабаки!

– Вы были боксером? – спросил Тоот с пробудившимся интересом.

– Да. Профессионалом. Боксировал по десять-пятнадцать раундов.

– И как, успешно?

– У меня на счету семнадцать матчей. Четырнадцать я выиграл нокаутом и три – по очкам. Потом я оставил бокс, хотя как раз стали поговаривать, что я мог бы выступить на первенстве Европы.

– И почему же вы бросили бокс?

– На одном глазу было сорвано веко. Пришлось подшивать. Я решил, что лучше буду иметь меньше денег, но зато буду зрячим.

– И теперь вы мало зарабатываете? Фон Сабо хмыкнул:

– Для вас это было бы много, а для меня маловато. Ну, до свидания, – бросил он, кивнув головой, и направился к двери. Надь последовал за ним.

Тоот в течение нескольких минут посидел перед телевизором и не заметил, как заснул. Очнулся он от того, что Бела Надь тряс его за плечо.

– Что с вами? Тоот протер глаза.

– Ничего, просто устал. С момента нашей вчерашней встречи случилась парочка событий.

И он вкратце рассказал о случившемся с ним за эти полтора дня.

– Одно, во всяком случае, совершенно ясно: что-то очень искали в домике-давильне Варги, и кому-то очень не нравится, что розыск Шандора продолжается. Каково ваше мнение обо всем этом?

– Не знаю, – ответил Надь, покачав головой. – Но боюсь, тут готовятся весьма неприятные вещи. Не нравится мне этот тип с ножом. Исчезновение Шани – это вроде бы в порядке вещей, и все должно бы утихнуть. Но почему-то вдруг всё разбудоражилось? Может быть, из-за вас?

– Возможно. А скажите, вам знаком некий Янош Мачаи? Он живет один на Тёрёкварском холме.

Бела Надь удивился.

– Конечно, знаю. Он в детстве был моим хорошим приятелем. И не только моим, но и Шандора. Видите ли, мы все трое – уроженцы одной местности, и, когда были совсем еще огольцами, нас водой нельзя было разлить. Как это обычно бывает. Но я давно уже его не видел. С тех пор, как он спятил, только один раз.

– Спятил?!

– А как еще вы назовете то, как он себя ведет? Два месяца тому назад я встретился с ним в Мереслеке в универмаге…

– Во вторник.

– Откуда вы знаете? – Бела Надь был заметно удивлен.

– Я много чего знаю.

– Я его радостно поприветствовал, а он стоит как истукан. Пытался поговорить с ним, но это не очень получилось. На прощание я сказал ему, что как-нибудь загляну. Мачаи мне в ответ, мол, он не претендует на это. Ну, и черт с ним! Тоже мне – цивилизованные люди, долго не видевшие друг друга, на прощание обмениваются такими любезностями?!

– Этот фон Сабо привозил Варге только такие мелочи, о которых говорил?

– Не думаю. Полагаю, что там было все – от электрической бритвы до мотора к автомобилю. Но доказать это никто никогда не сможет.

– А я и не собираюсь. Сами по себе партнеры Варги по коммерческим сделкам меня не интересуют.

Бела Надь поднялся с кресла и выключил телевизор.

– Не сердитесь, но я должен собираться: мой поезд уходит через полтора часа.

Тоот понял намек и тоже встал.


предыдущая глава | Частное расследование | cледующая глава







Loading...