home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


45

Дверь захлопнулась, и Турбанов оказался в большой унылой комнате, типа раздутой санаторной палаты, где на узких койках могли бы разместиться человек тридцать, но размещался в ближнем углу только один припухлый субъект в растянутых тренировочных штанах. Он обрадовался Турбанову как родному, сразу подробно заговорил о себе – и больше не замолкал никогда.

Мимоходом выяснилось, что это не кто попало, а тот самый Карагозин, бывший арендодатель реки Волги и обладатель прав на новую версию гимна. Он сидел здесь, в «санаторной» неволе, уже два месяца и всё ждал хоть каких-то утешительных новостей о своей судьбе.

При виде Турбанова мнительный Карагозин решил, что к нему запустили подсадную утку, чтобы его разговорить. Он и сам был рад разговориться – хоть о чём. Во-первых, о национальной идее. Это, конечно, святое. Кто бы спорил! Но конец света не очень практичен с точки зрения концентрации финансовых потоков. Есть риск распыления. «А ведь предлагали шикарную идею – про алмазы. Не в курсе? Я как раз на той оперативке был. В общем, Глузман в Минкосмосе подготовил научную справку. Хотя, возможно, из Интернета скачал. Короче говоря, нашли планету. В два раза больше Земли. Расстояние всего лишь 40 световых лет. Там вся поверхность почвы – алмазы. Чистейшие, сплошняком! По весу – треть планеты. И тут мы раз – на весь мир заявляем алмазный приоритет. Какой проект, а? Можно весь народ воодушевить на годы вперёд. Бюджет грандиозный, финансовые потоки чёткие. А затрат – почти никаких! Ну, только в рекламу побольше ввалить. И потом можно провозгласить, что полёт продлится пять лет. Ну, или семь – как начальство решит».

Но нет же, огорчался Карагозин, выбрали конец света! Суверенный и управляемый, само собой. А раз управляемый, то давайте строить Центр управления и наблюдения. Ну, чтобы, конечно, бункер на большой глубине, бронированный лифт, оптика там дальнобойная. Я взялся, конечно. Ещё и не за такое брался… А потоки-то – тьфу, кот наплакал! Этому откати, этого бери в долю. Все ведь хотят, все до одного. Ну, и меня самого можно понять – я себя тоже не на помойке нашёл, ведь так?

Развивая тему, Карагозин возбуждался, повышал голос и градус упрёка. «А сейчас они, значит, хотят мне лифт пришить! Я вроде как этот лифт украл. Ну да, я согласен, лифта нет. А по смете он был самый дорогой: семнадцать этажей вниз, углеродистая броня, лазерные затворы. Никаких денег не хватит, если каждый миллиард на счету! Все материалы по тройной цене, и чучмеков, гастарбайтеров звать нельзя – секретность… А хозяйственный отдел тоже красавцы! Вместо дальнобойной оптики закупили китайские веб-камеры, самые дешёвые. Говорят: на миллиард. Хотели в главном зале экраны вмонтировать на тысячу квадратных метров – ну, чтобы наблюдать одновременно любой район. В конце концов, обошлись тонированными окнами, они зеркальные с той стороны. Сиди себе в кресле, как в дамском салоне, и наблюдай людские массы в окно. Ладно хоть, снаружи тебя не видать.

Вот вбили себе в голову: “глубинный бункер, глубинный бункер”! Сами сообразили бы: если нет лифта, какая глубина? Здесь вот именно что стеклянный волдырь – глубина мизерная, почти всё на поверхности торчит, и всё на соплях».

Турбанову страшно хотелось спать, он уплывал, погружался на самое дно, потом вздрагивал и всплывал от голоса Карагозина, который всё продолжал говорить. При очередном всплытии Турбанова ужаснул вид плачущего сокамерника: он рыдал в голос, повторяя отчаянным полушёпотом, как он боится, боится, боится пожизненной фрустрации, у них ведь даже фрустраторов нет умелых, одни киллеры самодеятельные – со второго или третьего раза достреливают кое-как! «Передайте, пожалуйста, – умолял Карагозин, – скажите, я свой человек, очень преданный, я лично пригожусь! Попросите за меня – а я, когда выйду, вам двести лимонов на счёт переведу или двести пятьдесят».

Не прошло и полутора суток, как явился вкрадчивый подполковник Фомин и сказал Турбанову с величайшим почтением: «Михал Игнатьич уже прибыли и вас ждут».


предыдущая глава | Свобода по умолчанию (сборник) | cледующая глава







Loading...