Book: Водовороты



Водовороты

Владислав Картавцев, Ольга Борисовна Трофимова

Водовороты

Краткое содержание предыдущих частей

Чуть меньше года назад жизнь Веры Штольц нельзя было назвать образцовой. Она несчастлива и одинока в браке, детей у нее нет, и на работе перспектив тоже никаких.

Да, Вера очень красива, но мало ли кругом очаровательных девушек, настоящих умниц, которые так и не смогли вытянуть свой выигрышный билет! Впрочем, красота – уникальный дар, который может выстрелить в любую минуту. Красота и ум – и того, и другого у Веры в избытке.

В один прекрасный день москвичка Вера едет с подружками в Санкт-Петербург, где случайно знакомится с неприметным парнем, оказавшимся на поверку единственным наследником огромной финансовой империи. Вы скажете, так не бывает! И ошибетесь! Потому что с Верой произошло именно так.

Далее события разворачиваются с бешеной скоростью, и жизнь Веры меняется так стремительно, что порой кажется, всё это происходит не с ней – с кем-то другим. Прошло всего каких-то девять месяцев, и Веру уже не узнать. Она – суперзвезда, она популярна и желанна!

И она все еще формально свободна.

Глава первая. Весна на дворе

– Нет, это – как козе баян! – Вера еще раз скептически окинула взглядом зеркало в тяжелой настенной раме, возле которого приторно улыбался менеджер торгового зала. – Наверное, феодалам тринадцатого века такие изыски нравились, но только не мне!

– Давайте посмотрим что-нибудь еще! – Вера отвернулась и двинулась в противоположный конец зала, где, вроде бы, еще были зеркала. – И почему они все время норовят впихнуть какую-то безвкусицу за неимоверные деньги?

Вопрос, конечно, был риторическим. Норовят впихнуть, потому что работа такая! А задача покупателя – не поддаваться на торговые приёмчики и найти всё необходимое по устраивающей цене.

– Вот это, кажется, мне нравится! – Вера остановилась возле зеркала в однотонной и словно воздушной раме. – Очень стильно и изысканно. И как раз подходит для прихожей. Сколько стоит такое чудо?

В ответ на столь невинный вопрос менеджер скривил физиономию – как будто скушал пару лимонов:

– Боюсь, это слишком дорого для Вас!

– Слишком дорого? – Вера покатилась со смеха и внимательно посмотрела на продавца. – А почему Вы так решили, если не секрет?

– Ну, я не знаю! – менеджер попытался промямлить что-то нечленораздельное. – Ведь это – моравское стекло, стоит две с половиной тысячи евро!

– Да, да, дороговато! – Вера притворно сникла, мысленно фиксируя, как, наоборот, воспрянул продавец. – А что! Вы – молодец, глаз – алмаз и все такое! Кстати, Вы, мне кажется, работаете не слишком давно, что-то я Вас раньше не видела!

– Да, так и есть! – настала очередь продавца немного смутиться. – Но это совсем не значит, что я не разбираюсь в товаре, совсем напротив, я готов сделать все возможное, чтобы Вам угодить, и чтобы Вы ушли от нас с покупкой! Поэтому и предлагаю различные варианты!

– Спасибо, спасибо! – Вера вернулась к центру зала и по-хозяйски плюхнулась на высокий стул рядом с кофейной стойкой. Магазин, который она решила навестить сегодня с утра, чтобы выбрать зеркало, отличался не только широким ассортиментом продукции класса «Элит», но и обслуживанием покупателей по высшему разряду – в частности, кофе и чаепитием, и при желании, разговорами по душам.

– А можно попросить у Вас один капучино? – Вера бросила сумку на стойку и взяла модный журнал – полистать. – А я пока подумаю, что именно мне хочется, вдруг решусь купить что-нибудь в стиле Людовика Тринадцатого, как Вы мне советуете!

– Бесплатный кофе у нас только для VIP-клиентов! – на лице менеджера все сильнее проступало сомнение. – Для остальных – платно и очень дорого!

– Хорошо, хорошо, я заплачу́! – Вера подавила в себе желание рассмеяться во весь голос – ее не узнают, какое счастье! – Только, пожалуйста, в высокий стакан и без сахара, молока уже достаточно! И не забудьте корицу – так, на всякий случай!

Вера посмотрела, как менеджер, недоверчиво качая головой, склонился к кофейному автомату, и углубилась в изучение глянцевых страниц. Журнал назывался «Не фуфло, но роскошь», и, понятно, речь в нем шла исключительно о богатеньких и знаменитых любимчиках фортуны – об олигархах и их временных или постоянных девушках, о дочках министров-капиталистов, об отпрысках губернаторов и мэров городов федерального значения.

«Вчера состоялась презентация последней коллекции модного бренда «Патентованная Русь». На вечер были приглашены известные звезды и деятели шоу-бизнеса. Большой зал «Крокус сити холла» был превращен в подиум, модели красотой затмевали юпитеры, а публика ревела от удовольствия! И это отнюдь не преувеличение!» – прочитала Вера и с интересом принялась рассматривать фотографии знакомых и незнакомых персонажей, удостоивших мероприятие своим присутствием.

– Ага, а вот и Трепанг – стоит со своими любимыми моделями. Уверена, без его укладки не обошлось! Нужно ведь чем-то приободрить раскисшую от перманентного кризиса публику. Кстати, и название мероприятия вполне в тренде: «Они нам санкции, а мы им красоты протуберанцы!» Нужно будет потом расспросить у знающих людей – кто в «Руси» ответственным за рекламу!

– Кофе! – не прошло и десяти минут, как продавец справился с задачей и подал Вере большую кружку с логотипом магазина (капучино с корицей!). – С вас четыреста рублей.

– Спасибо! – Вера протянула ему пятьсот и с удовольствием сделала глоток. Обычно она пила кофе с самого утра, но сегодня не успела – решила поспать чуть-чуть подольше, а когда встала, внизу уже ждал джип с охраной (Вера заранее предупредила, что намерена прокатиться по магазинам, и Тимофей откомандировал в ее распоряжение двух мордоворотов).

– Так, модные новости, модные новости от партнеров, модные партнеры и их не менее модные партнерши! – Вера так увлеклась изучением глянцевых страниц, что не заметила появления нового модного персонажа – с шикарной помпой!

Сперва к входу подкатил «Мерседес-500», из передней двери вышел охранник и открыл заднюю. Оттуда выпорхнула длинноногая мадемуазель в короткой юбке и высоченных шпильках, потом вальяжно вылез господин в белоснежном костюме и широкополой шляпе, мадемуазель картинно захватила его под ручку и они вошли в магазин.

Вера оторвалась от журнала – в сонном царстве зеркал, багетов и люстр от Картье и Сваровски поднялся переполох. Откуда ни возьмись слетелись менеджеры (они, по идее, должны были двигать продажи), выстроились по линейке перед появившимся господином и замерли. Он же скептически осмотрел их, нахмурился и выдернул из массовки главного – того, что общался с Верой.

Вера тем временем допила кофе и собралась уже уходить – отведенное на посещение магазина время подходило к концу. Оформить покупку и все дела! Вера вынула из сумочки телефон и набрала номер охранника в джипе. Не самой же ей тащить понравившееся зеркало в машину – а для чего тогда нужны стальные мужские мускулы? Пусть помогают!

– Ну, что у вас новенького? – классический визгливый фальцет господина в белом рассек сонную тишину торгового зала и заставил Веру оторваться от телефона. Она обратила внимание, что мадемуазель как-то подозрительно долго и пристально ее рассматривает – и сама в свою очередь решила подождать – интересно, чем все это закончится? Явно прибыл босс – наверное, даже большой босс!

– Как обычно, Феофан Леонидович! Не хотите ли чашечку кофе?

– Хочу, но сначала о делах! Докладывай!

– Работаем, Феофан Леонидович, стараемся! Привлекаем клиентов и не отпускаем!

– Понятно! Что ж, это отрадно! И, кстати, а как привлекаете – сетями что ли ловите?

Вера громко прыснула со смеху. Феофан (несмотря на голос, не сильно подобающий мужчине) оказался человеком с юмором – факт!

– Подожди! – Феофан Леонидович обернулся к Вере и мгновенно забыл о подчиненном. На его лице на секунду появилось гневное выражение, почти тут же сменившееся радостным узнаванием.

– Вот это встреча! Вера, неужели, это Вы?

Хозяин магазина (а это был именно он – и не просто одного магазина, а целой дилерской сети и крупной сбытовой компании в Москве) быстро направился к Вере, на ходу вынув из внутреннего кармана пиджака визитку золотого цвета с вкраплениями серебряного.

Вера мысленно закатила глаза – а ведь она так старалась привлекать к себе поменьше внимания! Нарочито изменила внешность – роскошные волосы забраны в узел, свободное и длинное платье a la hippies из шестидесятых хорошо скрывает фигуру, а сумочка довольно скромна и не бросается в глаза (ну, если и бросается, то не сразу).

Феофан Леонидович опустился на стул рядом с Верой, а сопровождающая его мадемуазель так и не решилась последовать за ним (стояла поодаль, переминаясь с ноги на ногу и исподлобья бросая на Веру недружелюбные взгляды). Почти одновременно подоспел и кофе для хозяина (двойной эспрессо без кофеина с обезжиренным молоком и заменителем сахара).

– Похоже, для хозяев местная кофемашина творит чудеса! Вот, что статус благословенный делает! – Вера мысленно сравнила время приготовления кофе для нее и для Феофана Леонидовича и пришла к выводу, что к посетителям в магазине относятся гораздо прохладнее, чем к боссу – впрочем, оно и не мудрено!

Феофан тем временем театральным жестом бросил шляпу на стойку, задорно провел пятерней по редким волосам (наверное, воображает, что носит артистическую шевелюру, пышность и богатство которой нужно непременно подчеркивать) и ринулся в бой:

– Верочка, какой экстаз! Счастлив видеть Вас у себя! Смею сообщить, в жизни Вы еще привлекательнее, чем на экране! А я Ваш горячий и верный поклонник – Вашего таланта, красоты и ума! И, конечно, лично знаком с Вашим потенциальным свекром Арсением Петровичем, дай бог ему удачи и здоровья! Верочка, можно вопрос? Что больше всего понравилось у нас? Кстати, ассортимент – лучше не бывает, высокий, высший стиль, представлены самые последние тенденции в моде – от классики, барокко и рококо до модерна и арт-хауса, выраженного в металле и благородном стекле!

– Спасибо, Феофан Леонидович за комплимент! Честно признаюсь, заглянула к Вам случайно, но оценила коллекцию и даже кое-что подобрала для себя!

– А что, если не секрет? – Феофан сделал неуловимое движение рукой, и к нему немедленно подскочил давешний менеджер (на нем не было лица – т. е. совсем). Наверное, продавец уже прикидывал, где искать работу – ведь Вера наверняка настучит на него, как это принято среди богатых и знаменитых! В руках у менеджера был толстенный каталог – увесистые качественные страницы не оставляли сомнений – такое издание само по себе стоит очень дорого!

– Зеркало из моравского стекла! Вернее, рама из моравского стекла – воздушная и одновременно матовая и бликующая. Странное и немного мистическое сочетание – не правда ли? – Вера посмотрела на менеджера, у которого форменно тряслись колени, и решила его пожалеть. Вместо жалобы на недостойное обслуживание она попросила еще кофе.

– Ага! – Феофан расплылся в улыбке. – Уверен, Верочка, я знаю, что Вы выбрали! Наверняка, вот это! – он быстро перелистнул страницы каталога и указал на одну из фотографий. И действительно, на ней была изображена модель, понравившаяся Вере. – Отличный, отличный, особо показательный у Вас вкус – это замечательная вещь, именно мистическая, как Вы и сказали. Вы ведь сами ее нашли?

– Конечно! – Верина догадка насчет скорости приготовления кофе оказалась правильной – во второй раз ей совсем не пришлось ждать, а капучино был раза в четыре вкуснее. И главное – совсем бесплатно. – Но ваш менеджер очень старался, просто у меня с ним немного не совпали предпочтения. Однако если бы я покупала зеркало в один из своих замков в Нормандии, я бы согласилась с его выбором!

– Вера, Вера, это замечательно! – было видно, Феофан получает от общения истинное удовольствие. – Позвольте еще немного экспромта – сейчас Вы сами подобны мистической загадке, боюсь признаться, я уже начинаю в Вас влюбляться, а ведь мы знакомы очно всего каких-то десять минут! В Вас явно есть что-то такое, – Феофан на секунду замялся, – внеземное и таинственное!

– Чудесно! – Вера лучезарно улыбнулась. – А Вы – настоящий мастер слова, Феофан Леонидович – уверена, любая девушка рядом с Вами чувствует себя звездой пленительного счастья!

– Эх, хотелось бы! – Феофан картинно закатил глаза, а потом не менее картинно протяжно вздохнул. – Жалко только, что увидеть рядом совсем уже любую девушку не получается! – его взгляд, направленный на Веру, говорил сам за себя. Однако смутить ее было непросто.

– Мне кажется, Вы немного скромничаете! – Вера, впрочем, не сомневалась, в данном случае Феофан говорит правду. – Такому видному мужчине, как Вы, ни одна девушка отказать не может! – Вера секунду помолчала и добавила. – Конечно, есть исключения, но они только подтверждают правила!

– Вот именно, что исключения! – Хозяин магазина захлопнул каталог. – Вот у меня в руках – замечательное собрание эксклюзива. Каждый из нас всегда желает лучшего – это естественное человеческое чувство! И когда я вижу, что есть что-то, до чего я не могу дотянуться, поверьте, Верочка, у меня портится настроение!

– И напрасно! – Вера смешно нахмурила брови. – Всякому овощу имеется полноценная замена, стоит только поискать! А уж при Ваших возможностях доступны не только отдельные огурцы и чеснок, но и целый укомплектованный огород – на любой вкус!

– А Вам, Верочка, палец в рот не клади! – Феофан громко рассмеялся. – Признаться честно, смотря первые ток-шоу с Вашим участием, я думал, что они – целиком и полностью отрепетированная постановка, но оказывается, и с экспромтом у Вас все в порядке! И какие же еще скрытые качества характера у Вас имеются в запасе?

– Разные! – Вера мельком взглянула на часы. Пора двигать. – Например, полгода назад я овладела техникой сборки и разборки американской винтовки M1 Garand – знаете, времён Второй Мировой Войны. Обстоятельства вынудили!

– Конечно! – Феофан вновь ткнул пятерней в лысину. – Пираты! Ящики с боеприпасами! Блеск! Фурор! – от возбуждения хозяин магазин защелкал челюстями. – И главное – все сохранено для истории! А какие возможности привлечь аудиторию! Горю, горю, пылаю от белой зависти! Верочка, Вы мне как-нибудь расскажите все подробности?

– Постараюсь, но не обещаю, Феофан Леонидович! – Вера допила кофе и встала со стула. – А если бы и пообещала, разве можно верить актрисе? Им верить совершенно нельзя, никогда не знаешь точно, что у них на уме – такая уж профессия! Зато актрисы загадочны и прекрасны – и всегда в форме! Потому что время от времени занимаются покупкой зеркал и перетаскиванием их на собственном горбу на двенадцатый этаж без лифта!

– Как? – Феофан лишился дара речи. – Неужели, Верочка, Вам некому помочь? Так я готов, сейчас загрузим покупку в мой лимузин и отвезем хоть на край света!

– Спасибо! – Вера состроила хитрую рожицу. – Я, конечно, пошутила! Помогать и сторожить меня есть кому! Игорь, зайди, пожалуйста! – она набрала номер на телефоне и вызвала охранника.

Через полминуты в магазин ввалился огромного роста широкоплечий детина с такой мрачной и неприветливой физиономией, что мог, наверное, одним лишь только своим видом распугать стаю диких волков в лесу. А возле входной двери застыл еще одни такой же – только еще страшнее.

– Моя свита! – Вера указала рукой на Игоря, и Феофан окинул его взглядом с ног до головы – с явным уважением.

– Да, Верочка! Если кто-то вдруг начнет интересоваться, какие люди стоят за Вами, ему можно посоветовать просто посмотреть на Ваших охранников, и все станет понятно! Но позвольте, я сам напоследок за Вами поухаживаю – поверьте, беседа с Вами доставила мне истинное удовольствие!

– Спасибо большое, Феофан Леонидович! Но не хочу долго отрывать Вас от дел, да и спутница Ваша совсем заскучала! – Вера указала рукой в сторону мадемуазель (та от нетерпения уже принялась подгрызать свой элитный маникюр).

– Понял, понял! Не смею больше задерживать! Буду рад видеть Вас – такого товара, как в моих магазинах, больше во всей столице не сыскать! Однако мне хотелось бы Вам что-нибудь подарить – небольшой презентик в качестве знака внимания! И в качестве оплаты за автограф с Вашей стороны!

Вера рассмеялась, вынула из сумочки велюровую визитку со своим именным вензелем и написала: «Феофану Леонидовичу – замечательному, умному, веселому собеседнику и галантному кавалеру – на память!», и поставила подпись.

– Какая красота! – Феофан с умильным выражением на лице принял Верину визитку, прочитал и просиял. – Верочка, можно еще один вопрос? С Вашей точки зрения, как такое может быть: в одном человеке – масса достоинств (и ум, и красота, и умение говорить, и практичность – словом, кладезь, а не человек), а в другом – совершенно пусто! И даже обсудить нечего, а хочется поставить в угол и использовать вместо вешалки! Хотя, хотя! – Феофан как будто опомнился. – Прошу прощения! Что-то потянуло сегодня на философские темы!



– Константин! – Феофан окликнул менеджера, лицо которого постепенно снова начинало приобретать естественные цвета. – Принеси-ка мне наборчик Johnson Brothers Rose Damask! Как раз для такого случая хранил!

– Мигом-с! – продавец рванул так, что из под ног вздыбилась пыль – несмотря на идеально чистый мраморный пол.

– Вышколенный у вас персонал, Феофан Леонидович! – Вера приготовила кредитку. – Без покупки я сегодня от вас не уйду!

– Конечно, конечно! И даже со скидкой! Кстати, Верочка! Вы не хотите к зеркалу добавить чудесный светильник – идет в комплекте! А за два предмета одновременно – еще дополнительно минус пять процентов!

– А это мысль! – Вера внутренне уже хохотала навзрыд, но сохраняла восторженное выражение лица (оно более всего соответствовало моменту). Торгаш – он и есть торгаш, и что бы вокруг не происходило, всё равно рано или поздно пересядет на своего излюбленного конька – продавать и расхваливать товар! Впрочем, почему бы и не приобрести светильник – но прежде нужно посмотреть! – В каталоге есть?

– А как же! Я знаю, о чем говорю, и плохого не посоветую, уж поверьте мне, Верочка! Упакуем и доставим до машины – все честь по чести! А хотите – так сразу домой – и установим! Очень удобно и не нужно самой мучиться!

– Здорово! – Вера захлопала в ладоши, в один миг превратившись в глупенькую блондинку. – И как я сама не догадалась? – она вдруг решила, что в разговоре с Феофаном показала себя слишком серьезной, а мужчинам такое не сильно нравится. Но в памяти остается только первое и последнее, так что если Вера побудет легкомысленной пару последних минут, Феофан запомнит ее именно такой. А ей это на руку! – Именно так и следует поступить! А когда Ваши мальчики смогут? Ведь у меня график очень напряженный, нужно согласовывать! Хотя! – Вера на секунду задумалась, – можно ведь оставить в квартире секьюрити, они все покажут и за всем проследят!

В течение всего монолога Феофан наблюдал за Верой, и постепенно на его лице вновь расцвела широкая улыбка – вроде, уже почти сошедшая на нет.

– А актриса из Вас, Верочка, просто превосходная! – в проницательности Феофану было не отказать. – Так естественно и быстро преображаться – для этого нужен талант от рождения! Я только что был свидетелем образцового мастер-класса – вот бы и моим менеджерам так научиться! Ну что там, где сервиз? – рык Феофана в торговый зал подстегнул Константина, и тот выкатился откуда-то из-за угла с красивой коробкой в руках.

– Тебя только к гробовщику посылать! – Феофан указал место, куда следовало положить коробку, и передал менеджеру кредитку Веры. – Пробей зеркало и светильник – цена для VIP-клиентов плюс добавь скидку пять процентов и отдай в службу доставки! И уточни адрес, куда везти.

– У кого уточнить? – взгляд у Константина стал каким-то диким и слегка пришибленным одновременно.

– У кого, у кого? У охраны, конечно! – от бестолковости сотрудника Феофана аж перекосило. – Учишь вас, учишь, все как об стенку горох! Правильно ведь, Верочка, у охранника?

Вера согласно кивнула.

– Что ж! – наконец покупка была совершена, и Феофан смирился – Вере нужно ехать. – Хотел бы я подарить Вам букет полевых ромашек, но увы – имею только золото и хрусталь! – Феофан поцеловал руку Веры, задержав ее на несколько секунд, и с грустью отпустил. – Пойду осматривать свое хозяйство – без романтики и с почти разбитым сердцем!

* * *

– Однако двадцать третье мая на дворе! Лето на носу! – Вера вышла на балкон и удовольствием оглядела панораму внизу. Ее новый дом был построен в уединенном и спокойном месте (если можно так говорить почти о самом центре Москвы), и в выходные здесь было особенно хорошо (ни машин, ни людей).

– Интересно, предусмотрел Высоковский для меня отпуск в этом году – или поездка в Таиланд сойдет за таковой? – Вера улыбнулась, на секунду возвратилась в кухню и достала из холодильника баночку холодной Pepsi Light.

Уже прошло целых полгода с того момента, как они вместе со Степаном оказались на необитаемом острове. Время стирает многое, и многое Вера намеренно выкинула из памяти. На сегодняшний момент можно было утверждать, что воспоминания о глубоко затерянном в океане клочке суши почти не тревожили ее – однако иногда они выстреливали из-за угла, норовя полностью поглотить и вновь окунуть в водоворот тех событий.

В первый месяц после чудесного спасения Вера подолгу не могла уснуть. Она закрывала глаза и видела немыслимо яркие и немыслимо низкие тропические звезды, свет которых проникал не только через бетонные перекрытия дома и плотно сжатые веки самой Веры, но, кажется, и через само и время. Одновременно со звездами оживали навязчивые образы и воспоминания – и Вере приходилось прилагать усилия, чтобы от них избавиться.

Но она не сдавалась – она точно знала, что сможет победить, усмирить свою психику и научиться контролировать эмоциональные припадки – и в итоге так и произошло. Особенно в этом Вере помогли занятия йогой и медитацией, и Вера решила – в обязательном порядке каждый день будет уделять им полчаса. И неважно, если время придется отрывать от отдыха – она все равно не может уснуть. Зато, как следует позанимавшись, мгновенно проваливается в сон, и ничто не тревожит ее до самого утра!

Постепенно упорство Веры и ее нацеленность на успех принесли ожидаемые результаты – неприятные воспоминания о «робинзоновском» вояже беспокоили Веру все реже, а вскоре и вовсе сошли на нет.

Вера снова вышла на балкон и села в кресло-качалку. Балкон (т. е. лоджия) была большой – полноценные четыре на два с половиной метра. Простор – только искомое кресло, мягкий пуфик и длинношерстный ковер, ноги в котором утопают по щиколотку.

– Интересно, если бы Высоковский узнал, что я втихаря балуюсь Pepsi, как бы он отреагировал? – Вера качнулась назад и застыла в расслабленной позе. – Наверное, погрозился бы вычесть из зарплаты за разрушение сексуального образа и еще за то, что: «Вера, ну ты же понимаешь, что от Pepsi целлюлит ползет прямо по всему телу!». Поэтому наш девиз – никаких папарацци в шаговой доступности!

Вера купила квартиру в марте. Купила на свои – и с помощью родителей. Изначально она рассчитывала на средства от продажи ее совместной с Аполлинарием жилплощади, но процесс развода и дележа собственности затягивался, а Вере очень хотелось уже обрести свой стильный угол. Ну, как угол – квартирка была очень даже ничего: сто семьдесят метров общей площади, четыре просторные комнаты, два санузла, кухня – восемнадцать квадратов, и три лоджии, на одной из которых Вера сейчас и расслаблялась. По случаю всеобщего кризиса и финансовой неустроенности квартира продавалась с безумной скидкой – ремонта, понятно, не было – но зато Вера обустроит жилище так, как ей понравится!

Глава вторая. Кадры решают все!

Вера закрыла глаза. Она вспомнила серые бетонные стены в квартире, такие же серые неровные полы, пылищу вокруг и улыбнулась. В памяти всплыла сакраментальная фраза, брошенная ею же: «Негоже приглашать гостей в пустую квартиру – особенно принимая во внимание, что это за гости!» А то, что гости будут, Вера не сомневалась. Они уже рыли копытом землю и требовали от Веры определенности – когда она собирается праздновать новоселье.

Пару недель до этого Вера пребывала в раздумьях – стоит ли ей вообще отмечать покупку новой квартиры? Она уже стала склоняться к мысли, что нет – не стоит, но не тут-то было! В один из вечеров по окончанию съемок Высоковский отвел ее в сторону и вкрадчиво осведомился – а когда собственно они будут пить? Вера пискнула: «Через два месяца!», продюсер удовлетворенно покивал головой и расплылся в улыбке, пообещав, что лично присмотрит за гостями – чтоб не наделали лишнего шума и не набили слишком много посуды!

Немедленно после разговора с продюсером Вера схватилась за голову – ремонт даже и не начинался – сумеет ли она уложиться в такие короткие сроки, которые сама же и установила?

– Впрочем! – ее смятение длилось недолго. – Что я нервничаю? Ведь есть же агентства, студии – куча контор, оказывающих услуги по дизайну, по подбору интерьера, по строительству! Именно такие мне и нужны!

Вера загрузила интернет (понятно, что загрузила не в новой пустой квартире, а в Сокольниках – где она все еще проживала). По первому же клику в поисковике вывалился с десяток фирм, утверждавших, что именно они – самые лучшие, цены у них – самые низкие, а профессионализм, наоборот – на самом высшем уровне. Вера позвонила по одному номеру, по второму, но трубку никто не брал. Наконец она сообразила, что на дворе-то уже ночь, почти одиннадцать, и коммерсанты давно уже дома и смотрят сериал с ее участием.

– Погоди-ка! – внезапная мысль пришла ей в голову. – Что-то ты слишком торопишься потратить деньги налево, забывая о друзьях! – Вера сделала парочку глубоких вдохов, восстанавливая дыхание и сбрасывая излишнюю обеспокоенность и жажду действий. Она достала из холодильника крупный апельсин и выдавила сок. Потом набрала на мобильнике знакомые цифры:

– Ир, привет! Не спишь?

– Верунчик, привет! – Ирка, понятно, не спала. Мало того, кажется, она была где-то на выезде – может быть, в ночном клубе. Вера слышала, как вокруг нее грохочет музыка. – Как классно, что ты позвонила! Когда встречаемся?

– Погоди, Ир! – Вера подождала, пока Ирка найдет место потише, чтобы спокойно поговорить. – Есть дело! Чем у нас сейчас Лена занимается?

– Да ничем! – Ирка сразу поняла, что у Веры к ней серьезный разговор. – А что?

– Хочу ей предложить колым на пару месяцев! Она же у нас раньше имела отношение к дизайну?

– Конечно! Это вообще ее основная специальность – дизайн и строительство! Только какой сейчас дизайн? Кризис свирепствует, народ как с цепи сорвался, экономят напропалую, так что подруга наша почти совсем не при делах!

– Слушай, переговори с ней! Мне нужно квартиру отремонтировать и обставить – проект, мебель, бригады, заказ, доставка! Словом – через семь недель и не позже всё должно быть на своих местах! Я подумала, зачем мне деньги налево отдавать, если я могу своих поддержать! Что скажешь?

– Думаю, Верка, ты молодец! – Ирка аж расчувствовалась. – Хотя другого я от тебя и не ожидала. Лена-то у нас гордая, она просто так деньги и помощи не попросит, а вот за работу – совсем другое дело! Я ее знаю – оформит все в лучшем виде! Короче, завтра вечером будем у тебя, готовься, подруга!

* * *

– Девчонки, я так рада! – Вера обняла Ирку и Лену. – Скидывайте шмотки, и айда – напою вас кофе на ночь! Не бойтесь – со сливками и ликером, после него спится, как после крутого секса!

– Ну, показывай, как живут баловницы судьбы! – Ирка по-хозяйски огляделась вокруг. – Я рассчитываю узреть шикарный звездный стиль!

– Да ладно, Ир, какой там стиль – хата-то казенная! С момента последнего вашего визита ничего не изменилось. Да и когда менять? Работа все время отнимает!

– Да не прибедняйся ты, пожалуйста – работа, работа! Вот она работа! – Ирка ткнула в фотографии нового Вериного жилища, откуда они только что прибыли. – Хоромы, как есть хоромы царские – да еще и в самом центре Москвы! Работа! – Ирка возмущенно фыркнула. – Да о такой работе мечтают сто процентов девушек – и даже больше! Тоже мне, бедная родственница, падчерица, золушка! Что, совсем забыла, в какой хрущобе с Аполлинарием ютилась?

Вера согласно кивнула. Чувства Ирки были понятны. Не успела Вера открыть входную дверь «царских хором», как Ирка бросилась по комнатам, следом за ней – Лена.

– Вижу, вижу, у меня глаз-алмаз, наверняка, больше ста пятидесяти квадратов! – наступило короткое молчание.

– Ох! – раздался радостно-удивленный вопль Лены откуда-то из дальнего угла квартиры. – Да здесь целых три лоджии! И все здоровые!

– А что я говорила! – отозвалась Ирка, – Верка! Только попробуй что-нибудь сказать, настучу Высоковскому и потребую, чтобы он взял меня вместо тебя! А если честно и без зависти (хотя куда ее девать – зависть-то?), квартира у тебя просто шикарная! А наша Лена превратит ее в гнездышко кинодивы – это уж точно!..

– Ладно, девчонки! Повторяла, повторяю и сто раз буду повторять, что всем этим счастьем я сильно обязана вам! Так что в качестве вознаграждения предлагаю летом махнуть на Мальдивы – всем троим и за мой счет! Только нужно с отпуском подгадать! – Вера вынула из холодильника пирожные и поставила перед подружками кофе со сливками и ликером.

– Ты это серьезно? – Лена сделала глоток и зажмурилась от удовольствия. – Насчет Мальдив?

– Конечно, серьезно! – Ирка ткнула Лену в бок. – Верка у нас, вообще, девушка серьезная! Правда?

– Именно! Так что готовьтесь! – Вера уже несколько месяцев думала, как бы ей скинуть с себя моральный груз перед Иркой и Леной за то, что вот она – вся такая, всё в ее жизни напоминает сказку, а они какими были, такими и остались! И даже Ирка немного сникла – ее всегдашняя уверенность в своих силах (в частности, в способности найти и захомутать олигарха) в последнее время сбоила, и Ирка частенько пребывала в состоянии, похожем на депрессию.

– Заметано! – Ирка громко взвизгнула. Перспектива отправиться в тропический рай была слишком заманчивой, и даже Ирка со своим плохим настроением не могла ей не обрадоваться.

– Ну, к делу! – Лена сбегала в прихожую и вернулась с сумочкой – она оставила ее прямо возле входной двери. – Вот, Вера, глянь сюда – парочка замечательных идей, как обставить твое жилище! Предлагаю на выбор – классику или модерн!

– Классика мимо кассы! – Вера только взглянула на предметы мебели, предполагаемые к «классике», и решила – это для бабушек! – Модерн – больше воздуха и света, больше открытого пространства!

– Отлично! Модерн в свою очередь предполагает снова классику, дзен, авангард, молодежный стиль, стиль студии, романтический и даже «легкомысленный» стиль! Кстати, последний – самый дорогой и трудоемкий!

– Что ты имеешь в виду?

– Примерное, как в парикмахерской – нарочитый «взрыв на макаронной фабрике» сделать гораздо труднее, чем укладку. Он требует дополнительного мастерства и, само собой, стоит больших денег!

– Понятно! – Вера разложила на столе цветные фотографии из подборки. – Тогда давай быстренько пробежимся по стилям модерна. Веди меня, мой талисман, а я буду думать – подходит или не подходит!

В итоге оживленной дискуссии через час с четвертью Вера пришла к выводу, что хочет обставить свою квартиру конкретно в дзен – иногда разбавленного яркими пятнами дорогих аксессуаров. По ходу просмотра она вспомнила жилище Степана (на Кирочной улице) и взяла его за образец. Шикарный объем, пустое, наполненное светом пространство – мебель почти не бросается в глаза! И особенно важно, что не умножает пыль и грязь, с которыми, в любом случае, предстоит бороться!

Вера выложила свои умозаключения подругам и получила их одобрение. Правда, последний довод насчет пыли произвел на девчонок обратное впечатление – Ирка немедленно раскудахталась – дескать, Вера совсем нюх потеряла! Как будто она сама собирается драить квартиру, а не нанятая домработница – откуда-нибудь из Малайзии!

Вере было стыдно признаться – как ни странно, но пока убирает именно она, и Вера решила еще раз подумать над постоянно мелькающей в голове мыслью – нанять прислугу. Хотя ей это претило. Особенно название – «прислуга»! Б-ррррррр!

Итак, после выбора стиля наступила очередь продумать обустройство каждого отдельного помещения – четырех комнат и кухни, двух санузлов, трех лоджий/балконов и двух длинных коридоров. А – еще прихожей!

– Сколько планируешь спален, подруга? – Лена, как дизайнер, хорошо понимала, что главное место в любой квартире – хозяйское ложе, и от него нужно плясать (не считая туалетов, конечно!) – Одну, две?

– Одну! – Вера замахала на нее руками. – Куда мне две? Одну, но чтоб с большой кроватью, и предусмотреть еще спальные места в случае появления неожиданных гостей – парочки!

– Хорошо! – Лена сделала себе пометку. – Места для друзей/подруг фиксируем с помощью японских раскладывающихся диванчиков! В собранном состоянии – как высокие пуфы, в разложенном – как мягкие кушетки! Поставим их в гостиной, дзен они не испортят, только добавят нежности. Все-таки, ты – девушка, а положение обязывает!

– Идем дальше! – Лена профессионально разлиновала несколько листов – под эскизы комнат. – Спальню и гостиную пока отставим в сторону, с ними, в принципе, все понятно. Единственно только, нужно подумать, что сделать центром композиции в гостиной – обычно предпочитают либо домашний кинозал, либо камин, либо встроенное в стену зеркало. Но мне кажется, зеркало – это фи! Чистая похабщина, его можно запросто заменить шкафом с зеркальными створками. Ты же не собираешься собой постоянно любоваться?



– Естественно! А какие еще есть варианты? Что-то камин и телевизор мне не сильно нравятся!

– Можно обойтись и без центра – сделать «плавающее» расположение – как раз в стиле организованного беспорядка. «Плазма» на круглой тумбочке на колесиках, японские диванчики, блуждающие светильники – короче, где захотел, там и расположился! И главное – не загромождать! Лабиринтов нам не нужно – гостиная должна быть центром квартиры, давать настрой на отдых и эмоциональную разгрузку!

– Здорово! – Вере очень понравилась идея Лены. – Сразу видно, профессионал, ты даже говоришь другим языком – уверенно и авторитетно!

– Спасибо! – Лена слегка покраснела. – Тогда что остается?

– Одна из комнат – гардероб, примерочная, и для кривляний перед зеркалом! – Вера показала девчонкам язык. – Хоть вы его (кривляния) и не одобряете, мне оно нужно для работы. И нужно постараться сделать так, чтобы и там все было пустынно и ненапряжно! И всё в одном флаконе!

– С этим как раз все очень легко – пустынно, так пустынно! – Лена пожала плечами. – Просто сделаем по стенам зеркальные шкафы – и все дела! А посреди комнаты установим что-то вроде стильной вращающейся площадки с бортиками – можно крутиться, как на карусели, или талию тренировать, проворачиваясь вокруг оси усилием ног. Увидишь, гости обзавидуются! Кстати, лично мое ноу-хау, только что придумала!

Вера быстро прикинула в уме – а что, ей нравится! Но все же уточнить не помешает:

– А доступ к шкафам будет?

– Само собой! – Лена посмотрела на Веру непонимающим взглядом. У тебя площадь комнаты под гардероб – восемнадцать метров. В «хрущебе» зал меньшего размера! Даже если мы поставим вдоль стен шкафы глубиной в метр, по центру еще останется куча пространства! В конце концов, карусель можно убрать – сделать специальные скрытые крепления в полу за отъезжающей в сторону перегородкой, кинуть сверху коврик – как будто ничего и не было!

– Отлично! – Вера потерла руки. – Тогда остается последняя комната – мне кажется, спортзал для нее как раз подойдет. Хотя нет – не спортзал! Оптимально было бы детскую, но пока с этим не все понятно! Однако с расчетом на будущее стоит предусмотреть и такой вариант! Давай остановимся на чем-нибудь вроде малой гостиной – почти пустой, чтобы можно было в любой момент вытащить мебель или поставить новую. Естественно – никаких шкафов-купе!

– Обижаешь! – Лена допила кофе и отставила чашку в сторону. – А еще можно? Уж больно вкусно!

– Конечно! Ир, ты тоже будешь?

Ирка отказываться не собиралась.

– Приятно работать с профессионалами! – через несколько минут девчонки опять сдвинулись в круг – рассматривать интерьеры (и Вера заодно решила сделать Лене комплимент). – Сразу видно по человеку, понимает он что-нибудь, или так – погулять вышел!

Лена благодарно кивнула. Ей уже не терпелось преступить конкретно к работе. Особенно приятно, что Вера дает ей полную свободу действий – а ведь она так боялась, что Вера станет контролировать каждый ее шаг и постоянно критиковать! А критика для творческого человека – одно из самых страшных преступлений против природы – все равно, что получить несмываемый плевок в душу.

Лена зря переживала. Она просто не успевала за изменениями, происходившими с ее подругой. Вера росла не только профессионально – она интересовалась и психологическими аспектами поведения человека, и даже метафизикой. И делала соответствующие выводы.

Например, раз уж доверилась подруге в вопросе дизайна квартиры, нужно отнестись к ее работе со всевозможной деликатностью. Дать свободу и никак не ограничивать художественные порывы. Но одновременно твердо стоять на своем – а то эти художники вечно перебарщивают! А Вере здесь жить, и смотреть на лиловые стены и черный потолок совсем не хочется! Но для того и нужен профессиональный дизайнер, чтобы совместить несовместимое – дать простор фантазии и удовлетворить хозяина!

– Хорошо! – когда примерное через полчаса проявились контуры будущего дизайна, Вера пришла к выводу, что самое время обсудить условия оплаты. – Лена, говори, не стесняйся, сколько хочешь за работу! И помни – сейчас (но только сейчас) мы – не подруги, и скромничать не нужно!

– Спасибо, Вера! – Лена сразу зажалась. – Дизайнеры работают за процент. Обычно, это десять процентов от стоимости улучшений и изменений, включая мебель и сопутствующие работы. Но на меня ведь еще и ложаться функции прораба и логиста!

– Само собой! Ну, говори, не тяни!

– Я думаю, процентов восемнадцать будет справедливо! Ну, семнадцать! И я заканчиваю все работы в оговоренные сроки под ключ. И, кстати, ремонтники тоже будут моими – за качество ручаюсь!

– Хорошо! – Вера выковырнула кусочек консервированного персика из банки и улыбнулась. – Сколько потребуется для начала?..

Глава третья. В городе санкт-петербурге

После злополучного острова Степан сильно изменился – да и не могло быть иначе, слишком сильные потрясения пережил он тогда, впервые в жизни столкнувшись с настоящей опасностью (смертельной – голод, переохлаждение, пираты, вплоть до ударов молний). И не имело значения, что их спасли уже на четвертые сутки – иногда и одного короткого мига достаточно, чтобы полностью изменить отношение к жизни! Так произошло и со Степаном.

Сразу после возвращения с острова родители окружили его заботой – особенно «свирепствовала» мама Галина Французовна. Она наняла парочку известных психологов, которые, по ее задумке, должны были бороться с зияющей психологической травмой сына. Психологи с энтузиазмом приступили к работе – пытаясь выкорчевать из Степана все чувства и воспоминания, связанные с островом. Он же отбивался от них, как мог, а через некоторое время просто пришел к маме и в ультимативной форме потребовал отстать он него.

В итоге вышел скандал, Галина Французовна даже театрально всплакнула, но Степан был тверд, заверяя маман, что все уже кончилось – и никакие доктора не нужны. Обыкновенному человеку, наверное, подобные семейные сцены показались бы дикостью – но не будем забывать, что Надомниковы как раз обычными людьми и не были! Поэтому поймем и простим!

Впрочем, имелся один нюанс – Степан, как бы он не хорохорился, внутренне нуждался в защите – в привычном ощущении, что завтра обязательно наступит, ему будет, что покушать и что посмотреть, и никто не усомнится в его праве на жизнь и свободу! Иногда он ловил себя на мысли, что стал бояться открытого пространства – и это тоже было результатом пребывания на острове.

Поскольку от услуг докторов он отказался, из эмоциональной ямы ему пришлось выбираться самому – так же, как и Вере. Но она шла на это осознанно, с открытым забралом, а Степан – в силу обстоятельств и в приступе уязвленной гордости (никто не смеет сомневаться в его психическом здоровье!)

Его борьба за выздоровление (ведь возвращение к адекватным, не испуганным человеческим реакциям тоже можно назвать выздоровлением) шла трудно. По ночам Степана преследовали кошмары, и он частенько не мог уснуть.

Оказалось, его психика (устойчивая к тяжелым коммерческим переговорам, ежедневному бизнес-стрессу и к контактам на высшем уровне) совершенно не приспособлена к преодолению физического страха – на телесном уровне. А тем более – к осознанию, что в один не очень прекрасный момент он может стать таким же, как и все – бедным, жалким и загнанным в угол. Человеком, над которым любой сильный имеет власть. И даже сам Степан не мог ответить для себя, чего он больше боится – смерти или нищеты.

Через пару недель после возвращения в Питер к нему приехала Вера. Она, в отличие от Степана, выглядела отлично. И хотя мы знаем, что восстановилась она еще не до конца, по ее виду нельзя было сказать, что ее что-то мучает. А о подробностях мы распространяться не будем.

Степан встречал Веру на вокзале. Она вышла из «Сапсана», завернутая по своему обыкновению в шикарный шелковый головной платок (прятала волосы), на лице – огромные темные очки, закрывающие половину лица. Никакой охраны при ней не было – люди Тимофея посадили ее в вагон, а в Питере за нее отвечали секьюрити семьи.

– Привет, милый! – Вера быстро передала багажную сумку сопровождающему Степана лицу (всего их – лиц – было четверо). – Дорога пролетела незаметно! Никто не узнал, игралась в игрушки – какое счастье!

– В «Warcraft» или «Hell of Fire»? – Степан рассмеялся. – После всего произошедшего легко могу представить тебя с бензопилой в руках, шинкующей монстров!

– Да ты что, милый! – Вера быстро подхватила Степана под локоть и развернула в сторону выхода. – И это все, что ты помнишь? Кровожадность и агрессию? А как же ласки на лоне природы – и вообще, в лоне?

– Ласки! – Степан фыркнул. – А скажи мне, дорогая, почему ты от меня сбежала, не предупредив никого?

– Испугалась! – Вера сняла очки и наивно похлопала ресницами. – Твой отец – я его как увидела, сразу подумала – такой представительный и властный мужчина, а я выйду к нему в таком затрапезном виде! С ободранными ногтями, без прически и с мордой, расцарапанной прикладом винтовки. Вообрази, какова была бы его реакция! Типа, сын связался с чумазой бесквартирной замухрышкой с острова! Нет, милый! Я не такая глупая, чтобы упускать шанс очного знакомства! Слышал афоризм: «Помните, у вас не будет второго шанса произвести первое впечатление!»?

– Слышал, слышал! – Степан расслабился и уверенно повел Веру к машине. – Оправдания частично принимаются, но только частично! Как-нибудь еще поговорим! И просьба, ты когда будешь разговаривать с отцом, не старайся давить интеллектом! Мне кажется, ты иногда перебарщиваешь!

– Не буду, честно! – Вера, обратив внимание, что группа молодых людей (парни и девчонки), разинув рты, смотрят в их сторону и оживленно что-то обсуждают, снова надела очки. – Хорошо, что ты заметил. Но занудность – не моя вина! Я все ж девушка, нрав у меня легкий, а заумные вещи и начитанность – исключительно ради тебя, дорогой, чтоб не воспринимал, как тупую курицу!

– Ладно, ладно – принимается! – Степан с Верой остановились возле роскошного «Бентли». – Вот, новый коняга! – в голосе Степана звучало неприкрытое хвастовство.

– Крутой! Хотя, конечно, машина – девочка, сразу видно! И что ты вообразил ее конем? – Вера обошла «Бентли» со всех сторон и заглянула в салон. – Сам ездишь или под охрану отдал? И лично рулишь на «Геленвагене»?

– Не! – Степан усадил Веру на заднее сидение и расположился рядом. – Отец специально приставил несколько «быков», чтоб наследника не похитили! – Степан громко засмеялся. – Вот они и следуют по пятам!

Эскорт выкатил с вокзала и, набирая скорость, рванул уже знакомой Вере дорогой на улицу Кирочная. Вера с удовольствием глазела по сторонам. Она отчетливо вспомнила, как бежала к такси в попытке поскорее убраться из Питера после памятного ролика от Аллы Нимфоманской, и повернулась к Степану:

– Степа! А ведь ты мне так и не продемонстрировал замечательный фильм (как ты сам его называл) с Аллочкой-людоедочкой! Помнишь, говорил о нем? Мне кажется, сейчас самое время посмотреть!

– А то! – Степану очень хотелось прижаться к Вере прямо в машине, но он пересилил себя. В совсем новом «Бентли» по непонятной лично ему причине стекло, отгораживающее заднее сиденье от сидений водителя и охранника, было прозрачным (хоть и звуконепроницаемым), а не тонированным, как ему положено быть! Эту оплошность нужно срочно исправить – как только Вера уедет, Степан даст указание водителю. – Фильм хоть и короткий, но очень познавательный!

– Да, да! – Вера снова уставилась в окно. – Хочется верить, что в процессе получения признательных показаний ни одно из действующих лиц не пострадало! Хотя это не мое дело, барышням вообще не стоит лезть в серьезные мужские разборки! Уже приехали? Так быстро?

Вера увидела знакомые очертания дома и поразилась, с какой скоростью кортеж пронесся по улицам Питера. Хотя, принимая во внимание, что на светофорах они почти не стояли, в этом не было ничего удивительного.

Не сказать, что наверх они поднимались чинно – Степан неожиданно проявил молодецкий задор и взлетел на второй этаж секунды за четыре. А потом опять скатился вниз, перепрыгивая через шесть ступеней. Вера смеялась – охранник, тащивший ее багаж, был в недоумении – отчего босс так себя ведет. Конечно, груде мышц думать особо не положено, но все-таки мог бы догадаться – Степан соскучился!

Не успела за ними захлопнуться дверь, как Степан обхватил Веру, крепко прижал и впился губами в её губы – долгим страстным поцелуем. Его нетерпение прорывалось так сильно, что он, тяжело дыша, прямо в прихожей стал срывать с Веры одежду – впрочем, она не сильно и сопротивлялась!

Когда дело дошло до нижнего белья, Вера игриво оттолкнула Степан и, шепнув: «Я сейчас», ринулась в уже знакомую ей ванную и возвратилась оттуда действительно мигом. Настолько быстро, что он сам не успел выйти из душа на втором этаже.

– Господи, ну наконец-то я попробую мягкость хозяйской кровати! – Вера спружинила на огромный матрас в спальне Степана, увлекая его за собой. – А то в прошлый раз совсем не получилось!

* * *

– О! А вот и обещанный «Jamaica Blue Mountain»! Как же я о нем мечтала на острове! – Вера благоговейно сделала первый глоток, и терпкий кофейный огонь отозвался восторгом на ее вкусовых рецепторах.

Вера пребывала в расслабленном и разнеженном состоянии. Дрова бы рубить она сейчас не пошла! И готовить суп из концентратов! Нега, короче. Но по сравнению со Степаном она смотрелась, как древнегреческий олимпиец на фоне задохлика-библиотекаря. Нет, конечно, ни размерами, ни мышечной массой она не могла с ним конкурировать – речь исключительно о субъективном – о внутренней энергией, которую Вера впитала за время трехчасовых любовных утех.

– Я тоже мечтал! – Степан в халате на голое тело сидел рядом с Верой и тщетно боролся с сонливостью. Получалось не очень – сил было затрачено столько, что хватило бы на целый марафон, а потом на еще пятьдесят километров спортивной ходьбой. – А еще – мечтал о пицце! Погреть?

– Конечно! – Вера оживилась. При упоминании о еде рот мгновенно наполнился слюной – уже четыре часа вечера, а она сегодня только лишь завтракала – полезной овсяной кашей и соком! А вместо обеда был Степан – во всех проявлениях. – И можно побольше, заботами хозяина растолстеть мне не грозит!

Степан широко улыбнулся, издал шутливый вопль а ля снежный человек в исполнении Валуева, чем живо напомнил Вере того – островного Степана. Тот тоже реагировал именно так на похвалу его мужской силе.

«Какие же вы, мужики, все-таки предсказуемые! – подумала Вера, с улыбкой глядя на любовника. – Механизм – на уровне пяти команд в автомате по продаже мороженого! Знай себе, нажимай на определенные кнопки, и получишь нужный результат!»

– А какая у тебя пицца? «Маргарита» есть? – конечно, о способах управления Вера распространяться не стала, а сосредоточилась на главном.

– И «Маргарита» – и еще с десяток разных видов. Специально озаботился – не могу я без пиццы совсем!

– Странно! – Вера поочередно рассмотрела каждый из предложенных вариантов. – Зная тебя, я бы скорее подумала, что твой конек – блюда от личного семейного повара родом из города Парижу. В крайнем случае – из города Милана, хотя по сравнению с французами итальянцы, конечно, деревня! Хотя пиццу и пасту готовят отменно!

– Не! – Степан сладко потянулся, хрустнули суставы. – Повар – это у предков! Вот сегодня сама и попробуешь его стряпню!

– Да? – Вера, впрочем, совсем не удивились. И даже не стала делать вид. Она чувствовала, что без свидания с родителями Степана в этот раз не обойдется. И начала готовиться еще с самого утра – прямо в поезде. Признаться честно, она немного соврала Степану, что играла в игрушки – нет, она шерстила Интернет в поисках последних сплетен, горячих жареный фактов и просто достоверной информации о семье Надомниковых.

Наверное, кто-то другой на ее месте сделал бы это намного раньше – ведь народная и гламурная молва давно уже принимала Веру за будущую супругу Степана, но Вера не торопилась. Она полагалась на свои ощущения, а они в этом вопросе были с явственным душком скептицизма. Навроде: «Не беги быстрее паровоза и не ставь телегу впереди лошади!» Может быть, в отсутствии Вериной заинтересованности сыграла свою роль неудачная поездка в Санкт-Петербург летом (особенно, очная ставка с Галиной Французовной под личиной «мышки» Ольги Сергеевны), может, что-то другое – но факт: Вера всеми силами противилась «званию» невестки Арсения Петровича Надомникова – своеобразная защитная реакция!

– Как? – Вера секунду подумала и решила, что изобразить бурное удивление все же стоит. – И ты мне до сих пор ничего не сказал! Вот это сюрприз!

– Спокойно, Маша, я – Дубровский! – Степан притянул Веру к себе и поцеловал в нос. – По твоей персоне я получил специальный указ – именной фирман султана, в нем черным по белому написано: «Не привезешь девственницу на алтарь судьбы – все, каюк! Тебе будет секим-башка, мамой клянусь, да!»

– Ну, тогда готовься к отсечению головы! – Вера куснула Степана за ухо и громко рассмеялась. – А все потому, что где ж ты ее возьмешь, девственницу – в нашем-то распутном, развязном обществе? А тем более – в такой шикарной квартире, что сама по себе настраивает на разврат?

– Вот и я думаю, где? – Степан озадаченно почесал макушку. – Придется привести тебя – предварительно замаскировав, конечно!

– А вот ничего и не получится! – Вера натянула на лицо маску серьезности. – Поскольку у меня такой дикий взгляд от голода, что в нем светится свирепость самки льва из джунглей! А разве может быть такой взгляд у покорной лани? За версту видно – девушка-львица уже спала с кем-то необузданным! Да, мой милый царь зверей? – Вера обняла Степана и погладила его по мускулистому заду.

От такого комплимента Степан даже покраснел. Он крякнул, отстранился и быстро закинул две больших пиццы в духовой шкаф. Установил время и температуру – процесс разморозки и одновременного приготовления запущен!

– Тонкий намек на толстые обстоятельства понят без дополнительных пояснений. – Степан вновь открыл холодильник. – Не могу похвастаться умением изысканно сервировать стол, поэтому давай сама – выбирай, что будешь есть, кроме пиццы, и пить, кроме кофе!

– Немного! – Вера выудила из холодильника салат в горшочке, несколько помидоров-черри, один огурец и брынзу – и за полминуты покрошила салат, заправив его легким майонезом. – Пожалуй, для полдника хватит, а то на званый ужин места не останется! Я ведь ни какая-нибудь толстуха из штата Техас, мне форму блюсти нужно!

– Ты точно не толстуха! – Степан при виде салата громко сглотнул – ему внезапно тоже очень захотелось есть – но, конечно, одной зеленки будет мало!

– Да-да! – Вера все поняла. – Хищника кормить лишь только ботвой никто не собирается! Но поскольку времени не так много, и что-то стоящее я приготовить не успею, предлагаю компромисс – подкрепиться, как на феодальном пиру, вяленым и копченым мясом, поедая его прямо с ножа – для повышения уровня озверина!

Вера быстро выложила на стол колбасу, кусок окорока и бастурму:

– Выбирай из широкого ассортимента! С пиццей будет нормально – до родителей продержишься! Но помни, сказал бы раньше, был бы у тебя обед из трех блюд плюс компот!

* * *

– Всё, милый! – Вера решительно поднялась из-за стола. – Ты как хочешь, а мне нужно наводить боевую раскраску! Времени, считай, нет совсем, а одеваться за сорок пять секунд, как в казарме – не тот случай!

Пицца оказалась на славу – не отечественный магазинный общепит, а самая что ни на есть родная итальянская – Степану доставляли непосредственно с базы, а на базу – из Неаполя. Вера чувствовала – силы в ней пробуждаются, и их, наверное, даже хватит для общения на весь вечер.

– Кстати, насчет казармы! – Вера на секунду остановилась. – Кто-то обещал смонтировать фильм с острова. Степан Надомников – в хаки и с берданкой в руках, рядом – очаровательная чумазая блондинка с ящиком гранат! Чем не взрыв сезона?

– Уже! – Степан оторвался от кофе и подавил рвущийся наружу зевок. После любовных утех и крепкого перекуса он бы с удовольствием вздремнул пару часиков. А, может, так и сделать, пока есть время? – Уже в работе! Материалы лично мною отданы кому нужно. Работают профессионалы, скоро подготовят. А тебя будет ждать сюрприз!

– Какой? – Вера удивленно распахнула глаза. Ее жизнь и без громогласного объявления полна сюрпризов и неожиданностей – и что, интересно, Степан имеет в виду?

– Сюрприз по специальности! – Степан тоже поднялся. – Скоро узнаешь!

– Ладно! – Вера не стала продолжать. – Надеюсь только, сюрприз приятный, и денег платить не придется!

– Не переживай! Особенно насчет денег! Всё включено! – Степан поцеловал Веру и пошел в спальню. – Продемонстрирую отсутствие силы воли – покимарю чуть-чуть, пока ты прихорашиваешься! Растолкай меня через час!

* * *

– Вот в этом и проявляется вся мужская суть! – Вера проводила его взглядом и пожала плечами. – Слабаки! Чуть что, сразу заваливаются в берлогу, как медведи, и спят, укрывшись пледом. Типа, меня не беспокоить! И почему женщины до сих пор не захватили власть? Хотя кто сказал, что не захватили?

Вера спустилась вниз и принялась разбирать багаж. Он был небольшим, поэтому и выбора-то особого не было.

Варианта три – платье в пол от Valentino, обнажающее плечи и шею, платок Hermes в качестве яркого аксессуара, длинные тонкие перчатки по локоть, туфли на высоких шпильках и клатч Chanel. Одна беда – никаких украшений она с собой не взяла, а такому платью они положительно необходимы! Зато масса плюсов – и главный из них, платье при ней, платок, перчатки, туфли и клатч тоже.

– Предварительно одобрено! – Вера сбросила с себя халат и надела комплект Lise Charmel – один из ее самых любимых и парадных. Тонкий шелк белья почти не чувствовался на коже, само белье – бесшовное, так что через платье просвечивать не будет. – А ты та еще штучка! Секси-мама! – Вера оглядела себя со всех сторон и осталась очень довольной. – Но все же для полноты картины необходимо рассмотреть два дополнительных варианта наряда:

«Пастушка в горах Ботсваны». Типа джинсы, кофточка, все дорогое и помпезное – но в таком прикиде меня даже на порог не пустят! Оставят убирать грядки на приусадебном поле! И еще наподдадут, чтоб не смела марать плебейским происхождением аристократический дом!

Вариант последний – купить что-нибудь дополнительно! Или заехать к Степану в магазин и взять в аренду, прямо с ярлыками. Вот будет круто! – Вера громко рассмеялась и представила себя с ценниками, торчащими из штанов. – Нет, так тоже не поймут! Хотя! А ведь это мысль!

Идея посетить магазин Степана была замечательной! По своему опыту Вера знала, что в таких бутиках полно элитной бижутерии, которой можно дополнить ее вечерний шарм:

– Итак! Нелегкий выбор в пользу Valentino-сотоварищи сделан! – Вера разложила на диване немнущееся чудо от итальянского дизайнера. – Оставим пока, а сами займемся лицом и руками!

* * *

– Вставай, проклятьем заклейменный весь мир голодных и рабов! – Вера вошла в спальню Степана и удостоверилась – спит, как барсук в разгар зимней стужи. Для полноты картины умиротворения не хватало только уютного перестука колес мчащегося поезда или дождя за окном.

Ей вспомнился ночной скорый Москва-Санкт-Петербург, что увозил Веру навстречу безумной авантюре после эпохального конкурса красоты. Тогда Степан точно также безмятежно спал, и даже во сне на его лице играла улыбка. Но тогда Вера вряд ли посмела бы его будить, сейчас же – легко!

– Милый! – Вера приподняла краешек одеяла и потянула Степана за щиколотку. – Баранина под чесночным соусом простыла!

– Какая баранина? – Степан приоткрыл один глаз, его голос звучал сипло, как у биндюжника в причерноморском порту. – Кого простила?

– Не простила, а простыла! – Вера рассмеялась. Она была почти раздета – только в нижнем белье и чулках с поясом. Не мять же парадное платье – хоть оно и немнущееся! А вдруг чем-нибудь испачкается? – Остыла, значит!

– А! – Степан неуверенно поднялся. Вид у него был слегка обалдевший. – А почему именно под чесночным соусом?

– Как почему? – Вера в свою очередь встала. – Отбивает запах опиума!

– Какого опиума? – Степан напрягся.

– Да ну тебя! – Вера быстро поцеловала его в щеку и пошла на кухню. – Это же классика из Шерлока Холмса – баранина под чесночным соусом! Приходи кофе пить!

– А сколько время? – Степан посмотрел на часы. – Ого! Так ведь выходить уже пора! Ты готова?

– Готова! – крикнула Вера из кухни. – Дело за малым – подобрать подходящую драгоценность!

– Погоди! Ничего не слышу! – Степан побежал в ванную. – Сейчас ополоснусь и продолжим!

– Вот так! Как только заходит речь о драгоценностях, мужики, все как один, становятся глухими! – Вера поставила одновременно две чашечки под «дула» кофейного автомата. – Хорошо хоть не слепоглухонемыми!

– Так что ты там говорила? – через пять минут Степан, снова в халате, появился в кухне, жадно схватив кофе. – Мне послышалось – или что-то о драгоценностях?

– Нет, не послышалось! – Вера тоже сбегала вниз за халатиком. Спальня – еще куда ни шло, а сидеть в громадной каменной кухне почти в неглиже – холодно! – Видишь ли, для создания образа, способного ошеломить всех вокруг, не хватает малой толики – бриллиантового колье шириной пальцев в пятнадцать!

Вера хитро подмигнула Степану:

– Но можно и поуже – всего в десять пальцев или еще дешевле – в десять сантиметров. Впрочем, если бриллиантов нет, можно заменить, например, голубыми топазами или же стеляшками от Сваровски – только качественными. И, кстати, покупать не обязательно – можно взять в арену – вот хотя бы у тебя в магазине!

– В магазине? – Степан недоуменно уставился на Веру. – Так, вроде, я драгоценностями не торгую!

– Само собой! – Вера намазала маслом бутерброд и протянула Степану. – Но качественная бижутерия-то у тебя имеется?

– Вроде, была! – Степан вытащил мобильник, порылся в записной книжке и набрал номер:

– Алло, это кто? Александра? Хорошо! Скажи мне, в магазине есть бижутерия или нет? А если есть, то сколько стоит? И как на нее можно дистанционно посмотреть? Ага! По интернету – это и так понятно! На каком сайте? Всё, пока!

– Сейчас мы их проверим, сейчас мы их сравним! – Степан включил один из многочисленных кухонных ноутбуков и ввел нужный адрес:

– Посмотри – винтажная бижутерия Monet, Trifari, изделия Robert DeMario, Boucher – по-моему, есть из чего выбрать!

– Есть! – Вера пару раз ткнула мышкой, просмотрев несколько вещей. – Вот только по интернету вообще непонятно, как это будет смотреться в общем антураже! Тем более – бижутерия, к ней нужно относиться очень аккуратно, а выбирать по картинкам – увольте! Лучше я вообще пойду без ничего!

– Вообще без ничего? – Степан улыбнулся. – И кто ж тебя пустит голой за порог?

– Естественно, не вообще, а только без украшений! – Вера не приняла его легкомысленного тона, она понимала – ей предстоят серьезные смотрины, поэтому намеревалась точно так же серьезно к ним подготовиться! Ах, как жалко, что предчувствия о предстоящем визите во дворец Надомниковых пришли к ней только в «Сапсане»! Уж она бы взяла все необходимое – можно не сомневаться! А так? Захватила только одно платье на всякий случай и без задней мысли. – Но слушай! Давай просто сделаем небольшой крюк и прокатимся до магазина! Много времени не отнимет! Ты ведь хочешь, чтобы я выглядела на все сто?

– Хочу! – Степан выключил ноутбук. – Тогда нужно поторопиться. Отец, да и мама тоже, страсть как не любят, когда опаздывают! Мама даже больше!

* * *

Сборы заняли у них еще минут пятнадцать.

Вера была уже готова, она облачилась в платье, накинула, не застегивая, итальянское меховое пальто, поправила волосы перед зеркалом и проверила содержимое клатча – все на месте, можно выдвигаться! А Степан даже облачился в смокинг – Вера аж присвистнула от удивления!

– Какой красавец! – Вера провела ладошкой по атласной ткани смокинга. – А белая сорочка – закачаешься! Мы случайно не на бал к Воланду едем?

– Нет! – Степан заметался по прихожей, хлопая по карманам и пытаясь вспомнить, где он оставил ключи. – В чем я был на вокзале?

– Как всегда, в джинсах! – Вера открыла дверь. – С твоего позволения я спущусь вниз – хочется немного подышать! А то сейчас еще два часа в машине трястись!

– Да, да! – Степан скинул туфли и побежал искать джинсы. – Но никуда не уходи, я мигом!

«Шутишь, милый! Разве от такого мужчины уходят? Да никогда в жизни!» – впрочем, Вера промолчала.

* * *

– Ничего не подходит! – Вера прикусила губу, взяв в руки и немедленно отложив в сторону очередное винтажное украшение. – Получается черти что! Смесь бульдога с носорогом!

Она ковырялась уже четверть часа, рядом нетерпеливо подпрыгивал Степан, то и дело поглядывая на часы.

– Все не то! – Вера в сердцах всплеснула руками. – Варианты?

Она почувствовала, становится жарко. Сейчас бы не помешал платок – вытереть лоб, вспотевший от напряжения и ощущения цейтнота!

– Кстати! – Вера обернулась к Степану. – Платки у тебя есть? Мне нужен Hermes вдобавок к моему! Если не получается с бижутерией, попробую скомбинировать пару – чтобы закрыть шею. Знаю несколько вариантов!

– Конечно! – Степан быстро повел Веру к богатой витрине, на которой было выставлено не менее сотни разных платков. – К твоим услугам!

Вера удовлетворенно кивнула головой – Hermes тоже присутствовал. Она быстро перебирала шелковое великолепие, прикладывая к себе и мысленно прикидывая, как драпировка будет смотреться. В итоге Вера остановилась на двух комбинациях – ее бледно-розовый платок и ярко-изумрудно-зеленый или опять же ее и бежевый – слабых затушеванных кремовых тонов.

И то и другое ей нравилось, и коль скоро возникла необходимость воспользоваться платками взамен драгоценных аксессуаров, Вера внезапно решила скомбинировать не два, а три платка, задрапировав еще и клатч с переходом материи на руку – извивающейся змеей. А выше локтя платок можно закрепить как раз бижутерией – вот, например, этой замечательной резинкой от Boucher! Перчатки тоже кстати – если надоест таскать клатч или просто придется его отложить на время обеда – кончик платка можно поместить под кольцо – огромное и шикарное (от Monet)!

Вера радостно рассмеялась. Вот – то, что нужно! Но пусть ее наряд будет сюрпризом для Степана! И еще – необходимо немного подкорректировать прическу!

– Милый! Надеюсь, перед встречей с твоими родителями ты дашь мне пару минут навести лоск? – Вера сгребла намеченные ею платки и бижутерию и сунула в пластиковый пакет с логотипом магазина. Пускай ломает голову, стараясь понять, что она задумала – в жизни не догадается! И еще – ей обязательно потребуется зеркало!

– Естественно! – буркнул Степан, внезапно помрачнев. – Ну, ты закончила? Можем двигать?

* * *

«Бентли» в сопровождении автомобиля охраны резво катил по городу, Вера молча глазела в окно. Степан тоже не произносил ни слова. Его настроение испортилось так быстро и так сильно, что Вера волей-неволей предполагала, этому причиной она. Впрочем, первой нарушать тишину она не собиралась. Кто их разберет, этих олигархов – вдруг, у Степана разболелся зуб или воспалился мозжечок? Всякое бывает!

Кто бы там что ни говорил, но Санкт-Петербург – огромный город (про «говорил» относится конкретно к москвичам – они часто считают, что любые строения за МКАДом – суть деревня)! И если на улицах пробки, то добираться к месту назначения можно часами. Однако была суббота, движение не напрягало, и уже через пятнадцать минут кортеж вырулил на Приморское шоссе и понесся к Сестрорецку – к загородному дворцу Надомниковых по улице Андреева.

Степана, вроде, потихоньку отпустило – он успокоился и даже заулыбался. Впрочем, еще пару раз грозовые разряды эмоций сверкали в его взгляде – но он крепился, а под конец пути полностью совладал со своими чувствами. Степан расслабился и даже подержал Веру за локоть – что, наверное, было знаком примирения. Хотя Вера все еще не понимала, в чем лично ее вина.

– Минуты через две будем! – Степан наклонился к водителю. – Артем, заезжаем через третью проходную!

– Там рядом домик для VIP-гостей – отличное место, чтобы привести себя в порядок! – объяснил Степан Вере. – Ты же просила!

– Спасибо! – Вера кивнула. Она, в отличие от Степана, почти не волновалась – даже если ее соколик завелся от предстоящего разговора с предками, она не последует по его пути! Она вообще пока для семьи никто – и звать ее никак! И уж точно не невеста наследника – ведь невестам принято что-то дарить! Плюс ко всему, Вера и сама еще должна дать согласие!

Да, конечно, она крепко повязана с Надомниковыми, но войти в их круг на правах полноценный единицы? Как говорится, что позволено Юпитеру… «Так что просто воспринимай, Вера, смотрины, как увеселительную прогулку за город – и ничего более!»

Глава четвертая. Родовое гнездо

Домик для гостей оказался даже и не домиком, а небольшим флигелем в огромном архитектурном ансамбле (подобные ему Вера видела только на страницах глянцевых журналов, повествующих о жизни заграничных аристократов – баронов и герцогов).

Размеры и роскошь поместья поражали. Нет, конечно, Вера осознавала силу денег – но то, что предстало у нее перед глазами, вызывало шок. Сотни и сотни тысяч долларов, закованные в природный камень, мрамор и редкий песчаник, ушли только на отделку фасадов всего этого великолепия! А о полной стоимости резиденции Надомниковых Вера могла только догадываться!

Она постаралась максимально собраться. Рядом с ней – наследник всего этого богатства, и она ни на секунду не должна забывать, что не имеет права на него претендовать! Обычно желание заполучить мужчину проскальзывает во всем – а уж такая акула, как Галина Французовна (да к тому же бывшая актриса), читает чужие эмоции как с листа. А Вера должна выглядеть естественно – в этом ее единственное преимущество!

Перво-наперво она должна абстрагироваться – представить, что это еще одна роль, которую необходимо сыграть! Как на экране – без лишних, выпадающих из приемлемого диапазона чувств.

– А у вас хорошо! – Вера выпорхнула из машины и с удовольствием огляделась вокруг. – Сразу видно могущество хозяина!

Степан заулыбался.

«Да уж! Эта раньше наша сила была в плавках, а теперь – в ноликах на банковском счете!», – Вера, конечно, не собиралась вслух ничего говорить. Это только маленькие наивные глупышки думают, что искренность города берет – нет! Девушки постарше должны уметь держать язык за зубами, тем более – в стане врага! Сейчас враг для нее – двуглавый дракон-дуумвират Надомников старший – Надомникова-жена (возможно и с третьей еще не созревшей головой – Степаном)! Дракон – не в прямом смысле слова, но не менее опасный!

– Милый, ты меня подождешь? – Вера поднялась по ступенькам к двери. – Я быстро!

– Подожду! – Степан поежился. На улице – промозглый питерский мороз, а он одет слишком легко. – А что, твои сборы – секрет, и мне присутствовать запрещено?

– Нет, конечно! – Вера была сама простота. – Я только хотела сделать тебе сюрприз! Скажи мне, где тебя найти, мне потребуется пятнадцать минут!

– Ладно! – Степан посмотрел на часы. – Я буду в нижней гостиной в доме. Охранник тебя проводит!

* * *

– Как ты думаешь, Вера, после сегодняшнего вечера тебя выгонят из сериала или все же оставят показывать тинейджерам задницу с экрана? Чтоб деньги зарабатывала? – Вера захлопнула за собой дверь и, быстро сориентировавшись, села перед зеркалом.

Гостевой флигель имел внушительные размеры: квадратов семьдесят – и в три этажа. И если внизу был холл с мягкими креслами, журнальным столиком, гигантским телевизором на стене и множеством зеркал, то наверху – наверняка, спальные комнаты и, может быть, что-нибудь вроде буфета.

– А еще скрытые видеокамеры – чтобы запечатлеть жизнь постояльцев во всех нескромных подробностях! – Вера представила, как кто-то из охраны подсматривает за ней непосредственно из унитаза, и ей стало смешно. Однако смех смехом, но дельную мысль о возможности подглядывания игнорировать не стоило. Типа: «В следующем месяце – долгожданная премьера фильма: «Вера Штольц и личная гигиена! Снято в укромном месте!»

– Не дождетесь! – Вера вынула несколько заколок и расческу. С косметикой все в порядке – подновлять необходимости нет. И слава богу, поскольку времени – с гулькин нос! Нельзя терять ни минуты, а то кто знает этих олигархов с их постоянными перепадами настроения! Как в детской гадалке по ромашке – к сердцу прижмет, куда-то там пошлет…

При встрече:

– Иди ко мне, любимая!

Иди, дорогая!

Такая ты красивая,

Воздушная, неземная!

Через час дома —

Расслабленность, истома:

– Ты восхитительна в кровати, спору нет!

И кстати, милая, а что у нас на обед?

– Спасибо, очень вкусно!

Тебе без меня не будет грустно?

Вернусь часа через два —

Займись-ка ужином, а у меня дела!

– Интересно, кто-нибудь из нормальных людей вообще способен оценить внутренний мир олигарха, непоправимо искореженный сумасшедшим баблом? – Вера повернула голову вправо, потом влево, критически осмотрела себя, уверенными движениями собрала волосы наверх и зафиксировала их заколками-невидимками.

– Стиль haut couture не получится, поскольку Трепанга вблизи не наблюдается! – Вера ловко перехватила узел волос яркой тесьмой (между прочим, тоже Hermes) и поморщилась. В совокупности с тремя платками смотрелось уж больно попугаисто.

– Долой вульгарщину! Придется импровизировать на ходу! – Вера освободилась от шейных платков. – В итоге пришли к тому, от чего и начинали плясать! К почти голой простоте!

Задрапированная по локоть рука, тесьма в волосах, обнаженные плечи и длинная шея, еще более подчеркнутая прической наверх – по крайней мере, в зеркале Вера смотрелась очень эффектно. И кажется, даже отсутствие колье не вносило дисбаланс в общий облик.

– Никто не посмеет обвинить меня в неоригинальности! – Вера улыбнулась. Ей вдруг захотелось, чтобы кто-нибудь из пронырливых журналистов сфотографировал ее в таком виде прямо сейчас – не стыдно появиться на глянцевой обложке! – А самое главное, на мне – исключительно всё свое! Даже Степины казенные платочки не понадобились! Вот только куда их девать?

Вера посмотрела на клатч и представила, как пытается запихнуть в него платки, а они не влезают и предательски торчат наружу, характеризуя хозяйку, как стяжательницу-барыгу, неспособную скрытно унести уворованное.

– А может, так и поступить? Назло канонам? И вообще – сорвать с себя платье, переодеться в домашнюю пижаму и объявить Надомниковым, что игнорирую их ужин, поскольку блюду фигуру и не собираюсь ради них набирать лишние килограммы, поедая омаров на ночь!

– Мечты, мечты, где ваша сладость? – Вера поднялась и накинула на плечи пальто. – Здесь я его точно не брошу, вдруг кто-то из слуг решит, что это ему подарок – пальтишко-то так себе, хозяева побрезговали! А мне будет обидно! Все-таки куплено на честную зарплату! А вот платочки можно и складировать. Степану скажу, чтоб забрал! И в самом деле – не упаковывать же их в полиэтиленовый пакет, зажатый подмышкой! То-то будет фурор при моем появлении! Да еще если выставить рекламку вперед!

* * *

От себя добавим – Вера выглядела великолепно! Взявшись за ручку двери, она испытала некий кураж – в двух словах его можно охарактеризовать так: «А слабо, Галина Французовна, наперегонки – кто кого на конкурсе красоты?»

– Понятно, что слабо! Старшее поколение снялось с дистанции в связи с заведомым проигрышем! – Вера вышла во двор, и охранник, приставленный к ней, немедленно ринулся вперед, показывая дорогу.

Они завернули за угол и пошли вдоль парадного фасада – до центрального входа (именно там располагалась гостиная с ожидающим Веру Степаном) было никак не меньше тридцати метров.

– Итого, длина основного здания – метров шестьдесят-семьдесят, ширина (Вера прикинула) – метров двадцать, и три этажа. Итого: от трех с половиной до четырех тысяч квадратных метров! Не Зимний дворец, конечно, но для скромной жизни хватит! И еще постройки для челяди и рабочего люда! Отлично! И никаких Багам! Нас и здесь неплохо кормят!

Крыльцо центрального входа было выполнено в классическом патрицианском стиле – со статуями и вазонами – в общем, все дела!

– Единственно плохо! – Вера улыбнулась. – У статуй пальцы не торчат в растопырку, а так – все, как у людей! По случаю зимы и морозов в вазонах – карликовые сосёнки из Якутии или из-под Норильска – и даже с шишечками! Интересно, а кедровые орешки из них можно налузгать – или только сосновые?

Охранник между тем широко распахнул огромные и тяжелые стеклянные двери – Веру приглашали!

* * *

Степан сидел на диване и смотрел телевизор. Крутили очередную сто пятьдесят шестую серию «Ментов» – с непонятными новыми актерами (все их достоинства заключались только в одном – они были похожи на быков), которые почти весь фильм бегали с перекошенными мордами, пытаясь изловить бандитов.

Степан снял смокинг и кинул его рядом на диван – не мять же в ожидание Веры. Степан лишь смутно предполагал, что задумали его родители – например, сколько человек приглашены на ужин, и чего ждать. Мамам, как всегда, темнила, а отец о таких вещах не говорил (некогда, бизнес есть бизнес, а всё домашнее – под жесткой пятой супруги!)

– Я тебе сейчас пасть порву, гнида! – истерично заорал капитан полиции из телевизора, и одновременно с его воплем в гостиной появилась Вера.


– Вот это драйв! – Вера сбросила пальто на руки подскочившему дворецкому (или правильно его называть по-другому?) – Уверена, от такой игры актеров у всех окрестных кошек случаются преждевременные выкидыши! У вас кошки есть?

– А куда ж без них! – Степан восхищенно оглядел Веру с ног до головы. Кровь бросилась ему в лицо – без всякого сомнения, он желает эту женщину прямо сейчас! Он сделал попытку притянуть Веру к себе, но она мягко отстранилась:

– Если мне придется снова наводить макияж и поправлять прическу, дорогой, до омаров мы никогда не доберемся! И они обидятся – и начнут нетерпеливо стучать клешнями о тарелки из золота!

– Из серебра! – Степан вновь надел смокинг и поправил бабочку. – Кстати, насчет котов – у нас их два: Державин и Фашист. Фашиста, конечно, по документам кличут иначе – что-то типа Стюард-Георг Пятнадцатый или Шестнадцатый, но фашист – он и есть фашист! Никому жизни не дает!

– А порода? – Вере вдруг захотелось подержать в руках и потискать пушистое мяукающее существо. В детстве у нее была любимая кошка Василиса, и воспоминания о ней остались самые светлые. Василиса защищала маленькую Веру даже от родителей, считая ее своим детенышем. А когда она сбежала из дома, Вера в одиночку обшарила все окрестные подвалы – узнав о чем, у мамы чуть не случился инфаркт. Вера ждала Василису еще целый год, но кошка не вернулась.

– Фашист – британец, морда, как у бульдога, наглая и злобная, а Державин – наш, чистый сибиряк, мохнатый и толстый. Но глаза умные-умные!

– Класс! Познакомишь с сибирским?

– Если тебе так хочется! – Степан пожал плечами. – Но только после ужина, и если платье не жалко – а то он иногда когтищами в одежду вцепляется! Ну что, пошли?

* * *

Галина Французовна с самого утра пребывала в странном состоянии. Не то, чтобы не в своей тарелке – но все же весьма на взводе. Причиной, конечно, был анонсированный ужин с Верой.

Галина Французовна никак не могла определиться, как себя подавать. Вариантов у нее было много – например, зверской потенциальной свекрови или, напротив, любящей доброй мамы, способной позаботиться и о невестке.

А может, холодной отстраненной дамы высшего света, которой вообще все по барабану?

Галина Французовна попыталась даже обратиться за советом к мужу (а для нее это было из ряда вон!), на что Арсений Петрович отреагировал в свойственной ему манере – дескать, вступим в бой («бой» – ужин с Верой), там и посмотрим! Но мама Степана так не хотела – ей требовалась определенность. Кроме того, Галина Французовна в очередной раз получила подтверждение – ее муж симпатизирует Вере. Уж больно весело и благодушно он был настроен.

«Что взять с этих мужиков! – после разговора с Арсением Петровичем Галина Французовна в сердцах накричала сразу на трех домработниц, сдуру подвернувшихся под руку. – Они всегда думают только одним местом, вот и мой – хоть и старый кобель, и песок сыплется – а все туда же! Конечно, эта дамочка может заставить любого исходить слюной, но на то существую я – чтобы всегда оставаться на страже. А на меня ее чары вряд ли подействуют – сама такая!»

«Вот именно что такая! – неожиданно Галину Французовну стали обуревать сомнения. – Похожая на тебя, и хватка не слабее! Может, твое неприятие Веры заключается именно в вашей похожести?»

– Может, может! – Галина Французовна фыркнула, как растревоженная фурия, и поджала губы. – Речь ведь идет о моем сыне, а не о дворняжке, мне безразличной! Поэтому я не должна ошибиться!

Галина Французовна, как и положено образцовой маме, часто забывала, что Степан – отдельный и не нуждается в ее советах, особенно в плане личной жизни. И если бы он узнал о буре в стакане воды, которая сейчас завладела его матерью, он бы очень удивился. С его точки зрения все было предельно ясно: Вера – его девушка, ему с ней хорошо, речь о женитьбе пока не идет (хотя он, вроде, не против), мало того, Вера и сама всячески намекает – нужно еще подождать. Так чего лишний раз гнать волну на ровном месте?

Но Степан не знал – и слава богу!

Подведем итог: материнская ревность бушевала в душе Галины Французовны карибским ураганом. Как смириться с тем, что в доме, возможно, появится другая женщина, имеющая такое же влияние на сына (если не больше), как и она сама?

В результате внутренней борьбы часам к четырем Галина Французовна так распереживалась, что решила сказаться больной – и всё тут! Она даже и почувствовала себя больной – давление подскочило, и разболелась голова. Но «проболела» она недолго. Ее природная сила взяла верх – выдернула Галину Французовну из постели, а заодно и приказала всему остальному организму собраться и по примеру мужа поплыть по течению – смотреть и импровизировать в процессе.

А пока что – времени не так много (всего несколько часов), а ей еще предстоит выполнить все необходимые подготовительные процедуры – спа, массаж, косметолог, парикмахер, визажист. И если сегодня кто-то и будет блистать за столом – то это точно она (а за других не ручается!)

* * *

– Позвольте представить! – Степан ввел Веру в обеденную залу на втором этаже и нос к носу столкнулся с высоким импозантным мужчиной, оживленно о чем-то болтающим со своей спутницей – по виду, топ-моделью. Мужчина, как выяснилось впоследствии, владел несколькими частными питерскими телеканалами и двумя крупными периодическими изданиями – таблойдами. Его звали Марк Александрович Антоновский. А дама рядом с ним была известной тусовщицей/приживалкой из высшего света Ксенией Собакевич.

– Позвольте представить! Вера Штольц!

– Ах! – Марк Александрович всплеснул руками, немедленно передал бокал с шампанским мисс Собакевич и ринулся целовать руку Веры. – Давно, давно мечтал приобщиться к такой красоте!

– Спасибо! – Вера непринужденно рассмеялась. – Всегда была уверена, что только джентльмены из северной столицы способны так изысканно говорить комплименты, что сердце любой девушки дрожит и рассыпается на множество крошечных искрящихся осколков! Не то что столичные – им бы только деньги зарабатывать, а на красивое слово – и времени нет!

– Именно, именно так! – Антоновский расцвел. – Моя спутница – Ксения Собакевич, девушка во всех отношения видная – из хорошей, очень хорошей аристократической семьи!

Как и положено, Вера и Ксения по-дружески расцеловались в щечки (если кто не в курсе, именно так и происходят знакомства между девушками в тусовочной среде). Собакевич была на полголовы выше Веры, усыпана бриллиантами с ног до головы (серьги, колье, перстень), но на фоне Веры смотрелась, как народный (пусть и любимый) шпиц рядом с мальтийским бишоном. И никакие украшения и стильный парадный макияж не могли скрыть разницы.

В сравнении с Собакевич Вера была одета очень скромно – пусть и дорого, но без соответствующих пафосу ювелирных украшений. Но зато сама фактура! Если продолжать аналогию, бишону не нужно ничего доказывать, им и так все восхищаются! Конечно, от примера с собачками кого-то может и покоробить, но просим прощения! Так более наглядно!

Степан рядом светился довольством, как кот после украденного куска сочной говядины. Лишнее подтверждение эксклюзивности его спутницы – вот оно, налицо – очень приятно!

Увидев, что в зале появился наследник, гости (а их, помимо Марка и Собакевич, было двенадцать) поспешили засвидетельствовать Степану свое почтение. Причем, поспешили именно они – а не он (Вера заметила сразу). Гостями оказались:

– Фирсов Михаил Сергеевич с супругой (ценные бумаги, связи и западными и китайскими банкирами);

– Макеев Андрей Олегович (видный, вхожий в Кремль медийный политолог);

– Богуславская Ирина Афанасьевна (питерский брендованный дизайнер-модельер, владелица модного торгового дома с филиалами в десяти городах России);

– Иванченко Петр Алексеевич с супругой (оптовая торговля бензином и нефтепродуктами);

– Аркадий и Кирилл Розовские (раскрученные пронырливые репортеры, специализирующиеся на репортажах о жизни богемы под заказ);

– Абагян Арсен Артаваздович со спутницей Викой Казановой (он – крупный лесопромышленник, она – эстрадная поп-звезда);

– Николаев Борис Николаевич (известный теневой лоббист, способный, как утверждали, решить любой вопрос);

– Шипулев Игорь Владленович (старый друг Арсения Петровича, академик, только что вернувшийся из двухлетней командировки в Антарктику).

Гости Надомниковых чувствовали себя свободно и раскованно – оживленно переговаривались друг с другом и громко смеялись. Появление Веры вызвало у них неподдельный интерес – у Веры даже возникло ощущение, что она – сюрприз, о котором никого не предупреждали.

Модельер Богуславская украдкой придирчиво осмотрела Веру с ног до головы, а потом выказала комплимент ее наряду – просто, свежо и одновременно оригинально! Причем было видно, Богуславская говорит искренне. По лицам присутствующих господ трудно было понять, что они думают – но Вера не сомневалась, ее выход удался – нет-нет, зависть-таки проскальзывала.

Репортеры Аркадий и Кирилл, понятно, оказались резвее всех – они немедленно постарались взять Веру в оборот – устроить блиц-опрос, сделав основной упор на возможных пикантных и личных подробностях (не обойдя вниманием и многочисленные слухи):

– После «Корта», который сделал Вас мегазвездой, рассматриваете ли Вы возможность сняться в чем-либо более серьезном?

– Мне бы хотелось, но пока об этом говорить преждевременно!

– Как Вам работается с режиссером Высоковским – говорят, он невыносим?

– Напрасно вы так. По-моему, более душевного и профессионального человека не найти!

– А правда ли, что у Вас своя вилла на Мальдивах?

– Нет, неправда!

– Когда состоится Ваша свадьба?

– С вашего позволения, я не стану отвечать на этот вопрос!

– А сейчас что, помолвка?

– Без комментариев.

– Хорошо, тогда немного о Вашей профессиональной деятельности и о кино вообще! Вы, наверное, смотрели недавний документальный фильм режиссера Евгении Кольчинской. Критики все как один утверждают – это явление в нашем кинематографе. Каково Ваше мнение?

– Честно говоря, я еще не успела (обстоятельства, как вы знаете, не позволяли), но обязательно посмотрю. Мы с Евгенией знакомы пока очень отдаленно, но я ее, безусловно, уважаю и поэтому не сомневаюсь, ее творчество достойно всяческих похвал!

– Наши читатели очень интересуются количеством Ваших поклонников – и потенциальных, и действующих!

– Без комментариев!

– Господа, господа! – Степан, который в это время о чем-то болтал с политологом Макеевым, как раз отвлекся – и последний вопрос ему явно не понравился. – По-моему, вы не о том спрашиваете! Советую вам быть поосторожнее! – в голосе Степана Вера уловила даже признаки гнева.

– Всё, всё! – Розовские мгновенно отступили – интервью, вот оно – уже есть, а желание наследника, в любом случае, закон, и не стоит кусать руку дающего.

* * *

– Галина Французовна и Арсений Петрович Надомниковы! – в центр залы вышел мажордом и громогласно объявил о появлении хозяев. Одновременно внутренние парадные двери распахнулись, и Вера замерла – вот сейчас они и познакомятся! Ей вдруг на ум пришла сцена из «Д’Артаньяна и трех мушкетеров» – выход короля с королевой на Марлезонский балет. Очень похоже!

Как вы думаете, чем олигарх отличается от обыкновенного человека? Может, у него три руки или две головы, может, он чудо-юдо диковинное, от взгляда на которое кровь стынет в жилах, и хочется забиться в рубку подводной лодки, задраить переборки и немедленно обделаться от страха? А вот и нет, не угадали! Олигарх – такой же человек, как и все, только очень-очень (повторяем – очень-очень) богатый. И богатство, и властность идут (бегут, порхают) впереди него!

Пара Надомниковых соответствовала идеальному олигархическому статусу. И внешний вид имела соответствующий. Галина Французовна затмевала всех и каждого зрелой красотой, умело поддержанной профессиональной работой косметологов, массажистов и стилистов ранга «эксклюзив». Лично мы уверены, мало найдется на планете дам, способных в ее возрасте подать себя так шикарно.

К ужину мама Степана предпочла вечернее платье в пол – несложного кроя, хорошо подчеркивающее ее подтянутую фигуру. Украшений было минимум – лишь рубиновые серьги и массивное, но одновременно как будто невесомое рубиновое колье на шее – камни в обрамлении черного золота. Как потом узнала Вера (выпытала у Степана), ювелирный гарнитур Галины Французовны назывался «Le rouge et le noir éclat», что в переводе: «Красное и черное сияние» – в единичном экземпляре и персонально от ведущего ювелира Cartier.

Галина Французовна долго думала, какое из украшений ей выбрать, и решила остановиться именно на этом – более всего подходящем ее образу – сногсшибательной блондинки средних лет (еще нет и пятидесяти) с сияющими глазами и ослепительной улыбкой. И вряд ли кто-нибудь из гостей мог предположить, что еще несколько часов назад маму Степана одолевала хандра.

Арсений Петрович всем нарядам предпочел дежурный смокинг с бабочкой и мягкие туфли – подчеркнуто просто и без излишеств! И даже без часов – дескать, цацки ему ни к чему! Зато смокинг был не черным, а какого-то неуловимо переливчатого цвета – от антрацитового до темно-фиолетового и даже глубокого синего.

«В магазинах готового платья такие не продаются!», – решила про себя Вера и, увлекаемая Степаном, устремилась навстречу царственной чете олигархов.

* * *

– Мама, папа! Знакомьтесь, это Вера! – Степан быстро подошел к родителям – чуть ли не вытолкнув вперед Веру, которая внезапно немного оробела.

– Ага! – Арсений Петрович широко улыбнулся. – А я Вас, Верочка, часто вижу по телевизору! Говорят, Вы – звезда?

– Да что Вы! – Вера, не ожидавшая такого начала разговора (она настраивалась на что-то радикально серьезное – чуть ли не на книксены и реверансы с зажатыми шляпками в ладошках), невольно рассмеялась. – Они ее за смелость полюбили, и кроме – за гламур и швабру верткую в руках!

– Швабру? Какую швабру? – Арсению Петровичу показалось, что он не расслышал.

– Обыкновенную! Из квартиры Степана! – Вера вдруг почувствовала себя легко и свободно. – Несколько месяцев назад я отбила ею нападение мадемуазель Нимфоманской в сопровождении страшного волкодава – вот с тех пор и узнают на улицах!

– Точно! – Надомников оглушительно рассмеялся. – Сам лично пару раз просматривал – и даже скачал ролик на ноутбук! Моя супруга и мама Степана – Галина Французовна!

– Здравствуйте! – Вера все же немного присела вниз, скопировав в легкой форме поведение фрейлин и статс-дам при появлении императрицы. – Очень приятно! (она чуть не добавила «Ваше величество»).

– А мне как! – Галина Французовна благожелательно обняла Веру (воистину, женщина-загадка, совершенно невозможно понять, что у нее на уме). – Но продолжим разговор за столом, а то гости уже заждались!

По знаку Галины Французовны мажордом пригласил всех присутствующих в соседнее помещение – «Малую трапезную», которая, к слову сказать, была совсем немаленькой – квадратов сто пятьдесят, не меньше. Посреди трапезной был сервирован стол замысловатой формы – в виде усеченного овала (чем-то похожий на огромный желудь, только более ровных геометрических линий).

Во главе стола сели Арсений Петрович и Галина Французовна, по правую руку от отца расположились Степан и Вера, все остальные – на заранее определенные места, обозначенные табличками. Понятно, что корреспондентов засунули подальше – но пусть вообще радуются, что их пустили без намордника за общий стол!

Вера с интересом осмотрелась по сторонам. «Малая трапезная» была выдержана в зеленом и приглушенном желтом – стены украшены тканевыми драпировками и натуральным малахитом. Позади Арсения Петровича и Галины Французовны на стене висел семейный герб: могучий дуб, расколовший корнями скалу, и спящий под дубом единорог. С потолка свисала люстра, свет от нее можно было смело охарактеризовать, как мягкий и мистический.

Столовые приборы были из серебра – но у хозяев (Арсения Петровича, Галины Французовны и Степана) – с золотыми фамильными гербами. Вера посмотрела на три вилки слева от своей тарелки (вернее, от двух тарелок – подставной и закусочной), на три ножа и столовую ложку – справа, и на вилку и ложку – сверху, и стала судорожно вспоминать, что к чему. Ведь она специально готовилась к парадному выходу (еще месяц назад – как чувствовала!)

«Ага: крайняя левая вилка – для закусок, потом – для рыбы, рядом с тарелкой – большая вилка для мясных блюд, первый нож справа – нож для мяса, следом – для рыбы, потом – супная ложка, и нож для закусок! Проще простого! А сверху – десертные ложки и вилки. Ты же не хочешь уже в первый вечер прослыть колхозницей-Фёклой!»

Само собой разумеется, рядом еще стояли куча фужеров и стаканчиков, но Вера решила не париться – официанты сами знают, куда что наливать! А ее дело – не спешить с началом трапезы и убедиться, что она ничего не напутает!

– Итак! – Арсений Петрович подождал, пока все рассядутся, и на правах хозяина взял слово. – Спасибо, что вы все почтили нас своим присутствием – тем более, мы знаем, как вы заняты!

Гости дружно заулыбались. Не было никакого сомнения, они бы вернулись даже из Африки – лишь бы не пропустить вечер у Надомниковых (чему свидетельством был целый академик – еще дальше, из Антарктиды). А Вера получила лишние доказательство – манера общения у Арсения Петровича весьма специфическая – гремучая смесь серьезности, иронии и цинизма. И властности, само собой.

– Поскольку вы люди занятые, повторяю это еще раз, и мы ценим ваше время, каждый из вас волен покинуть нашу вечеринку, когда пожелает! А волен остаться до утра – слава богу, у нас есть, где разместиться!

Снова улыбки и смех. Понятно, что есть – и всем бы такие возможности!

– Напоминаю, если кто пока не в курсе: за столом – никаких деловых разговоров и разговоров о политике, веселые анекдоты и истории приветствуются, формализм – нет! А теперь приступим! Приятного всем аппетита!

Надомников сел, и официанты резво взялись за дело. Один из них поинтересовался, какое Вера будет пить вино, но получил ответ – только минералку, без газа. Вера заранее решила, что сегодня не позволит себе ни капли спиртного – трезвая голова ей не помешает, плюс совсем не хочется произвести впечатление на потенциального свекра и свекрови, как о какой-то алкоголичке!

Следом подали закуски от мсье Анри (аутентичного парижского повара семьи Надомниковых) – Вера выбрала пате с каштанами и пти фарси (фаршированные овощи). Совсем чуть-чуть – для пробы. Логичным было предположить, что за закусками последует и рыба, и мясо, и, может, суп – с последующим плавным переходом к десерту (пятистам видам на выбор), поэтому умеренность – лозунг вечера!

– Почему бы нам не углубиться в оживленную беседу? – Арсений Петрович вопросительно взглянул на Веру, как только официанты отбежали от столов – дескать: «Ты что, сюда, жрать пришла?». Вера еще даже не успела прикоснуться к деликатесам – впрочем, чего-то подобного она и ожидала – и не сильно удивилась. – Меня, например, очень интересуют подробности вашей эпопеи на острове – а от Степана вечно ничего не добьешься! Поэтому, Верочка, Вас не затруднит провести ликбез, так сказать?

– Конечно, Арсений Петрович! – Вера отложила вилку и взяла стакан минералки. Она бы с удовольствием выпила сейчас кофе, но ведь ужин у олигарха – это не развлечение, а работа! – Готова рассказать все, как на духу!

– Славно! – Арсений Петрович подмигнул Степану. – Вопрос первый! Страшно было?

– Еще бы! – Вера говорила спокойно и уверенно. – Страшно – не то слово! Когда пираты обшаривали острова на яхте, а мы наблюдали за ними из-за камней, я думала, что умру от страха!

– Ага! – Арсений Петрович в свою очередь отложил вилку и подпер кулаками подбородок. Словно по команде и все остальные гости перестали жевать и схватились за напитки – в основном, за красненькое. – Много их было?

– Мы видели двоих или троих на борту в камуфляже – с автоматами. Сколько внутри – не знаю! – Вера пожала плечами и мельком посмотрела на пате. Все-таки, хочется попробовать – от парижского мэтра, как-никак!

– А что было потом? – Галина Французовна впервые за вечер сбросила с себя маску холодности и отстраненности – с момента спасательной экспедиции прошло совсем чуть-чуть, и наверняка, эмоции все еще зашкаливают!

– Мама, ну ты же смотрела фильм! – Степан имел в виду съемки на видеокамеру, которые они вели, будучи на острове. – Там все подробно изложено!

– Да, сын! – Галина Французовна характерно поджала губы (одни в один, как Степан, когда был чем-то недоволен). – Однако не мешай! Так как – что было потом?

– Потом? – Вера покосилась на Степана (тот сидел насупленный и лениво ковырял вилкой какую-то дорогущую закуску). – Потом Степан взялся за обустройство нашего быта. Он сказал, что нас обязательно спасут, поэтому нужно продержаться всего пару дней!

– Молодец! – Арсений Петрович откинулся на кресле – глаза его сверкнули. Неизвестно, чего он ожидал услышать от Веры, но такой ответ, кажется, его полностью удовлетворил. А Вера мысленно улыбнулась – не такая она и дура, чтобы выпячивать лично свою роль! – Степан – настоящий мужик, надежа и опора! А ведь ходят слухи, что наследники богатых семейств – изнеженные неумёхи, и вот – доказательство от противного из первых рук!

Арсений Петрович посмотрел на супругу (Галина Французовна снова спокойно и благожелательно улыбалась, и снова Вера подумала, что эмоциональную броню потенциальной свекрови может пробить только крупнокалиберный фугасный снаряд – за редким исключением, и точно не на людях):

– Тост! – Надомников-старший поднял бокал вина и чокнулся с немного смущенным таким вниманием Степаном. – За нашего сына – за испытание, которое он выдержал с честью! Гип-гип-ура!

Все выпили. Вера обернулась к официанту – он мгновенно подскочил и налил ей еще минералки.

– Скажу Вам по секрету, Верочка! – Арсений Петрович взялся за вилку, и гости, воспользовавшись моментом, набросились на вожделенные закуски (и Вера в том числе). – Меня уже совсем замучили шоумены с телевидения – они непременно хотят завлечь вас на программу, чтобы подробно во всех красках порасспросить. Правда, почему они обращаются ко мне, я не могу понять!

«Как почему? – хотела ответить Вера. – Да потому, что без Вашего разрешения даже кошки на свет не родятся!»

Впрочем, Вера молча улыбалась, изображая искреннюю заинтересованность.

– Так что передать телевизионщикам? – Арсений Петрович посмотрел на почти пустой бокал вина и слегка нахмурился. Официант немедленно материализовался у него за спиной с бутылкой, вид у него был чрезвычайно расстроенный.

– Если Степан не против, я тоже согласна! – Вера еще раз поблагодарила небеса – идея не пить совсем была превосходной. Разговор между нею и олигархическим семейством постоянно соскальзывал на тонкий лед – поэтому осторожность, осторожность и тщательный подбор слов и выражений! – В конце концов, именно на него легли все тяготы нашего заточения на острове!

Степан рядом с Верой мрачно хмурился. Его уши слегка алели – ему была понятна генеральная линия Веры – тем более в присутствии гостей ужина. Наверное, если сейчас родители поинтересуются, кто готовил еду, Вера скажет, что лично Степан!

– А скажите, Вера, – Галина Французовна тоже решила поучаствовать в допросе с пристрастием, – почему Вы от нас сбежали – там, на пристани?

«Начинается!», – Вера внутренне напряглась. Она ожидала это вопроса и даже заранее подготовила ответ:

– Решила, что поскольку я фигура второстепенная, не стоит заострять на себе внимание. Степану нужно было отдохнуть и восстановиться, меня ждал продюсер в отеле, вот я под шумок и ретировалась.

Вера говорила спокойно и очень искренне. Галина Французовна пыталась ощутить в ней фальшь или наигранность, но ничего! Поэтому вариантов только два: либо Вера говорит чистую правду, либо она настолько хорошо играет роль, что даже матерый и поднаторевший в актерском мастерстве глаз не в силах этого обнаружить! Но и то, и другое характеризует ее исключительно с положительной стороны – по крайней мере, с точки зрения Галины Французовны!

Впрочем, мама Степана решила копнуть глубже. Вдруг ей удастся обнаружить в поведении Веры уязвимые эмоциональные изъяны, которые можно немного поковырять!

– Ну, и? Как Демьян? – Галина Французовна улыбнулась. – Говорят, он все время вашего отсутствия пил – очень переживал!

– Честно говоря, не знаю! – Вера наконец покончила с закусками и отложила вилку. Когда я вернулась, он был, как огурчик – свеж и полон сил!

– Кстати, как вам с ним работается? – Арсений Петрович дал команду мажордому – сейчас подадут горячее. – Я знаю его уже сто лет, он – мужчина резкий и требовательный, хотя и настоящий профессионал, каких мало!

– Отлично работается! – на этот раз Вера нисколько не кривила душой. О чем говорить, если Высоковский сделал из нее человека! Да, на деньги Надомниковых, но все же – сделал именно он! – Мне кажется, любая актриса мечтает о таком режиссере и продюсере – тем более, актриса начинающая, типа меня! В общем, мне очень повезло!

– Понятно! – Арсений Петрович поднял рюмку. – У меня созрел тост – он серьезный. Прошу оторваться от мяса и перестать грызть зубами тарелки!

Гости весело рассмеялись. Массовка – что там!

– Есть такой поэт Николай Добронравов. Наш – ленинградский, питерский. У него есть замечательные стихи:

Да разве сердце позабудет

Того, кто хочет нам добра,

Того, кто нас выводит в люди,

Кто нас выводит в мастера!

Я очень надеюсь, что каждый из нас всегда будет помнить, кто сделал из него человека, кто дал ему шанс! И кто бы что ни говорил – это важно! А теперь – пьянствовать!..

Глава пятая. Среди акул журналистики

«C добрым утром, тетя Хая!

Вам привет от Мордехая!» – Вера открыла глаза. – Поваляться еще немного или нет? Кстати, а сколько времени?

Электронный будильник рядом с кроватью показывал 06.50.

– Господи, рань-то какая несусветная! – Вера перевернулась на другой бок и зарылась под одеяло с головой. Сегодня – 5 января. И сегодня ей предстоит участие в шоу: «Богатые тоже плачут» – вместе со Степаном. А уже завтра – в рождественский сочельник – оно (шоу) выйдет на экраны.

Сон не шел. Вера подремала еще полчасика и решила окончательно вставать. Поплескалась под душем, «проехала» на велотренажере три километра, потом на степпере – еще километр в быстром темпе, потом – снова душ, и можно идти завтракать!

Дежурный омлет с апельсиновым соком, круассан и кофе с кусочком (ну, пусть с двумя) шоколада. В конце концов, после физической нагрузки можно себе позволить! Тем более, шоколад самый что ни на есть настоящий – горький на 99 %.

Сегодняшние съемки должны были начаться в 15–00 и длиться до семи вечера. А в девять-десять заявится Степан – прислал SMS-ку, его кортеж уже миновал Тверь.

– Интересно, сколько в этот раз джипов его сопровождает: один, два или штук пяток? – Вера плюхнулась в кресло и щелкнула кнопкой включения телевизора на пульте. После завтрака двигаться особо не хотелось – можно уделить время просмотру передач.

«Здравствуйте, здравствуйте, уважаемые телезрители! В эфире – «Едим под присмотром!», и мы – ее ведущие – Трюфелёв Андрей и Смазливая Настя! Сегодня мы в гостях у очень известного человека, владельца фирмы «Кетчупы от Збруева» Збруева Ибрагима Витольдовича. А Ибрагим Витольдович оказался настолько открытым и куртуазным, что решил показать нам свой дом и свое окружение, включая домочадцев и домашних животных!»

– У меня в холодильнике тоже есть Збруев – аж целых два вида: «Острый миланский кетчуп от Збруева» и «Неслабый африканский кетчуп от Збруева». С фантазией у производителей, конечно, убого, но хоть посмотреть, что за человек – если толстый урод, больше ничего его покупать не буду!

Вера воспользовалась рекламной паузой и вернулась на кухню – закинуть грязную посуду в посудомойку. Когда она вновь уселась перед телевизором, господин Збруев (мужик лет сорока пяти и килограммов на пятнадцать тяжелее нормы) уже вовсю бахвалился перед журналистами своим домом и внутренним антуражем. На Збруеве был надет толстый велюровый халат, из-под которого выглядывала тельняшка ручной работы от Славы Зайцева.

– Все чисто по-домашнему! Долой условности! – Вера прыснула со смеха. – Действительно, чего наряжаться перед какими-то Трюфелёвым и Смазливой! Вот если в гости приехал бы президент или хотя бы премьер, можно и приодеться – а так, лакай, быдлота, что дают!

– Вот он, мой особняк, во всей красе! – Ибрагим Витольдович тем временем надулся, как рыба-шар, и вывел журналистов в какую-то затемненную комнату, посреди которой на пьедестале стоял макет поместья Збруева (много строений из картона и папье-маше). – Оцените размах, оцените искусство дизайнеров, оцените гений самого хозяина!

– Да уж! – Вера брезгливо дернула головой и переключила канал. – Оценила – Ибрагим, больше никогда в моем доме не будет твоих кетчупов! Уж не обессудь!

Вера быстро пробежалась по текущей программе передач – смотреть нечего вообще – и даже принимая во внимание рождественские каникулы и анонсированные мега-супер телевизионные хиты всех времен и народов!

– Ну и пусть! И не очень-то и хотелось! – Вера подобрала под себя колени, накрылась мягким пледом и, почувствовав, что именно в таком положении ей удобно и комфортно, решила, наконец, дочитать роман о похождениях ветреного разбитного повесы – пожирателя женских сердец вкрутую. Тем более, времени еще навалом – сборы только в час.

Накануне Вера получила четкие инструкции от Высоковского:

– Верочка, ты девушка умная, помни – на шоу ты играешь вторым номером! Но здесь главное – не «вторая», а «играешь»! Отбрось надежду просто отсидеться! Не дадут – уверен на сто процентов! Я знаю этих журналюг, они будут рыть, как терьеры в поисках лисьей норы! Тебе предстоит решить нелегкую задачу – одновременно выглядеть естественной и максимально привлекательной, но не затмить Степана! А он, наверняка, прикинется лаптем, я его знаю! Но чур – я тебе этого не говорил! Поэтому подумай хорошенько!

– Подумай хорошенько! – Вера оторвалась от книжки и скорчила воображаемому продюсеру рожицу. – Навесили очередные пиар-вериги made in Nadomnikoff, а мне расхлебывать! И главное – так, чтобы не затмить! А если он (Вера имела в виду Степана) вдруг решит снова «проявить характер», как на ужине у предков, упрется рогом и будет сидеть мрачный, как черт! Или еще круче – возжелает набить морду всем участникам – на правах, так сказать, самого крутого! Я что, тогда должна ходить гоголем, веселя зрителя? Впрочем, ладно – будем скакать по факту!

* * *

Они прибыли в Останкино без пятнадцати три. Их уже с нетерпением ждали.

Степана и Веру развели по разным гримеркам – наводить телевизионный блеск. С Верой работала Нина Константинова – ведущий гример «Первого канала». Она без умолку болтала, время от времени останавливаясь и критически осматривая свою работу. Вера слушала и улыбалась – ей всегда нравились профессиональные побасенки, особенно от мастеров своего дела. Она даже немного расслабилась, но вовремя опомнилась – она снова на работе!

Веру пригласили в зал. Степана все еще не было. По странной задумке организаторов шоу они должны были сесть друг напротив друга на расстоянии десяти метров – типа, чтоб не перемаргивались? Степана должна была окучивать известная телеведущая Ксения Денисенко, а Веру – сам Андрей Калахов.

– Верочка, Верочка! Проходите! Позвольте поцеловать Вам ручку! – Калахов мгновенно взял Веру в оборот. – Пожалуйста, вот сюда, на этот высокий стульчик, усаживаетесь поудобнее! Пока мы с Вами в гордом одиночестве, есть возможность поговорить тет-а-тет, так сказать, по душам! Вы ведь любите откровенные разговоры по душам?

– Честно признаться, нет! – Вера села на стул и мысленно воздала хвалу самой себе – на ней был костюм, очень похожий на тот, каким знаменитая Орнелла Мути пыталась покорить Адриано Челентано в «Укрощении строптивого». По крайней мере, не нужно беспокоиться, что твои ноги (и особенно, что между ног) увидит вся страна.

– Вот как? – Малахов расположился напротив Веры на кресле – справа и снизу. Ему-то как раз Верины голые ноги (если бы таковые имелись в наличии) были бы прекрасно видны. – А как насчет просто поболтать, по-дружески?

– По-дружески – с удовольствием! – Вера постаралась придать голосу восторженные интонации: «Закатай губу, с тобой «по-дружески» – значит, своими руками копать себе могилу!» – Конечно, я здесь как раз для этого!

– Тогда начнем! Ксюша, иди сюда! Мне сообщили, что Ваш знаменитый и богатый спутник присоединится к нам минут через пятнадцать, а времени терять жалко!

– Итак! – Калахов скрестил руки на груди и попытался взглядом продырявить Веру насквозь. От него шла мощная и разрушительная энергия.

«А зубки-то у мальчика, что у твоего оборотня! – Вера пожалела, что на ней нет сейчас темных очков. – Придется смотреть в его глаза рассеянно, а то не успеешь опомниться, как уже в его власти!»

– Итак! Нас, Верочка, интересует всё! И особенно – секрет Вашего успеха. В чем он? В личном таланте или в беспорядочных связях с олигархами?

«В беспорядочных связях! Так я и знала!», – Вера лучезарно улыбнулась:

– Андрюша, а Вы знаете, что такое связь? Например, существует связь между напряженностью электростатического поля и его потенциалом. Можете потом посмотреть формулу. Или, например, очень четко прослеживается связь между зарплатой топ-менеджера в госкорпорации и количеством его любовниц. Что же касается непосредственно вопроса, то обвинять меня в каких-то там якобы беспорядочных связях неправильно, хотя в последнее время знакомых с деньгами сильно прибавилось!

– Хорошо! – Калахов напрягся, как лев перед броском. – Наше общение начинается с заведомой неправды – поскольку все знают о Вашем романе со Степаном Надомниковым, а он что ни на есть настоящий олигарх!

– Согласна! – Вера отработанным движением поправила прическу. – Степан – очень обеспеченный человек, а вашей осведомленности остается только позавидовать!

– И? – Калахов несколько секунд ждал продолжения, но Вера молчала. К разговору подключилась Ксения Денисенко:

– Андрюша, позволь мне! Не видишь, твой напор и природная прямота пугают гостью! Верочка, мы понимаем Ваше нежелание вдаваться в подробности насчет личной жизни, но на нашем шоу придется всё же отвечать! Ведь именно для этого мы Вас сюда и пригласили!

– Спасибо, Ксения! – Вера постаралась сделать все, чтобы ее ответ прозвучал мягко, хотя внутри она уже вовсю боролась с закипающим бешенством. – Поскольку сегодня я – отнюдь не главная приглашенная, то считаю, Степан Надомников даст вам всю подробную информацию, если захочет! Давайте дождемся его и тогда продолжим!

– Как скажете! – Денисенко пожала плечами. На ее лице проступило недовольство. Зато Калахов явно наслаждался ситуацией, подтверждая свое амплуа упыря, для которого лучше нет, чем организовать грызню (или даже побоище), а потом впитывать негативные эмоции.

– Ксения сегодня не выспалась! И вообще, общаться с девушками она не сильно умеет! Хотя и постоянно тренируется! Кстати, Вера, а у Вас как с девушками? Любите, не любите, и не хотите ли попробовать полюбить?

– Нет, Андрюша, не хочу! Считаю, для любви существует противоположный пол, а с подружками можно (и нужно) общаться только как с подружками – и никак иначе! Кстати, у Вас наливают кофе? Я бы сейчас не отказалась от капучино!

– Конечно! – Калахов обернулся, и к нему немедленно подскочила ассистентка. – Сделай, пожалуйста, пару кофе, я тоже выпью с удовольствием!

«Интересно, куда они подевали Степана? Сколько времени уже прошло с момента нашего прибытия – неужели ему до сих пор пудрят нос? Или не ему нос, а мне мозги?» – Вера перекинула ногу на ногу и приняла у ассистентки кофе:

– Андрюша, а куда подевался мой спутник? Мне кажется, пора бы ему появиться!

– Да, да! – Калахов мельком взглянул на часы. – Скажу по секрету, он сейчас дает интервью еще одной моей коллеге, но скоро присоединится к нам. Видите ли, формат нашей передачи очень разнообразен, и мы вольны менять его по ходу действия! Вот я и решил в последний момент разделить Вас и посмотреть, что получится!

– Странно! – Вера сделала глоток. Кофе имел характерный привкус робусты, а этот сорт Вере не очень нравился. Арабика лучше. Впрочем, сойдет! – Мне, напротив, казалось, что вдвоем мы можем рассказать вам намного больше, чем врозь! Но, как говорится, хозяин – барин! Вам виднее!

– А Вы, я вижу, Вера, не очень-то стремитесь угождать тележурналистам! – Ксения не выдержала и вновь вклинилась в разговор. – Можно узнать, с чем это связано?

– Мне кажется, Вы немного преувеличиваете! – Вера, впрочем, лукавила. Конечно, Денисенко права – конкретно сейчас Вере хочется дать пинка им обоим. – Я отношусь к тележурналистике (и к журналистам вообще) с огромным уважением! Мало того, я отлично понимаю, что карьера – да и жизнь – любого человека часто зависят от благосклонности акул пера и барракуд видеокамер! Здесь я чиста!

– Отлично, и мы рады! Тогда ответьте, пожалуйста, вот на какой вопрос! Если бы перед Вами стоял выбор – рассказать все о Ваших отношениях со Степаном Надомниковым или же завершить до времени Вашу стремительную карьеру, что бы Вы выбрали? Ведь мы можем сделать так, что о Вас никто не вспомнит!

«Интересно, а вот это (очень похожее на шантаж) на камеры пишется? – Вера три раза глубоко вздохнула. – Помнишь, что говорил тебе когда-то Высоковский? Главное – верность семье, все остальное приложится!»

Вера внимательно посмотрела на Ксению, потом перевела взгляд на Калахова. Тот сидел с заинтересованным видом, на лице – выжидательное выражение.

«Что-то здесь не то! – ощущение заранее продуманной постановки (очень похожей на обыкновенную подставу) обрушилось на Веру внезапно. – Уж не проверяют ли меня снова?»

Вера решительно дернула головой:

– В ваших возможностях я, конечно, не сомневаюсь! Но подробности моей личной жизни пусть лучше останутся при мне!

– Хорошо, хорошо! – Калахов улыбнулся. – Оставим этот разговор, поскольку уже через полминуты к нам присоединится Степан Надомников!

Степан и вправду вскоре появился в студии. Внешне выглядел он отлично – брэндованные шмотки и профессиональный грим украсили бы и не такого молодца, как он. А принимая во внимание, что Степан и без всего вышеперечисленного был очень привлекателен, Вера не сомневалась – женская аудитория будет следить за его выступлением, затаив дыхание.

Однако красота красотой, шмотки шмотками, но не они главное. Несмотря на внешний лоск, внутренне Степан был взбешен. Вера перехватила его взгляд – она без толики сомнений могла побиться об заклад: Степан очень сильно на взводе – нехороший блеск его глаз и почти в линию сжатые губы свидетельствовали о том, что Степан еле-еле сдерживается, чтобы не выплеснуть все, что накопилось. Вот только в чем причина такого его раздражения?

«Как ты думаешь, мелкий дождик – или сразу гроза? – Вера прикинула про себя, если Степана прямо сейчас не остудить, он может с легкостью наломать дров – просто послать эту журналистскую шушеру и уйти! – Пожалуй, даже и не гроза, а чистый тайфун! Следует спасать ситуацию!»

Вера соскочила со стула:

– С вашего позволения! – они кивнула Калахову. – Что случилось? Я уже начала волноваться! – эти слова были обращены только Степану.

– Что, что! – Степан демонстративно сунул руки в карманы и так и застыл посредине зала. Слова выходили из него как будто с трудом. – Устроили мне допрос с пристрастием. Я что, в натуре, лох, чтобы какие-то вшивые журналюги мне душу выматывали!?

– Конечно, нет! Мне тут Калахов сообщил, что раздельные интервью (кстати, меня тоже взяли в оборот!) – это такая тонкая задумка, чтобы довести интервьюируемых до нужной кондиции! Но мне кажется, они перестарались! – Вера думала, что ее слова успокоят Степана, но, похоже, от услышанного тот рассвирепел окончательно.

– Это что за новые методы работы? Они что, в зоопарке, а мы что, обезьяны подопытные? Пора, наверное, уже звонить отцу – его протеже, кажется, совсем берега потеряли!

– Не знаю! – Вера все еще пыталась как-то смягчить ситуацию. – Если помнишь, съемки в программе были идеей именно Арсения Петровича! Вряд ли он обрадуется, если мы устроим скандал!

– Ладно, Вера! – Степан ненадолго замолчал. – Не зря же мы сюда тащились и терпели все это! Но потом обязательно расскажешь мне, чего они от тебя хотели!

Соведущие наблюдали за разговором Степана и Веры издалека (точнее, за их перешептыванием), и подошли к ним, когда Степан подал знак, что готов – и даже улыбнулся через силу.

– Приветствуем в нашей студии Степана Надомникова, рады вас видеть, большая честь для нас! Я – Андрей Калахов, моя напарница – Ксения Денисенко. Спасибо, что до этого пообщались с Бориславой – надеемся, она не сильно вывела Вас из себя! Характер и стиль работы у нее напористый, мужской!

– Не сильно! Куда нам садиться? – Степан возвышался над Калаховым, как Геркулес над пигмеем мысли, и был столь же страшен. По крайней мере, Вере было страшно – вдруг, сейчас начнет метать молнии направо-налево?

– Прошу вас занять свои места, Вы – сюда, а Вы – вот сюда! – Калахов указал на разнесенные по противоположным углам стулья.

– Нет, уважаемый, я буду сидеть рядом с Верой – например, этот диван нам вполне подходит! – гнев опять проступил яркой краской по лицу Степана, не помог даже толстый слой грима. – Почему мы должны карабкаться на эти стулья? У вас что, приличной мебели нет? Проспонсировать?

– Вера, вы же человек профессиональный, объясните, наконец, Степану, что здесь свои законы, и ведущий лучше знает, как и чего! – Калахов криво улыбнулся и развел руками.

– Да не надо мне ничего объяснять! – Степан был сильно задет и потому упорно стоял на своем, – я сяду там, где мне хочется, иначе ни меня, ни Веры здесь не будет! А вы уж сами решайте, нужна вам эти съемки или нет!

– Хорошо, хорошо, только это уже из ряда вон! – затравленно озирался по сторонам Калахов. – Это моя авторская программа, и я в ней творец!

– Творец, значит? – Степан мертвенно побледнел и дернул правой рукой ворот рубахи. – А кто вам, творцам, бабло платит? Кто сюда творцов ставит? Может быть, мне напомнить, какую роль семья Надомниковых играет в жизни почти каждого такого творца? И в частности, этой передачи! И друзья семьи Надомниковых какую играют роль?

Калахов скорбно замолчал.

– Вот именно! – Степан уверенно сел на диван и усадил рядом с собой Веру. – Давайте миром – вы перестаете ставить на нас свои психологические опыты и просто делаете шоу, а мы всячески способствуем успеху ваших начинаний! Договорились?

– Договорились! – Калахов облегченно кивнул и улыбнулся. Рядом с ним улыбалась Ксения Денисенко – ни живая ни мертвая.

– Итак, мотор! – после того, как ассистенты принесли и установили второй диван для Калахова и Ксении (напротив первого, на который сели Степан и Вера), съемки начались.

– Здравствуйте, дорогие телезрители! Сегодня у нас в гостях знаменитости: Степан Надомников и Вера Штольц! Они согласились прийти к нам в студию, чтобы ответить на интересующие всех вопросы – в частности, поподробнее рассказать, что же произошло с ними на необитаемом острове. Эту историю, без преувеличения, знает вся страна, поэтому обойдемся без предисловий!

Наши телезрители очень интересуются, как вам жилось в шкуре Робинзонов, как вы оказались на острове, как вас спасли, и как складывается ваша жизнь сейчас. Начнем по порядку! – слова выстреливали из Калахова со скоростью пулеметных очередей. – Первый вопрос для Вас, Вера! Скажите, это вы завлекли Степана на яхту, которую захватили пираты?

Вера громко рассмеялась:

– Знаете, Андрей, мне кажется, вы пытаетесь вылепить из меня какого-то черного демона – каким, интересно, образом я могла завлечь Степана? А потом созвониться с флибустьерами, пиратами, охотниками за головами и предложить долю за похищение? Так что ли, по-вашему?

Калахов не сдавался:

– Но согласитесь, за последние пару десятков лет ваш случай единственный в своем роде – лично я, например, не припомню, чтобы кто-то захватывал яхты с миллиардерами и мультимиллионерами! А тут – такая оказия!

– Оказия? – Вера еле сдерживалась, чтобы не расплакаться от смеха. – Вам бы, Андрей, страшные сказки писать или детективы – фантазия уж больно бурная! Вы, конечно, меня извините, но здесь – чистая случайность, на нашем месте с легкостью мог оказаться любой другой!

– Хорошо! – инициативу перехватила Ксения. – Оставим некоторые предположения за скобками, если уж они вам так не нравятся. Вопрос к Степану! Вам не было страшно там на острове? Ведь пираты могли в любой момент вернуться с подкреплением, и тогда вы бы точно оказались у них в руках! А там, кто знает, что бы с вами было!

– А можно ответить вопросом на вопрос? – было ясно, что Степан, так же, как и Вера, не собирается сюсюкать с ведущими. – Вы прыгаете с парашютом?

– Да, а что?

– А то, что Вам, наверное, тоже каждый раз страшно шагать в пропасть! А вдруг что-то не сработает, парашют не раскроется и тогда всё – смерть прилетела, трепеща крылышками! Вернее, это Вы прилетели к смерти! Уверен, любой нормальный человек, осознающий смертельную опасность, пугается в той или иной степени, вопрос лишь в том, сможет он преодолеть страх или нет! Мне было страшно, немного – да! И Вера боялась, она – особенно! И, кстати, Вам бы посмотреть вблизи на этих головорезов, вы бы не задавали подобные вопросы!

– Но все же задавать вопросы – моя профессия! – Ксения сидела, нервно подергиваясь. Наверное, нечасто интервьюируемые читали ей нотации, как это сделал Степан.

– Так задавайте нормальные вопросы, а ваши методички засуньте себе в одно место! – Степан-таки не выдержал, встал и сорвал с себя микрофон. – Будем считать, что встреча завершилась с отрицательным результатом! Вера, пошли. Всего доброго!

– Подождите, подождите! – Калахов побледнел. – Давайте все спокойно обсудим! Мы же цивилизованные люди, всегда можем найти точки соприкосновения. Степан Арсеньевич, я слушаю Ваши пожелания!

Степан остановился:

– Хорошо! Давайте сделаем так: мы рассказываем все, как было! Если вам что-то непонятно, уточняйте, но только без подковырок, приберегите их для других людей! И общаться мы будет только с Вами, Андрей. Ксения, извините, Вы выбываете! Таковы мои условия!..

* * *

– Никогда бы не подумала, что выйдет такой скандал! – Вера подавила истеричный смешок и обняла Степана. – Если ты еще не понял, милый, сегодня ты показал даже и не зубы, а настоящие олигархические клыки! Мне и самой всю дорогу было страшно – представляю, как Калахову и этой – его! Как там? Ксениии!

Они ехали в «Бентли» по вечерней предрождественской Москве. За окном, впрочем, мало что напоминало зимнюю сказку – с неба сыпался мелкий противный дождь, из-под колес вырывались фонтаны воды вперемешку с солью и машинным маслом – в общем, типичная московская зима!

Съемки закончились только к девяти вечера. После первоначальной стычки (череды стычек), в результате которой Калахов решил в случае со Степаном и Верой отступить от своего амплуа «пожирателя знаменитостей живьем», встреча и интервью свернули, наконец, в миролюбивое русло. Журналист больше молчал, лишь иногда задавая наводящие вопросы, зато зрители узнали из первых уст все подробности пребывания молодого олигарха и его ослепительно красивой спутницы Веры Штольц на «пиратском» острове.

У Степана зазвонил телефон:

– А вот и пращуры на связи! – Степан нажал кнопку. – Алло!

– Привет, сын! – громкость разговора была настроена так, чтобы слышно было даже в переполненном людьми помещении – специально. – Мне уже доложили – говорят, у вас возникли какие-то трения с журналистами?

– Да, пап! Немного! Мне кажется, они слегка оборзели! Если они постоянно себя так позиционируют, то у меня вообще нет слов! Как их еще держат в ящике – они же всю работу угробят!

– А что, хамили? – Арсений Петрович говорил намеренно спокойно, но Вера чувствовала, он серьезно напрягся.

– Не то слово! Как будто перед ними какие-то сявки, и знаешь – всё с приколками и шутками-прибаутками ниже пояса!

– Ладно, потом расскажешь! В любом случае, я не сомневался, ты сможешь за себя постоять! Но, конечно, нужно было подобрать более адекватных, а то этот Калахов – у него давно с мозгами проблемы! Будем считать, первый блин – комом, учтем в дальнейшем. Какие у тебя планы? Когда домой?

– Думаю, завтра! А что, нужно пораньше вернуться?

– Да нет, я просто так спросил! Ночевать будешь у девушки?

– Угу!

– Ну, пока! Приедешь – позвони!

– Иногда лучше жевать, чем говорить! – Степан бросил трубку в портфель, а сам портфель – на сидение. – И особенно, если ты журналист без роду, без племени – и только и умеешь, что пальцы гнуть! Впрочем, иного я и не ожидал! Поехали куда-нибудь перекусим?..

Глава шестая. Между делом

После заключения предварительного договора на работы (Вера согласилась с доводами Ирки, что какая-никакая, но бумажка необходима) Лена взялась за дело с большим жаром. У нее был свободный доступ в новую квартиру Веры и желание выполнить все так, чтоб комар носа не подточил – и оно било через край. Денежная сумма, которую Лена могла выручить за семь недель работы, исчислялась десятками тысяч долларов – ради такого можно не спать сутками.

Перво-наперво Лена определилась с конкретными исполнителями – она наняла бригаду литовцев (они уже два года безвылазно сидели в Москве, переходя от одного ремонта к другому, и пользовались репутацией хоть и тормозов, но зато высочайших профи, которые если делают, то делают). Вера ее выбор одобрила – литовцы показались ей вполне нормальными людьми, к тому же чистоплотными и основательными.

Пучина ремонта разверзлась поразительно быстро – почти без раскачки (раскачки и не могло быть – с такими-то сжатыми сроками). Уже на следующий день литовцы въехали вместе со всем оборудованием в квартиру Веры, отрядили двух человек закупать черновые и отделочные материалы и приступили к подготовительным работам. А Вере было сказано (сказала Лена) появляться не чаще одного раза в неделю, да и то – ненадолго, чтобы не отрывать людей от работы.

Вера и сама не особо настаивала на контроле – во-первых, она мало что понимала, во-вторых, времени нет совсем, в-третьих, Лене она полностью доверяла и не стремилась указывать ей, как и что делать. А тут еще Высоковский!

Продюсер всерьез подумывал предложить Вере главную роль в полноценном блокбастере – она должна была сыграть девушку-спецназовца в тылу врага (или что-то типа того, Вера и сама еще толком не знала). Сумма многомиллионного проекта уже была оговорена, так что дело только за окончательным решением Высоковского. Если он возьмет Веру на роль – она забудет дорогу домой, и здесь уж не до контроля!

Идея снять подобный фильм возникла у Высоковского после просмотра видео с острова – он не поленился изучить его во всех подробностях – благо, Арсений Петрович выдал копию. От увиденного продюсер остался в восторге – особенно Верой. Даже находясь в опасности (ведь реально, пираты могли вернуться в любой момент), она была естественна и непосредственна перед камерой – по сравнению с тем же Степаном Вера смотрелась, как Смоктуновский в сиянии таланта рядом со студентом-первокурсником «Щукинки».

В форме американского морского пехотинца Вера выглядела даже сексуальнее, чем на корте в мини-юбочке. Когда-то продюсер усиленно изучал теорию визуальных образов – девушка с винтовкой в их ряду шла в одной весовой категории с медсестрами и библиотекаршами. А если ей пошить специальный костюмчик, если снимать и выгодно подчеркивать нужные ракурсы – медиа-проект способен выстрелить очень громко! Но самое главное – необходим правильный сценарий, а вот со сценарием пока были проблемы. Поэтому Высоковский и не торопился.

Впрочем, сама Вера о новой роли даже не заикалась – и уж тем более, она не собиралась торопить продюсера (она и так была плотно загружена – ее рабочий график был расписан по минутам). К возможной роли русской «Солдат Джейн» Вере еще нужно было подготовиться. Это в «Корте» съемки проходили в павильонах и жарких странах на фоне моря (и в самом море). А в новом фильме придется работать в зиму, дождь, снег и грязь.

Зная любовь Высоковского к натурным съемкам, Вера не могла надеяться на комфортные условия. Продюсер был одним из немногих мастодонтов отечественного кинематографа – он максимально игнорировал технические компьютерные новшества, делая ставку на игру актеров «вживую» и на «живой натуре». Он считал, что только так можно заставить актеров трудиться в полную силу (впрочем, это и было главным секретом успешности его проектов).

После недолгих раздумий Вера решила заранее подвести свою физическую форму к максимально возможной. Но не просто, а с прицелом на «военную» тематику – повысить выносливость организма, подготовить себя к экстремальным условиям съемок и изматывающим нагрузкам. А заодно научиться как следует обращаться с оружием и освоить некоторые приемы рукопашного боя.

Вере необходим был наставник – с обязательным военным опытом или опытом проведения силовых операций. Недолго думая, Вера обратилась к Тимофею – начальнику своей службы безопасности.

– Тимофей Иванович, мне нужна ваша помощь в нетривиальном вопросе. Предыстория такова – скоро Высоковский может предложить мне новую роль – мне потребуются специфические знания в области оружия и самообороны. Нет ли у Вас кого-нибудь на примете?

Тимофей Иванович обещал подумать. Для начала он подробно выспросил Веру, что та имеет в виду, а после тщательно проанализировал список возможных инструкторов. Ему было понятно – рядом с Верой не должен находиться мужчина. Только женщина-профессионал. Причина на виду – недовольство Надомниковых – очень важный фактор, пожалуй, даже определяющий.

В итоге начальник охраны остановился на майоре спецназа в отставке Куриловой Анастасии – его хорошей знакомой (можно сказать, подруге). Сейчас Анастасия служила консультантом при одной аналитической конторе, связанной с ФСБ, и высокой занятостью не страдала – в общем, ей сам бог велел поработать с Верой.

Тимофей Иванович позвонил Насте прямо на работу и пригласил на вечернее собеседование (точнее, вечернее чаепитие). Чаепитие организовали на съемной квартире Веры – и она сразу оценила габариты и кондиции Насти. А самое главное – различимый невооруженным взглядом профессионализм!

Настя оказалась очень приятной дамой – незлобивой, незагрузочной и легкой в общении. Они с Верой быстро нашли общий язык. Тимофей тоже принял живое участие в разговоре – тем более, кофе/чай у Веры были отличными – так почему бы не продлить на часик-полтора дружеское времяпрепровождение?

Настя не возражала против тренировок Веры – они условились заниматься три раза в неделю – в пятницу, субботу и во вторник – по вечерам на квартире Веры. Места хватало – только бросить спортивные маты на пол (купили специально), и можно работать, сколь душе угодно. А экстрим в виде ползания по снегу и купания в грязи пока решили отложить – сначала азы в более спокойной обстановке!

Вера втайне надеялась, что Настя даст ей хотя бы недельку на раскачку, но зря! Майор спецназа в отставке в принципе не признавала никаких поблажек и так раскатала Веру на первом же занятии, что той небо показалось в овчинку. Сначала дамы энергично размялись – ноги, руки, плечевой пояс, торс, шея, растяжка. Потом пару километров пробежали на беговых дорожках (по случаю тренировок Настя, вдобавок к Вериной, привезла свою – чтоб не скучно было), а после приступили непосредственно к отработке приемов рукопашного боя и самообороны с помощью подручных средств.

Настя оказалась настоящим мастером уличного мордобоя, причем – совершенно адаптированного к реальным условиям. В ее арсенале не было эффектных прыжков и истеричных криков «Ки-яяяяяяяяя!», которыми так славятся гонконгские фильмы про каратистов, Настя работала коротко и четко, поражая болевые точки и проводя удушающие и блокирующие захваты.

Веру валяли словно куклу, заставляя вставать снова и снова и отрабатывать до автоматизма непривычные движения и перемещения. Тренировка продолжалась два часа – и Вера так устала, что еле могла волочить ноги. Настя же чувствовала себя великолепно – кажется, она только взбодрилась. Она пообещала прийти в пятницу и, пожелав Вере быстренько восстановиться, удалилась.

Вера впала в тоску – она пришла к выводу, что ее жизнь в ближайшие месяцы будет похожа на ад – особенно, если Настя нарастит темп, как та уже прозрачно намекнула. Впрочем, Вера – не какая-нибудь изнеженная барышня, которую оторвали от социальных сетей и заставили прыгать, скакать и отжиматься день и ночь! Нет, Вера тренирована и закалена, а силы – они у нее найдутся, в этом нет никакого сомнения!

С такими оптимистическими мыслями Вера легла в кровать и мгновенно уснула. А утром еле встала – мышцы как будто налились свинцом, руки-ноги дрожали, шея не поворачивалась, а спина не хотела гнуться – в общем, Вере предстоял тот еще денек! Впрочем, она выдержала, и даже Высоковский (у которого, кстати, настроение было отвратительным) ничего не заметил. А Вере с его стороны лишние вопросы были совсем не нужны!

Минула среда, за ней – четверг, и вот – наступила пятница. Ровно в означенное время прибыла Настя с огромной спортивной сумкой в руках. Сумка весила никак не меньше двадцати килограммов, но Настя несла ее, как невесомое перышко.

На вопрос Веры, что это у нее, Настя загадочно улыбнулась, сказала: «Сюрприз!», и объявила, что сегодня программа физической подготовки будет укороченной, а оставшееся время они посвятят изучению материальной части. Какой именно, Вера вскоре узнает!

И все повторилось снова – разминка, бег, отработка приемов. Вера работала, закусив удила, и даже немного расстроилась, когда Настя прервала тренировку через пятьдесят минут.

– На сегодня – хватит! Завтра продолжим! И на будущее – по пятницам у нас – комбинированные занятия! А теперь – фокус-покус! – Настя, как заправский иллюзионист из цирка, принялась метать на стол из сумки здоровенные автоматы, автоматические винтовки и пистолеты (и даже армейские штык-ножи).

– Вот, полюбуйся, пожалуйста! Знаменитая американская винтовка М-16. Кстати, все экземпляры – абсолютно учебные, бойки сточены, не стреляют! Одолжила на время в спеццентре – там у меня крепкие дружеские связи, при случае всегда помогают! Тяжелое железо – пришлось даже по пробкам тащиться на машине – уж больно весит много, на своих двоих не унесешь! Но это все лирика!

Вера с интересом взяла винтовку в руки и, полюбовавшись с минуту, отложила в сторону. Она много раз наблюдала такие по телевизору (чуть ли не в любом американском фильме), но вживую видела впервые – не считая пневматических муляжей в тирах. Винтовка весила килограмма три-четыре, сверху у нее имелась ручка для переноски. Она производила впечатление высокотехнологичного изделия, пластик и вороненая сталь – красиво и грозно. Впрочем, высокие технологии требуют соответствующего с собой обращения – Вера читала, что американские винтовки исключительно капризны и весьма ненадежны.

– Нравится? – Настя улыбнулась. – Считается, что оружие – игрушки исключительно для мужчин, слабому полу по душе сумочки и бриллианты, но нередки и исключения. Например, я гораздо больше люблю пистолеты, чем помаду и пудру! Но идем дальше!

Обрати внимание вот на эту машинку. Квадратный, тяжелый, брутальный до невозможности! Высочайшая скорострельность – израильский «УЗИ»!

Любимчик множества режиссеров, особенно специализирующихся на боевиках и фильмах про бандитов.

Израильский автомат (вернее, пистолет-пулемет) действительно выглядел брутально: прямые резкие углы, ощутимая масса, приспособлен для стрельбы одной рукой, что требует определенной силы мышц.

– Итак, «УЗИ». Предназначен для ведения боевых действий в основном в помещениях, для открытой местности не годится. Пистолет-пулемет – следовательно, в качестве боеприпасов используется укороченный пистолетный патрон небольшой убойной силы. Зато предполагается магазин двойной емкости – до шестидесяти патронов. Если ты в курсе, в Израиле служат все – и мужчины, и женщины. Сейчас «УЗИ» вооружаются именно женщины – считается, что в случае военного конфликта они будут выполнять полицейские функции и функции второго эшелона обороны – в том числе и в населенных пунктах. Трансформация оружия налицо – изначально мужское, оно стало, по сути, женским! Что, впрочем, не отменяет его исключительных качеств! Подержи – не бойся!

Вера быстро схватила «УЗИ». Слова Насти о привлекательности оружия отозвались в ее сердце теплой волной – Вера чувствовала – инструктор совершенно права, пистолет в сумочке никогда не помешает! А «УЗИ» был старой модификации – исключительно весомый.

– Помнишь «Терминатора» со Шварценеггером в главной роли? – Настя мягко отняла у Веры автомат. – Там он расстреливал всех подряд именно из «УЗИ» с одной руки. Конечно, такое возможно только в фильмах – дело в том, что из-за высокой скорострельности отдача у оружия приличная, ствол уводит – либо вверх, либо в сторону. Если уподобиться Терминатору, ни в кого не попадешь, а только понапрасну растратишь боекомплект. Поэтому держат автомат вот так – одной рукой за магазин, второй – за цевье! Обрати внимание – здесь оно еще деревянное, раритет! Но успеешь еще налюбоваться – я планирую пока оставить оружие у тебя!

Настя по-хозяйски включила кофемашину:

– Чтоб работали мозги и другие части тела, необходима доза кофеина. А с тех пор, как бросила курить, необходима вдвойне. Но давай оценим отечественного производителя – АК-103, армейский. Сотая серия Калашниковых отличается повышенной кучностью стрельбы и облегченным весом, но в принципе – старый добрый АК-47 в современном исполнении. Изначально предполагался к поставке только на экспорт, но потом пошел и к нам.

Настя налила себе и Вере кофе, добавила сливок и чуть-чуть сахара. Вера в это время примеряла Калашников – она перекинула ремень автомата через голову и попыталась принять воинственную позу, по ее мнению наиболее соответствующую бойцу спецназа.

Настя засмеялась:

– Сними! Во-первых, ты неправильно его держишь, во-вторых, ремень нужно ослабить, в-третьих, пока рановато изображать из себя профи! А вот через пару месяцев занятий – посмотрим! Что еще нужно знать об АК? Самое надежное стрелковое оружие в мире, дешевое и эффективное. Калашников стреляет и в мороз, и в жару, и в пустыне, и в ледяной тундре – в отличие от своих зарубежных собратьев! – Настя указала на М-16 и «УЗИ». – Может, по виду он и проигрывает американской винтовке, но только по виду! И я никогда не слышала, чтобы Калашников меняли на М-16, а вот наоборот – тысячи раз!

– Теперь пистолеты. – Настя взяла в руки маленький короткоствольный револьвер. – Экзотический зверюга, называется «Бульдог». Кстати, это собирательное название всех короткоствольных револьверов – вот этот конкретно – американский Charter Arms Bulldog.

Чем это оружие отличается от всех остальных? Крупнокалиберными патронами (0.44 дюйма), которые оставляют дыры в теле человека размером в палец, и барабаном – следовательно, нет необходимости передергивать затвор, чтобы подготовить пистолет к стрельбе! Выхватила из сумочки и можно сразу пиф-паф! Опять же, маленький размер, небольшой вес – словом, отличная игрушка! А поскольку буржуйские производители идут на все, чтобы продвигать товар, то можно приобрести револьвер и с инструктированной ювелирной глазурью рукоятью и даже со стразами – для красоты! И со встроенным миниатюрным зеркальцем, чтобы красить губки. Но здесь, правда, такого нет!

– Следующая модель! – Настя отложила «Бульдог» в строну. – Русский ПМ или «Пистолет Макарова». Принят на вооружение еще в 1951 году – по тем временам отличный пистолет, удобный, надежный и смертельный в ближнем бою.

Чем, в принципе, всегда отличается отечественное оружие? Минимальными затратами на производство при максимальной эффективности! Не будем забывать, что Россия, хоть и очень богатая страна, но всегда живет в условиях нехватки ресурсов – в частности, денег. Поэтому для нас чем дешевле, тем лучше! Но обязательно чтоб не хуже заграничных образцов! Парадокс, который, однако, наших инженеров и конструкторов никогда не смущает!

Так вот, ПМ, конечно, с точки зрения военных себя уже исчерпал. Для полиции сойдет, как оружие самообороны – тоже, но не более того! Впрочем, даже буденовский револьвер столетней давности с легкостью убьет всякого – и до сих пор бандиты ходят с наганами на дело. А ПМ по сравнению с ними – верх технологий! Поэтому ни в коем случае не сбрасываем его со счетов. А уж что касается распространенности – то ПМ самый массовый пистолет в России.

– Вот еще – замечательные экземпляры! – Настя указала на два оставшихся пистолета, больших и черных. – «Беретта 92» и «Глок 17». И тот, и другой – настоящие пистолеты-легенды. «Беретта 92» в 1985 году заменил «Кольт» в армии США, «Глок» стоит на вооружении тамошних спецподразделений. Для справки: «Глок» считается Калашниковым среди пистолетов – надежен до чрезвычайности! В России, кстати, пока не научились делать такие же надежные машинки – сколько ни стараются! И это плохо!

– Вот посмотри! Казалось бы, ничего особенного! – Настя отработанным движением рук вынула обойму, отсоединила затворную раму и продемонстрировала Вере внутренности «Глока». – Все детали просты в изготовлении и достаточно универсальны. Но повторить не могут – даже американцы, не парясь, просто купили лицензию на производство и теперь штампуют пистолеты на своих заводах в нужных им количествах. Чего и нам желаю – но нам не продают, к сожалению.

– Лично мой самый любимый пистолет – вот эти два! – Настя громко засмеялась, указав на «Беретту» и «Глок» (армейский юмор – он весьма специфический). – И еще «Бульдог». Была б моя воля, постоянно носила бы все три с собой. Каждый из них по-своему уникален – впрочем, положа руку на сердце, я бы выбрала «Беретту»! Я ведь солдат, а армии нужны настоящие брутальные пушки! Я сейчас!

Настя метнулась в туалет (кофе предполагает), а Вера с замиранием сердца взяла в каждую руку по пистолету – смотрится круто, хоть и тяжелые! Она, конечно, не Рэмбо, но на экране со стрельбой с двух рук способна уложить не меньше народу, чем этот накачанный стероидами товарищ (господин) в лучшие годы. Вера вытянула вперед руки, представила, что перед ней – проклятый империалист, и нажала на спусковые крючки. Металлические щелчки последовали почти одновременно – сначала справа, потом слева – не хватало только настоящего грохота и дыма из стволов. Но ничего – компьютерщики и звукорежиссеры доделают!

– Балуешься? – Настя вернулась быстро. – По всему видно, пистолеты тебя заводят – но так и должно быть! Они – почти как дорогие колье, всегда и везде привлекают внимание! Кстати, как насчет ножей? – Настя имела в виду три штык-ножа, о которых она еще пока не рассказала:

– Давай коротко пробежимся. Вот этот ножичек – штык-нож OKC 1FTS к автоматической винтовке М16 – вот этой. В общем, так себе – картошку порезать и ногти подпилить в перерывах между боями. Сразу после второй мировой войны американцы решили, что время холодного оружия прошло – лучше дать солдату лишний магазин с боеприпасами – толку будет больше. Поэтому они, конечно, что-то производят, но скорее – для коммерческих продаж любителям, жаждущих иметь полный комплект. Выглядит всё, конечно, круто и лакировано – но в целом – декаданс!


– Следующий экземпляр. Штык-нож к автоматам Калашникова АКМ и АК74 образца 1978 года. Замечательная вещь! И до сих пор популярен у военных. Наши, в отличие от янки, не спешат сдавать штык-нож в утиль – и правильно делают! Хороший ножичек карман не тянет. Любопытный факт – уважаемая немецкая фирма «Хеклер и Кох», разработав новейшую штурмовую винтовку G-36, поставила на нее именно штык-нож от АК-74 производства ГДР. И не пожалела.

Обрати внимание на ножны: видишь – специальная деталька, вставляем в нее штык-нож и получаем кусачки для перерезания колючей проволоки. Здесь же имеется и пила – и гораздо серьезнее, чем у американцев.

– И последний клинок – раритет! Настоящая «финка» НКВД, выпущена на заводе «Труд» в 1941 году – за два месяца до начала войны. По тем временам этот нож считался универсальным – с его помощью можно было снять часового, оборудовать временную стоянку или схрон в лесу, изготовить снегоступы или волокушу для раненого из подручного материала – главное, чтоб руки росли из того места! А в отличие от наших дней, тогда с руками даже у НКВД-шников все было в порядке! Имей в виду – все три представленных ножа относятся к классу боевого холодного оружия, носить их запрещено – реально можно угодить в тюрьму! Ну, на сегодня, пожалуй, хватит!..

* * *

Занятия с Настей увлекли Веру. С одной стороны, они требовали полной самоотдачи, с другой – проходили весело и совершенно ненапряжно. А самое главное – чрезвычайно эффективно.

Вера шаг за шагом постигала премудрости армейской спецподготовки – конечно, исключительно, в качестве любителя – чтобы в кадре смотреться естественно и органично. Понятно, ей никогда не подняться до уровня Насти, но этого и не требовалось.

Вера училась правильно ползать под натянутой проволокой, училась группироваться при падении на маты, училась захватам и броскам, а также ударам в болевые точки и обращению с оружием. Вера училась держать нож, как и положено спецназовцу, училась обращаться с пистолетами и винтовками, училась их разбирать, чистить и собирать. И кстати, очень интересно – гораздо интереснее, чем выбирать штукатурку, монтажные сетки, шпатлевки и смеси для наливных полов – и прочие непременные атрибуты ремонта.

Семь недель пролетели незаметно – быстрее, чем обычно (по крайней мере, Вере так показалось). Ремонт в ее новой квартире подошел к логическому концу (вернее, просто к концу без всякой логики). И хотя говорят, что ремонт нельзя закончить, его можно только приостановить – в случае с Верой было не так.

Лена постаралась на славу – все работы были закончены четко в срок. Правильным оказался и выбор бригады: Лена только давала указания – без всякой необходимости стоять у строителей над душой и пинать, чтоб не спали на ходу. Опытные мастера своего дела, строители дорожили репутацией, а потому все сделали на совесть. И хотя расценки за их труд оказались отнюдь не демократичными, в конечном итоге это себя оправдывало – ни тебе испорченных материалов, ни тебе кривых стен, ни тебе многочисленных переделок!

Как уже было сказано выше, до самого окончания ремонта Вера в квартире почти не появлялась. Кроме отсутствия желания глотать пыль, Веру останавливало еще одно обстоятельство. Проект вела ее подруга, поэтому и относиться к ее работе, индивидуальности и мастерству дизайнера и прораба следовало деликатно. Не дай бог, Лене покажется, что ей не доверяют! Здесь и до разрыва дружеских отношений недалеко! Поэтому Вера была осторожна – но зато Лена сама отзванивалась Вере и подробно рассказывала, как продвигается ремонт, что уже выполнено, и сколько еще осталось.

И вот день Х (ХХ, ХХХ) настал – Вера отправилась смотреть свое новое облагороженное жилье. Лена уверяла, что все готово – включая мебель, понятно, элитную сантехнику, кухонный гарнитур и массу милых любой девушки безделушек.

Настроение у Веры с самого утра было возбужденно-приподнятым – так, что на ее необычное состояние обратил внимание даже Высоковский.

Вот и сбылась Верина мечта о собственном уютном гнездышке! А ведь еще совсем недавно она об этом и помыслить не могла! Да, у нее была квартира, совместная с Аполлинарием (и сейчас все еще остается половина), но разве можно сравнивать ту и эту? «Хрущобу» на окраине и почти дворец в самом центре? Да что там «почти» – дворец и есть! Поэтому сегодня – великий неофициальный праздник в тесном кругу – Вера, Лена (кудесница ремонта) и Ирка, которую Вера специально пригласила.

* * *

К приезду Веры подружки были уже на месте. Когда хозяйка вошла в квартиру, первое, что она услышала, были восторженные вопли Ирки – та бегала по комнатам и не могла сдержать переполняющих ее чувств. Вера поставила в угол пакет с покупками и вином (заехала по дороге в «Азбуку вкуса» и накупила деликатесов по такому случаю) и присоединилась к подруге – она точно также видела все это великолепие первый раз. Рядом хвостиком вилась Лена – конечно, а как же без ее комментариев?

– Ух, ты! Класс! – в момент прибытия Веры Ирка рассматривала мебель, люстру и напольные светильники в хозяйской спальне. – Какая красота! Прямо как в «Квартирном вопросе» для крутых!

– Обижаешь! – Лена надула губки. – Какой «Квартирный вопрос» – там даже на замазке экономят, видимость одна! Ремонт разваливается уже через полгода! А антураж, декор – разве можно сравнивать?

– Ну, ну! Не сердись, подруга! – Ирка верещала, не переставая. – Я же не в курсе, как там все происходит – вот и говорю! А с чем мне еще сравнивать – больше ведь не с чем!

– А вот и не надо, если не понимаешь! – отчего-то мимолетное Иркино замечание не на шутку разозлило Лену. – А то нашлись специалисты!

– Так, стоп! Брейк! – Вера решительно «развела подружек по углам». Еще не хватало, чтобы в такой радостный для нее день девчонки решили набить друг другу морды – или еще чего-нибудь в этом роде! – Немедленно на кухню – вино, фрукты, чай с жасмином, там и будем обсуждать!

Вера первой подала пример – хотя ей жутко хотелось бегать и бегать по комнатам – и рассматривать, рассматривать, рассматривать! Но она еще успеет, а сохранение мира в тесном девичьем коллективе на данный момент дороже!

– Итак, тост! – спустя полчаса, когда половина бутылки вина была выпита, и Ирка с Леной торжественно помирились, Вера расслабилась и решила произнести благодарственную речь. – Знаешь, Лена! Если бы еще два месяца назад мне сказали, что ты способна создать такую красоту, я бы усомнилась. Конечно, усомнилась бы не в тебе лично, а что, вообще, подобное возможно! Мне кажется, всё учесть, всё нарисовать, всё продумать в принципе невозможно, а уж тем более командовать озверелыми строителями и их не менее озверелым прорабом!

– Спасибо, Вера! – Лена хоть и была уже расслаблена, но всё же заметно покраснела. Искренний комплимент из уст подруги был ей явно приятен.

– Погоди, это еще не все! – Вера, вошедшая в раж, не собиралась останавливаться. – Могу представить, в каком темпе ты работала и сколько спала все эти дни! Наверное, полчаса в сутки! Трудовой героизм – не то что налицо, от него атмосфера накалена до предела. И пусть только кто-нибудь посмеет сказать, что девушки не умеют или же не хотят работать, предлагаю всем дружно плюнуть ему на лысину!

– Так! – Ирка разлила вино по бокалам (его было много – бутылка-то не абы какая, а двухлитровая!) – Давай, Верка! Похоже, ты не только научилась прелестные округлости озабоченным самцам с экрана показывать, но и говорить зажигательные речи!

– Именно! – Вера вдруг вспомнила вечеринку в доме родителей Степана и громко засмеялась. – Сейчас расскажу, как меня занесло к олигархам Надомниковым на прием, и что я там говорила!

Хотя очное знакомство между Верой, Арсением Петровичем и Галиной Французовной (в своем натуральном образе – не Ольги Сергеевны) случилось еще перед Новым годом, подружкам Вера о нем не рассказывала – да и вообще никому, и даже родителям. Как-то ей было немного не по себе, а, может, действительно, изрядной порции вина не хватало! И вот – Вера созрела.

– Да ты чё? – Ирка немедленно взорвалась. – Такое событие, а ты молчишь! Ну, каких еще подлостей нам от тебя ожидать?

В последнее время Ирка и к месту, и не к месту вставляла именно это слово – «подлость», так что Вера не обиделась:

– Отстань ты со своими жаргонизмами! Успеешь еще – расходиться пока не собираемся! Лена! Я восхищена, честно! У меня нет слов – и всё такое! Поэтому позволь мне преподнести тебе небольшой подарок!

Вера поставила бокал на стол и метнулась в прихожую. На выходные она специально заехала в ГУМ и купила небольшую сумочку Braccialini (фирма не считается грандом, типа Hermes или Chanel, но сумочки классные и гораздо дешевле). Вера заранее прикинула, какой подарок сделать Лене (помимо причитающейся оплаты), и пришла к выводу, что так будет очень даже ничего! А если в сумочку положить конверт с долларами и торжественно вручить – так вообще, высший класс!

Сегодня вечером Вера захватила Braccialini с собой – вместе с деньгами. Она упаковала ее в неприметный полиэтиленовый пакет из магазина – как и предполагалось, никто не обратил на него внимания. Вера высвободила сумочку из пакета и торжественно на вытянутых руках внесла ее в кухню:

– Та-ра-ра-ра! Ра-рам! – она «сыграла» тушь и протянула сумочку Лене. – Ударницам производства от благодарной общественности! Бери, не стесняйся – подарок от всего сердца. И, кстати, сумочка не пустая – можно посмотреть сейчас, а можно потом – в интимной обстановке!

– Ну-ка, покажи, покажи! – вместо Лены сумку забрала Ирка. Она со знанием дела осмотрела ее сверху донизу, в то время как Лена просто стояла рядом. По видимому, осознание того, что подарок предназначен именно для нее, сделало Лену покладистой, и она не вцепилась в Ирку, требуя отдать собственность.

Ирка между тем вовсю комментировала:

– Классный подарок! Лена, хочешь, я подробно расскажу тебе о фирме? Я, может быть, и не дизайнер домов, но о моде знаю много – а по ассортименту ГУМа могу читать лекции!

– Спасибо, не надо! – наконец (а нужно отдать ей должное, терпение она проявила невероятное) Лена вырвала сумочку из рук Ирки и жадно открыла. Ее глаза сверкнули, она сунула руку внутрь, пошуршала купюрами, и на ее лице появилось удовлетворенное и даже радостное выражение:

– Спасибо! Если купишь еще одну квартиру, ты только вспомни – я тебе ее мигом заделаю!

– Ну, девочки! Давайте выпьем! – Ирка долила вина в наполненные уже бокалы – почти до краев. – Верка, ты новоселье устраивать будешь? Уверена, что да! Кого пригласишь? Знаменитости будут?

– Подожди, Ир! – Вера отодвинула протянутый ей бокал. – Для тебя тоже есть небольшой презент! Чисто за компанию! Тебе что больше нравится – шаль или парео?

– А у тебя что – и то, и другое есть? – Ирка завистливо посмотрела на Веру. – Если да, то давай и шаль, и парео! Ты же знаешь, я девушка простая, дают – беру, бьют – бегу!

– Молодец! – Вера радостно рассмеялась и сделала изрядный глоток вина. Ирка сыграла в ее жизни такую роль, что и словами не передать! – Тогда жди!

Вера снова отправилась в прихожую – теперь за шалью, парео и зонтиком Moschino (зонтик для Лены – должна же в мире царствовать гармония – чтоб никому не было обидно!), вернулась, вручила, снова выпила – и подружки с ней.

– А теперь, дамы! – еще через полчаса Вера уже серьезно опьянела – а ведь ей завтра на работу, и не дай бог Высоковский заподозрит ее в чрезмерном употреблении спиртного. – Время огласить список гостей на новоселье. Само собой, знаменитости будут – и, кстати, кое-кто говорит, что эти люди окажутся сюрпризом и для меня самой! Хотя странно – ведь, по идее, я хозяйка, я приглашаю! Ан нет! Высоковский уже предупредил – будет он, плюс еще двое неизвестных – девушка и парень!

Вера пьяно рассмеялась и покачнулась. Хватит уже на сегодня вина – кофе и десерт, вот программа на оставшийся вечер!

– Я спросила: «Я их знаю?», он ответил, что частично. А потом добавил, что если мне не нравится «частично», пусть будет «понаслышке» – или, вообще, так, как мне угодно! Далее – придет Трепанг с дамой (наверное, очередную свою пассию-модель притащит), потом – Степан Надомников (надеюсь, один)! – Вера улыбнулась, мимолетно представив, что Степан вдруг заявится с кем-нибудь, назвав эту «кем-нибудь», например, сестрой! Вот будет потеха!

– Вместе со Степаном приглашены несколько корреспондентов – один из журнала «Гламур», второй – из «Тусовки» – и еще кто-то, я даже и не знаю! Этими персонажами занимается Высоковский, вернее – его помощница. Ее зовут Полина, нормальная девка, она тоже будет! Демьян без нее, похоже, даже в туалет не ходит! В общем, тесный круг единомышленников и друзей, который логично замыкается Скворцовым Тимофеем Ивановичем, моими родителями (они обязательно приедут – и папа, и мама), ну и вами, подружки! Куда же без вас!

Глава седьмая. Сюрприз, сюрприз!

– А, может, тряхнуть стариной и приготовить на всех, а ля Марья Искусница? – Вера перелистала страницы красиво оформленной поваренной книги и со вздохом отбросила ее в сторону.

Вера возлежала на новеньком кожаном диване в гостиной и размышляла, как же ей отметить новоселье и не ударить в грязь лицом. Придется, конечно, зажечь – чтоб все было красиво, богато и с огоньком – на уровне. Событие непроходное – должно быть ярким, и главное – чтобы у приглашенных остались после него только хорошие воспоминания.

Вера меланхолично почесала нос – вот уже полтора часа она раздумывает, что же предложить гостям, но все никак не может определиться. Накормить всех самостоятельно? Нет, это бред! Такой же, как и развлекать всех самостоятельно или предоставить гостям свободу действий! Дескать, дорогие товарищи, чувствуйте себя, как дома – хотите, пейте, хотите, ешьте, только не утомляйте хозяйку своим вниманием – она так устала, так устала!

– Представляю, как отреагируют эти голубые журналюги из «Гламура» и «Тусовки», если я встречу их в фартучке и с заляпанными сырым фаршем руками! А также со стойким запахом китайского чеснока, идущего от кухонного ножа, зажатого в третьей запасной руке! А она потребуется – на такую орду страждущих пожрать двух рук никак не хватит! На следующий день можно ожидать появления таких статей, что обзавидуются даже принцесса Бельгии – с принцем на пару! Нет, нужно заканчивать – времени совсем не осталось! Срочно искать кухню и аниматоров – или как называются эти, которые народ развлекают? Ага – шоумены и вумены на дому!

– Алло, это я, Вера Штольц, светило мирового уровня и новая содержанка Надомникова-олигарха! – Вера взяла телефон и представила, как отреагирует на ее приветствие какой-нибудь менеджер по продажам или администратор из ресторана. – Эй, что ты там застыл, как снеговик, укравший морковку? Звезда в шоке, что ли? Впрочем, ладно – размораживайся!

– Ресторан «Парамонов, сын, падчерица и варёный окунь»! Слушаю!

– Здравствуйте! Я бы хотела заказать организацию выездного банкета! Да, с официантами, вашей посудой, скатертями и с вашей едой, само собой. Выпивку куплю сама! И обслуживание должно быть по высшему разряду. Когда? Через неделю, в субботу! Да, квартира! Сколько будет? Сейчас посчитаю! Ага – по списку шестнадцать человек, но на всякий случай нужно рассчитывать на двадцать. Сколько предоплата? Пятьдесят процентов – хорошо! Да, сегодня заеду ближе к вечеру, оплачу. К кому обратиться? Сарафанный Изя, вип-менеджер? Отлично! До свидания!

– Ну вот – плати бабло, и всё за тебя сделают. Сам Изя пообещал! А Изя, в отличие от хохла Вакулы, слов на ветер не бросает! Впрочем, еда – самое легкое. А вот с развлечениями – это сложнее! Начнем, пожалуй, с конторы, любезно озвученной Тимофеем – он все знает, если рекомендует, можно доверять! Кстати, а многочисленную охрану олигархов и богатых продюсеров, оказавших мне честь прибыть на новоселье, мне тоже кормить придется? Или гориллы так – постоят скромно в предбаннике, поприжимают пистолеты натруженными мозолистыми руками, да и пойдут себе восвояси, не солоно хлебавши?

Вера взглянула на визитку от Тимофея: «К вашим услугам – «Акулий зад»! «Акулий зад» – нам пятнадцать лет, и еще никто не остался неудовлетворенным! ООО «Акулий зад» – организация праздничных развлекательных мероприятий, звезды, шоу, ди-джеи! Винил, цифра, маскарад, хлопушки, фейерверки!»

– Да уж, фейерверки – это актуально! Особенно в новой квартире с ремонтом! А какое впечатляющее название! Может, Тимофей ошибается, рекомендовав «зад», как профессионалов? Посмотрим! Для начала почитаем отзывы в интернете!

«Вчера провела юбилей со специалистами из «Акульего зада». Отличное впечатление! Всем рекомендую «зад», доверяйте «заду»! Анжела».

«Отметили детский праздник с аниматорами «Акульего зада». Милые акулята, акулины и акулочки! Дети просто в восторге! Евгений».

«Если нет времени готовиться к юбилею самому – вызови мастеров из «зада»

– конкретный, клевый угар, пацаны – жгут, чисто исчадия ада!»

– Исчадия ада вперемежку с фейерверками – самое оно, мне кажется! – Вера выключила компьютер. – Будем надеяться, «пацаны жгут» только в переносном смысле, поскольку секьюрити Степана вряд ли позволят им сжечь единственного наследника семьи Надомниковых! И, в конце концов, необязательно рассказывать гостям, какую фирму массовики-затейники представляют! Хоть зад, хоть перед, хоть сбоку на карачках – лишь бы было весело и не занудно! Опять же, главное – правильная постановка задачи, поэтому вперед!

– Алло! День добрый! Я хочу организовать вечеринку для VIP-персон. Да – небольшое новоселье. Нужно обеспечить респектабельность – чтоб все было интеллигентно и с размахом! Пожалуйста, без маскарада, хлопушек, бенгальских огней и фейерверков – ремонт в квартире только что сделан! Да, через неделю! Нет, определенной программы и конкретных пожеланий нет. Все на ваше усмотрение! Хорошо – через два дня – план мероприятий! Если меня устроит, сразу внесу предоплату. Условия мне понятны. Гостей около двадцати. Успехов! Хорошо, буду ждать звонка! Всего наилучшего!

– Где-то я читала, что нужно обязательно рассылать приглашения гостям! – Вера удовлетворенно отключила телефон. – А как? Иногда мне кажется, что в моем окружении очень не хватает секретаря! Может, одолжить у Демьяна – думаю, продюсер не обидится! Да, так и поступлю, Полина собаку съела на организации подобных мероприятий – ей и карты в руки! И интересно, кем же окажутся те самые загадочные «парень и девушка» от Высоковского?

Вера на миг себе представила, что это Арсений Петрович с Галиной Французовной, и ей стало дурно. Но она себя успокоила – вряд ли олигархи решат покинуть родовое гнездо и приехать в Москву ради какой-то девушки своего сына. Тем более, девушки ведь штука непостоянная – сегодня Вера, завтра – Маша, а послезавтра – Наташа, а еще через день – Саша!

Наваждение прошло – и Вере опять стало легко и свободно. Все-таки, для нее это праздник личного характера – не хотелось бы весь вечер ублажать разномастных олигархов! Одного вполне достаточно!

Неожиданно зазвонил домашний телефон.

– Кто это? – номер мало кто знал. – Тимофей, Высоковский, Степан? Наверное, Высоковский.

Но это оказался именно Степан.

– Вер, привет!

– Привет! А ты что по этому телефону звонишь, а не на мобильник?

– Так он у тебя отключен!

– Правда? – Вера удивленно уставилась на трубку. – Действительно, сам вырубается, когда хочет!

– Правильно – выбирай все самое лучшее! А лучшее – это то, что живет своей жизнью и ни у кого разрешения не спрашивает! Кстати, сегодня утром меня родители пытали – что там у тебя, когда и как. Вот я и решил позвонить – мне кажется, они планируют прибыть в Москву в следующую субботу! Ну, ты понимаешь!


Веру затрясло, и она замолчала.

– Даже пребывая в семистах километрах от столицы, чувствую, кое-кому не по себе! – Степан громко хмыкнул. – Отец может навести страху – факт! А вместе с мамой – в двойном размере! Но ты же не боишься?

– Нет, конечно, нет! – Вера вышла из ступора. – Я – только «за»! А ты-то сам будешь?

– Я сам? Без вопросов! Однако, как ты относишься к предложению сначала отметить твое новоселье вдвоем? Например, сегодня вечером!

– Класс! – Вера захлопала в ладоши. – Буду ждать!

* * *

«Чего уж!»

Сегодня с утра ты встала,

Не выспавшаяся, заплаканная:

«Но почему же денег так мало?

Почему жизнь похожа на тягомотную слякоть?»

Почему кто-то жирует на Ямайке,

Коктейли пьет ромовые со сливками?

Ты же в ободранной красной майке

Драишь квартиру, до пола наклонившись?

Почему у кого-то огромный джип

Из чистого карбона?

У тебя же – шиш,

Не менее огромный и похожий на громадную бутыль самогона?

Но самогон – это еще ничего!

«Где справедливость?» – вопрошаешь ты у Самого!

А в ответ – тишина и скорбное молчание,

Видишь ли, девушка, все дело в том, что папа твой – не начальник!

Не мэр и не губернатор,

Не столичный министр строительства,

Не генерал ФСБ и даже не делегат

Съезда почитателей Его Превосходительства!

Поэтому твой удел – майка и тряпка,

Зато легко худеешь и можешь на правительство громко вякать,

Требуя денег и еще чего-нибудь,

А пока работай – и поблагодарить Господа не забудь!

Вдруг за смирение твое он пошлет тебе олигарха крутого —

Красивого, статного, в юриспруденции подкованного,

Увидит он тебя и предложит сразу замуж!

Не бойся, беги – предлагают, чего уж!

Вера захлопнула «Бредовые советы» и взглянула на часы. Уже почти пять, вот-вот должен появиться Степан.

День пролетел незаметно – но не так, как планировалось изначально. Еще вчера Вера понастроила наполеоновских планов – здесь были и посещение бассейна, и стрижка, и поход (поездка) за новыми шмотками, и еще куча неотложных дел – таких милых сердцу любой дамы. Но звонок Степана изменил всё.

Во-первых, стоило заняться обедом, ужином и последующим завтраком – возможно, вновь переходящим в обед и ужин – смотря сколько Степан планирует оставаться у Веры. Второе – коль скоро это будут первые смотрины ее новой квартиры (Ирка и Лена не в счет), необходимо привести ее в божеский вид – веник, швабра и ведро (модное в яркую желтую клетку) – к твоим услугам, Вера!

– Чем не фитнес! – Вера набрала воды, немного подумала и решила начать с большой гостиной. – Легко представить, что всё происходит в спортзале! Наклоны, приседания, работа с отягощениями – поясница, сексуальные округлые ягодицы, раскрасневшиеся от прилива крови ланиты – и даже кирпичом натирать не нужно! А тренера нет – это даже и хорошо! Никто не стоит над душой и не вещает замогильным голосом – «пивная, еще парочку»! Сама себе командир! Хочешь, чтобы квартира блестела – тогда давай, давай, не ленись, пошевеливайся! Можно включить какую-нибудь музыку, чтобы работать было веселее! И никакого джаза или фолка – только в ритме сто двадцать ударов в минуту!

Это только кажется, что уборка – нудная, энергозатратная и неблагодарная работа. Никто не уважает уборщиц – а зря! Без уборки всё остановится, без уборки и перманентного высасывания пыли мощными турбореактивными компрессорами невозможно представить ни одно нано-производство. Без уборки блестящие никелем и медицинской аппаратурой операционные по всей стране не смогут принимать пациентов, и даже в метро не получится прокатиться – и руководство метрополитена это прекрасно понимает и поэтому заставляет драить вагоны каждый день! А уж что касается новенькой квартиры – сам бог велел держать ее в чистоте – если и не для себя (бывает ведь лень), то для представительских целей!

Постепенно Вера втянулась в процесс уборки, увлеченно находя все новые и новые объекты для протираний – в такой большой квартире это легче легкого! Остановилась же она не потому, что устала – и не потому, что уже нечего убирать, а мельком взглянув на часы – два часа пополудни!

Четырнадцать ноль-ноль – пора бросать тряпку (на самом интересном месте, между прочим) и мчаться в магазин за продуктами! Благо, приличный супермаркет – прямо рядом с Вериным домом.

Вера быстренько освежилась под душем, натянула джинсы и футболку попроще, сама себе пообещала, что обязательно закончит уборку – сразу после приготовления ужина – добавила еще бейсболку к антуражу, убрала волосы – плюс незаменимые темные очки – и позвонила охраннику:

– Сережа, привет! Я сейчас выхожу, проводишь меня до магазина!

Есть прелесть в охране! Например, сама Вера больше не таскает авоськи с продуктами – руки не казенные, и еще – говорят, от перетаскивания тяжестей они удлиняются, как у гиббонов, и потом придется покупать новую шубу – рукава окажутся короткими!

– Итак, что же приготовить? – поскольку продумывать меню на ближайшие сутки особенно времени не было, Вера решила накупить продуктов с запасом – выбор всегда лучше его отсутствия. – В конце концов, если дорогой гость соизволит выразить презрение скудости стола, тонко намекну, чтобы отправил секьюрити со списком желаний в магазин, и пусть они ублажают его покупками! Хотя, надеюсь, до такого дайвинга не дойдет!

* * *

Тележка с продуктами всё наполнялась и наполнялась – по виду, уже килограммов тридцать – нешуточный вес даже для такого мордоворота, как охранник Сергей. Хотя, как убедилась Вера немедленно после оплаты – тридцать, сорок, да хоть пятьдесят килограммов – для него разницы нет: Сергей подхватил восемь пакетов с продуктами и донес их так легко, как будто вместо пакетов была всего лишь средних размеров коробка с бумажными салфетками.

– Так, а вот теперь нужно сообразить актуальное меню – уже исходя из наличия мяса-рыбы-картошки или же их отсутствия! Но отсутствия не наблюдается, поэтому поле для фантазий широко!

– А, может, накормить любимого макаронами? – Вера улыбнулась. – Ну, не просто макаронами, а богатой пастой – с соусом из рыбы с добавлением орехов и еще чего-нибудь эдакого! Кто-то решит, что пасты – это фу! Пошло, вульгарно – от них только лишний вес и тяжелые углеводороды (в смысле, углеводы)! А вот я считаю по-другому – быстро, отлично ублажают вкусовые рецепторы, и самое главное – без лишних хлопот! Вот и Софии Лорен говорила (и даже писала), что секрет ее молодости и красоты – макароны! А чем мы хуже? Можно ей – значит, можно и нам! Впрочем, остается только один незакрытый вопрос – как к пасте относятся олигархи?

Вера могла приготовить пасту минимум тридцатью способами – понятно, что не сами макароны (их всегда варят одним и тем же способом – в подсоленной горячей воде), но именно соус. Например:

– с чесноком и маслом;

– со свежими помидорами;

– с баклажанами;

– с морепродуктами;

– с мясными шариками (кубиками, квадратиками);

– с сыром и томатами;

– с тунцом и оливками;

– С тунцом и оливками! Вот, что мне нужно! – Вера просияла. – Замечательная начинка – приготовлю ее отдельно. И к такому соусу пойдут не только макароны, можно и рис, и картошку, и гречку – все что угодно! А можно тупо пиццу (он же без нее жить не может) – в качестве десерта!

Мудрость веков гласит, что самое главное в любом деле – принять правильное решение. А коль скоро верный путь найден, то все остальное – чисто технический вопрос. Так и на кухне. В дополнение к тунцу Вера приготовила парочку салатов – из фасоли, кукурузы и сухариками под майонезом – и «зеленый» – но это чисто для себя (Степан помидоры и огурцы почти совсем не употреблял).

Конечно, кому-то могут показаться скучными эти подробности – ведь действительно, что романтичного и интересного в каких-то салатах, тунце и прочих приземленных оливках? Ведь «настоящая» жизнь – это совсем другое, это полет, страсть и концентрированное счастье! Все же остальное – об этом писать пошло! А нужно высасывать из пальца неправдоподобные сцены – и обязательно, чтобы фальшь сразу бросалась в глаза! Но не будем развивать тему – пусть остальные пишут так, как считают нужным, нам же интересны подробности!

* * *

– Так, все готово! – Вера выключила плиту и распахнула настежь все окна в квартире. Окна в разных комнатах выходили на разные стороны дома – сквозняк в течение минуты выдул все запахи сырых ингредиентов и готовой пищи наружу. – Сколько там у нас по плану на душ и маникюр? Немного! Только-только успеть!

Вера ринулась в ванную – ощущая себя чистопородной японской гейшей, призванной всячески ублажать своего господина.

– А ведь по большому счету ты гейша и есть! – Вера включила горячую воду и с удовольствием смыла с себя трудовой пот. – Только с отечественным окрасом – типа, не только морду мукой намазывать, но еще и пахать, как лошадь – типа, дров наколоть, воды принести, печь растопить – а потом уже можно и к мужчине! Он устал, он только что сполз с дивана, у него отекли мышцы, и поэтому нужно срочно делать ему массаж – начиная с пяток и заканчивая ушами!

– Ладно, Вера, не прибедняйся! – Вера обтерлась полотенцем, посмотрела на ногти – нужно подновить! – Кому-кому, а тебе-то нечего страдать – вот жила ты свободной женщиной (не гейшей) с этим козлоногим Аполлинарием, и что? А ничего! А все потому, что дело не в «гейшизме», а только в том, сколько денег у твоего мужчины и у тебя лично! Если дочь миллионера – можно плевать с высокой колокольни на «самцов», подзывая их пальчиком и указывая, что подать! А можно просто послать всех и заниматься своими делами – и даже вообще перестать за собой ухаживать! И сразу превратиться в чучело-мяучело! Вот тогда точно наступит свобода – в том числе и от здравого смысла!

Ногти только-только успели подсохнуть, как прозвучал сигнал домфона. На пороге стоял Степан – в яркой гавайской рубашке, шортах и с огромным букетом ромашек в руках:

– Давай, собирайся, прямо сейчас едем в одно место! – слету заявил он, передавая Вере букет.

– Куда собираться? – от неожиданности Вера так и застыла с цветами в руках.

– На пикник! Смотри, какая красота на улице! Май – лучшее время года! Что мы будем с тобой париться в квартире? Сейчас погуляем немного, выпьем вина на лоне природы, а потом вечером продолжим!

– Но подожди! – Вера слабо запротестовала. – Ты же еще ничего не видел, я хотела показать тебе квартиру!

– Успею! – Степан махнул рукой. – В Питер возвращаюсь только завтра вечером, так что времени еще достаточно. Я нашел для нас замечательное место – отдельный закрытый пляж в Строгинской пойме, я его арендовал ненадолго. Никто не помешает наслаждаться видами и почти морским воздухом!

«Странно! – Вера не знала, что и думать. – Что-то раньше за Степаном подобного природного романтизма не наблюдалось! И что бы это могло значить? Мой миленочек мечтает об острове?»

Догадка Веры насчет острова оказалось правильной. Это выяснилось сразу после того, как они загрузились в машину. В этот раз Степан пересел из «Бентли» в свой излюбленный «Геленваген» (их прибыло два: один для VIP-персоны, другой – для охраны).

– Почему-то захотелось повторить наше с тобой замечательное приключение!

– Вера с удовлетворением обнаружила, что в джипе есть непрозрачная, звукоизолирующая перегородка между задним сиденьем и водительским местом, и можно говорить свободно. – В последнее время, ты не поверишь, даже хочется туда вернуться! Отдаю тебе должное, ты не зря говорила, что это будем самым крутым воспоминанием в жизни!

Честно, Вера не могла вспомнить, говорила ли она нечто подобное, да это и не важно! Отрицать она ничего не собиралась – понятно, что Степана одолела «весенняя» ностальгия (бывает и такая – кроме «осенней» и «зимней»). Или не ностальгия, а тоска – по чему-то важному и нужному? Ведь по его же словам, там – на острове, Степан четко понимал смысл жизни – а сейчас? Сейчас он это понимает?

Вера вздохнула. А она-то? Зачем она лезет в такие философские дебри, что ей-то не нравится?

«А знаешь ли ты, Верочка, – спросила она себя, – что по всем канонам эзотерики копаться в побудительных мотивах действий того или иного человека означает неравнодушие, переходящее в зависимость? По крайней мере, так утверждают восточные гуру, и я им верю – хотя и не сильно! Поэтому, коли уж речь зашла об острове, нужно просто Степану подыграть – в конце концов, хочет человек вспомнить и снова что-то пережить – что в этом плохого?»

– А тебе? – Степан выжидательно смотрел на Веру. – Тебе не хочется снова оказаться в нашей пещере? Только уже в сопровождении катеров береговой охраны и группы спецназа для защиты от пиратов?

– Конечно, нет! – хотела крикнуть Вера, но мимолетно уловив реакцию Степана, ответила совсем противоположное. – Иногда да – очень хочется!

– Значит, ты чувствуешь то же, что и я! – Степан просиял.

«Вот тебе и раз! – Вера еще больше насторожилась. – Он совсем не в депрессии – но в несвойственном ему каком-то возвышенно-романтическом настроении! Есть смысл чуть-чуть обождать и попытаться прояснить для себя ситуацию. Что происходит?»

Степан рядом чему-то широко улыбался, а Вера встревоженно теребила ткань майки:

«Это что-то новенькое, таким я его еще не видела! Неприкрытый романтизм? На кого он направлен? Если на меня – слава богу, но сдается мне, что не только!»

Вера подавила внезапно проснувшееся желание вынести Степану приговор в неверности – а какие, собственно, у нее основания? Тем более, она кто? Невеста, жена? Нет! И вообще, почему она решила, что, возможно, у Степана кто-то появился? Может, он просто выбирает место для летнего отдыха? Опять же – вот он здесь, рядом! И вряд ли он стал бы утруждать себя какой-то игрой с ней! Олигарх – совсем не актер!

Вера даже невольно улыбнулась, вспомнив, как намучилась со Степаном на съемках в Таиланде.

– Я вижу, тебе по душе моя затея, – Степан уловил Верину улыбку. – Знаешь, я часто вспоминаю наш остров, и мне кажется, что окажись я там сейчас, то вел бы себя по-другому, например, устроил бы перестрелку с пиратами, чтобы тебя защитить!

– Ага, а я бы подавала патроны, как верный Санчо! – Вера хоть и приняла его тон, но все же, что Степан скрывает? – Но, похоже, милый, ты соскучился по приключениям?

– Да, немного! – голос Степана зазвучал глухо. – Но они меня ждут в самое ближайшее время! Предки (отец) – поставил мне условие – после окончания университета он отправляет меня в Гарвард – получать степень доктора бизнес администрирования!

* * *

Вере потребовалась вся ее выдержка и наработанное искусство владеть эмоциями, чтобы остаться спокойной.

– Надолго?

– Полный курс с зачетом предметов (за дополнительную плату) или пересдачей в процессе обучения – два с половиной года. С каникулами, конечно! Каникулы – раз в полгода, зимой и летом.

– Что ж, тоже неплохо! – Вера на миг закрыла глаза – еще не хватало расплакаться прямо в машине. Удар был сокрушительным – почти таким же, как если бы Степан прямо сейчас сообщил ей, что в ее обществе больше не нуждается! А может, это даже хуже – в случае разрыва, по крайней мере, она чувствовала бы себя свободной! – А ты будешь приезжать к родителям?

– Конечно, Вера, почему ты спрашиваешь? – Степан притянул Веру к себе и поцеловал. – Кроме того, я хотел тебе предложить отправиться со мной! Как относишься к такому предложению?

– Нет, Степа! – Вера слегка отстранилась. – Мне там не место!

Она произнесла это твердо, понимая, что вот – именно сейчас – ее жизнь снова делает крутой поворот:

– Во-первых, твои родители не одобрят! Во-вторых, я буду тебе лишней обузой – ведь студенчество – это территория свободы. В-третьих, у меня есть работа, которую я не могу бросить! Я же зарабатываю деньги – в том числе, и для твоей семьи – кто мне позволит сняться с места?

– Ну, это мы решим! – запальчиво выдохнул Степан. – Если загвоздка только в этом?..

– Да нет, Степа! – Вера почему-то была уверена в том, что говорит. – Арсений Петрович поступает очень правильно – он дает тебе возможность отстраниться, продлить беззаботную жизнь, еще раз подумать, кого ты хочешь видеть рядом с собой, и я, конечно, тебе мешать не буду!

Вера замолчала, осторожно убрав правую руку из поля зрения Степана и до боли вонзив ногти в ладонь – чтобы отвлечь внимание. Она совсем не удивилась тому, что он побледнел и отвернулся. Хотя, на что он рассчитывал? На то, что она – без роду-племени, без всякого статуса и определенности – бросит всё и помчится за ним? Чтобы стать там – кем? Но смягчить ситуацию, конечно, необходимо:

– Если ты не против, я могу время от времени к тебе прилетать! По возможности – когда Демьян отпустит!

– Понятно! – Степан с трудом выдавил из себя короткую рваную фразу и замолчал. Минут пять в салоне автомобиля ничего не происходило – но Вера физически почувствовала холодность, возникшую между ними.

Степан как будто заледенел – а Вера ничего не могла поделать. Обстоятельства были выше ее – теперь все зависит исключительно от того, как себя поведет Степан, и какие выводы он сделает!

Глава восьмая. Веселье-новоселье

Итак, новоселье!

В квартире с утра кипела работа. Вера поднялась ни свет, ни заря. Ее разбудил ранний звонок из ресторана – менеджер сообщил, что в четыре часа дня прибудут официанты и техперсонал – заниматься сервировкой и т. д. Зачем для этого нужно было звонить в восемь часов утра – совершенно неясно!

Вера чувствовала себя разбитой – плюс ко всему, радоваться не особо хотелось. Неделю назад все было по-другому. Вера наслаждалась своей новой отремонтированной квартирой, меблировкой, эксклюзивным дизайном, предвкушала праздник новоселья, предвкушала несколько дней вместе со Степаном – в общем, красота!

Неожиданный визит Степана все изменил – и особенно, известие о его скоропостижном отъезде. Вера, конечно, отреагировала – но приложила максимум усилий, чтобы остаться точно такой же, как и прежде. Наверное, ее искусству мог бы позавидовать даже Станиславский! Однако в одном она была тверда – несмотря на щедрое предложение Степана, в Америку она не поедет!

На отказ Веры Степан, похоже, насмерть обиделся. Впрочем, иного ожидать и не приходилось – хотя, по мнению Веры, он держался молодцом. Они оба старались делать вид, что ничего между ними не изменилось. Внешне все было замечательно – одинокий пляж, почти летнее солнце, домик со всеми удобствами, катер, водные лыжи и так далее.

В который уже раз Вере было продемонстрировано – абсолютно всё материальное можно решить с помощью денег! Деньги Степана умудрились даже «на природе» создать атмосферу элитного ресторана – со всеми причитающимися атрибутами: коньяком, ликерами, жаренным бараньим боком и т. д.

Они вернулись домой уже поздним вечером – легли в постель и были вместе. Утром Степан уехал и с того времени ни разу не позвонил. И Вера даже не знала, приедет он на новоселье или нет – не говоря уж о его родителях.

Что касается Арсения Петровича и Галины Французовны – их возможное присутствие на Верином новоселье ее бы не обрадовало. Она, конечно, им благодарна – как никак, они – работодатели, все, что у Веры есть сейчас – заслуга не только ее, но и их – так что, если Надомниковы появятся, Вера сделает всё, чтобы их ублажить. Однако, это именно ее праздник – пусть и с привкусом разочарования, но все же усугублять и так невеселое настроение – это лишнее!

Как часто бывает, когда хочется забыться или отвлечься, человек окунается в текучку (крайние случаи, типа непотребных алкогольных возлияний, конечно, не принимаются в расчет). Вера с головой окунулась в работу. Будь ее воля, она бы даже ночевала в студии – чтобы не тратить время на дорогу, а заодно и на вздорные мысли, которые все, как одна, сводились к следующему – и что же дальше?

А дальше, следуя логики развития событий, должно было последовать официальное уведомление Веры, что она свободна, как фанера в пролете. Это вариант номер один. Вариант номер два – очередное повторение «Собаки на сене» – так сказать, прошлый осенний вариант, перенесенный на весну-лето – и так далее на несколько лет с возможностью пролонгации. А сам Степан тем временем будет развлекаться так, как ему заблагорассудится!

– А ты, Вера, знай свое место и не вякай! Потому что – посмотри вокруг, что ты видишь? А видишь ты огромную квартиру почти в центре столицы, видишь ты сумасшедший ремонт от дизайнера, ты видишь свои фотографии везде, где ни попадя, ты видишь свои изображения на экранах мониторов озабоченных тинейджеров в качестве заставок – т. е., иными словами, ты видишь славу! А слава стоит того, чтобы засунуть свою гордость в одно место и ждать, ждать, ждать!

* * *

– Слава, конечно, стоит! Вот только жизнь на месте не стоит! – Вера бросила трубку телефона на диван, громко обматерила менеджера ресторана (нечего звонить в такую рань!) и пошла в ванную. Мысли привычно оседлали излюбленного конька (хит недели!) – что такое хорошо, что такое плохо, и почему что-то в жизни вечно идет сикось-накось? Типа, сообщающиеся сосуды – наклонил в одну сторону, левая половинка наполнилась, правая опустела, и наоборот! А когда жидкости в обеих поровну – то чёрти что получается, то ли радоваться, то ли страдать! Или просто наблюдать за усредненным уровнем восприятия действительности.

А так хочется, чтобы все было хорошо – причем все сразу! Ну почему, почему нужно чем-то жертвовать?

Уцепившись за слово «жертвовать» Вера вдруг обнаружила, что чересчур далеко зашла в своей тоске. А ведь она так гордится своей способностью отстраняться и видеть во всем только хорошее!

– Что бы вот так глупо расклеиться в день своего, можно сказать, триумфа? Нет, не дождетесь – сегодня я буду самой-самой! И никакие Надомниковы – ни младший, ни старшие – не испортят мне праздник! Все, что зависит от меня, я делаю правильно, а за других я отвечать не обязана – Степан большой мальчик, и сам определяет свой путь! Если он так решил, пусть так и будет! А что последует дальше – дальше и поглядим!

Вера немного встряхнулась, почувствовала себя лучше – впадать в крайности и жалеть себя – удел немотивированных людей. Даже и не слабых – а именно немотивированных. Им ничего не нужно, они отказываются от счастья повседневной жизни, от счастья повседневного бытия! Они – как зловонное болото, от таких нужно держаться подальше! И Вера к ним, точно, не относится.

– Решено – посвящу этот день себе любимой (сюда, без сомнения входят однозначно любимая уборка и однозначно любимый прием дорогих гостей), и, честное слово, я это заслужила! – Вера физически почувствовала, как освобождается от моральных неприятностей последних выходных (словно встряхнувшись), и ей становится легко и радостно.

– А что? Когда я вот так – осознанно, а не между делом, баловала себя в последний раз? Уже и не помню! А ведь говорят – и серьезные исследователи говорят – что без баловства не может быть привлекательности, кокетливости и сексуальности! А ведь это все мое – в конце концов, чем я еще зарабатываю? Не решением же н-мерных математических матриц!

– Но прежде всего, нужен физический тонус! – Вера намеренно чуть-чуть постояла под прохладным душем, чтобы не разомлеть, обтерлась пушистым полотенцем и заставила себя встать не беговую дорожку. И ничего страшного, что встать – после водных процедур, а не до – Вера привыкла принимать ванную пять раз в день!

* * *

Если кто-то думает, что только у одной Веры в это чудесное солнечное утро было отвратительное настроение, он ошибется. Уверены, еще как минимум у полутора миллиардов человек на земном шаре оно было примерное таким же. А может быть, даже у двух или у трех миллиардов.

Среди этих – один маленький нолик среди множества ноликов – тусил и Степан. Впрочем, он себя ноликом совсем не считал – поэтому и мы считать не будем. Да и как можно – ведь его бы деньги, славу, перспективы и даже молодость – да и всем нам! Но он не поделится. А отнять не получится – слишком хорошо охраняют.

Степан страдал – душевно. Почему-то до разговора с Верой он был на все сто уверен, что она с радостью последует за ним. И «пляжный выход» задумывался Степаном именно исходя из этой уверенности.

Твердый (тверже некуда) Верин отказ грянул, как гром среди ясного неба. В итоге праздник на двоих больше напоминал траурные мероприятия или проводы на пенсию бывшего миллионера, растратившего впустую весь капитал. Все улыбаются, делают вид, что все нормально – миллионера ценят, как и раньше, уважают, отдают почести и даже готовы целовать в одно место по три раза на дню – только это все фальшиво и наиграно. И все понимают и чувствуют фальшь – но по инерции ведут себя так, как и прежде.

«Праздник», если можно так сказать, закончился, Степан укатил обратно в Санкт-Петербург – принимать решение. Может быть, нельзя его называть так выспренно: «Решение», но с другой стороны – а как еще?

Степан чувствовал себя безнадежно обманутым. И вину возлагал именно на Веру. С мужчинами часто так – они почему-то считают, что женщина рядом является их придатком. Они, может, и не говорят об этом вслух – но тем не менее. А мужчина-олигарх – это вообще существо особенное, и его реакция на любой раздражитель непредсказуема.

Степан старался взять себя в руки. Первым его побуждением было уже в понедельник прибыть в Москву – прямо на съемочную площадку «Корта» и закатить там грандиозный скандал, вымарав Веру в грязи и толсто/тонко намекнув, что без него она никто и звать ее никак. Да – в нормальной жизни подобный поступок иначе как подлостью не назовешь, но Степан в нынешнем своем состоянии был далек от «нормальной жизни».

Его гордость была уязвлена так сильно, что если бы Вера знала, она бы не на шутку перепугалась – ее карьера и всё остальное, вытекающее, висели на волоске. Но она не догадывалась – и слава богу! Вера надеялась, что Степан сумеет понять ее логику, забывая, что там, где есть сильные чувства, места логики не всегда находится.

Что остановило Степана, мы доподлинно не знаем, но факт – утром в понедельник он проснулся и отменил поездку в столицу. Вместо желания растоптать, а то и просто задушить Веру руками, как Отелло, а потом зарезать ее (точно также, как Отелло), на него накатила страшная апатия. Он, как тень, бродил по квартире, не в силах понять, что же делать дальше, и охрана внизу до полудня ждала хозяина, чтобы отвести его туда, куда он захочет. Например, на работу.

В офис Степан ехать отказывался. Ему нужно было что-то придумать. И он думал. Где-то примерное часам к двенадцати он не придумал ничего лучшего, чем расстаться с Верой навсегда. И, конечно, по-другому он поступать не должен! Ведь если бы он согласился с доводами Веры, разве он смог бы тогда сохранить лицо? Конечно, нет! А на «нет» и суда нет – точно так же, как и свободного выбора!

Сразу после осознания невозможности быть вместе Степану сильно полегчало. В конце концов, Вера была с ним рядом достаточно, чтобы все узнали, что он – Степан – пользовался этой красавицей и умницей по своему усмотрению! В его портфолио навсегда записано, что имеет право! А почему разбежались? Да потому, что он так решил – на правах мужчины и альфа-самца!

Все остальные технические моменты были лишь только техническими. Например, ни о какой поездке на новоселье Веры речи, само собой, уже не идет! Степан точно знает, что она будет его ждать – так пусть страдает! А он?

Он просто перестанет с ней контактировать, удалит из телефонной книги в мобильнике номер ее телефона и на весь мир объявит, что снова свободен, и пусть родители подыщут ему достойную партию – ровню, а не какую-то там красотку кабаре!

* * *

Всего этого Вера не знала. Степан, хоть и принял решение на ее счет, но пока не торопился озвучить его родителям. Такие резкие перемены в его намерениях, вероятно, вызовут у них вопросы – мама сделает сочувствующее лицо, а сама втайне порадуется (хотя Степан в этом не уверен), отец искренне не поймет Степана и придет к выводу, что отныне к любым словам сына о возможной женитьбе не стоит относиться серьезно, и начнет думать, что делать с Верой в свете открывшихся новых обстоятельств. Т. е. увольнять или пока оставить – как никак, девушка зарабатывает деньги для семьи, почему бы и не попользоваться напоследок – не выжать все, что возможно!

Итак, Вера пребывала в неведении – впрочем, сердце, как говорится, не обманешь. Поэтому и настроение у нее было отвратительным! Противно ощущать себя игрушкой в чужих руках, и как еще кукловод решит поступить с куклой – вот вопрос!

– Кукла Маша, не плачь! Кукла Соня, не плачь! Или как там правильно у «Иванушек»? – Вера, согласно принятой утренней парадигме побаловать себя (а чем уборка – не баловство?), потихоньку наводила порядок в квартире и распихивала всё, что возможно, по углам.

Для общего мероприятия она определила гостиную – места много, к гостиной примыкает большая лоджия – для перекура, если кто захочет! Верина спальня – для приглашенных табу, в гардеробной им тоже делать нечего! Она закроет их на ключ, и пусть все ее многочисленные сумочки и ювелирные цацки пока полежат под замком. С этими посторонними только глаз да глаз – если что пропадет, кого потом винить?

– А для чего, вообще, нужны куклы? – Вера с удовлетворением огляделась вокруг. С утра сделано уже столько, что утверждение: «Куклы нужны для того, чтобы надраивать квартиру до блеска!» так и просится на язык:

– Вот именно, а после празднества можно кукол задвинуть в угол, как это принято у некоторых олигархов, и переключиться на новых – моложе и покрытых современным глянцем! Интересно будет, всё же, узнать, кто окажется рядом со Степаном в ближайшее время. Как в том фильме: «Сейчас мы их проверим, сейчас мы их сравним!»

Вера представила, как на левой половине разворота какого-нибудь глянцевого журнала красуется надпись: «Фаворитка Надомникова-младшего нынешняя», а на правой – «Фаворитка Надомникова-младшего, почившая в бозе» с ее – Верой – фотографией. Также на левой половине присутствует эдакий микс из Шарлиз Терон, Констанции Бонасье и обритой наголо Скарлетт Йоханссон с обозначенными размерами 90-60-90. И все это великолепие довершает цитата: «Больше никаких ошибок! Отныне я довольствуюсь только лучшим! Степан Надомников»

– Вот урод! – от возмущения Вера фыркнула, как разъяренная кошка. – Закатай губищу обратно – никогда тебе не видать лучшего, если ты такими девушками, как я, свободно разбрасываешься! Будешь всю жизнь с какой-нибудь вешалкой Нимфоманской в постели костями греметь! Она, наверное, ждет не дождется, когда ты приползешь к ней обратно – типа, от щей-борщей к гламуру и неге!

– Хотя, конечно! – в последний раз скептически осмотрев свежевымытый пол, Вера задвинула ведро в самый дальний медвежий угол и в сто сорок восьмой раз за сегодняшний день встала под душ. – Конечно, они – аристократки – могут себе позволить жить на всём готовеньком! Типа, у них есть слуги, слуги заняты готовкой и уборкой, а высшее общество может поговорить о высоком и чувственном! И еще – от высшего общества не пахнет жареной картошкой и рыбьим жиром!

* * *

Смех смехом, и можно сколько угодно иронизировать и юродствовать по поводу предчувствий отдельных личностей и даже целых крупных трудовых коллективов, но, сама того не подозревая, Вера почти попала в точку – представив, что окажется в роли «Фаворитки, почившей в бозе». Единственно, в чем она ошиблась, это в сроках!

Желание наказать Веру таки подвигло Степана всерьез задуматься, что бы такое предпринять, чтобы до этой девушки (Веры) наконец-то дошло, насколько она неправа! Будь он обыкновенным человеком, все было бы проще – громкие разборки, хлопанье дверьми и проклятия в адрес друг друга, и вуаля – всё кончено, дорогая-дорогой! И все идут в задницу – в переносном смысле слова, конечно!

Но поскольку бывшая невеста бывшему жениху не ровня, снисходить до нее с обычными разборками в стиле пролетариата – вот уж увольте! Степан поставит Веру перед фактом разрыва всенародно – и столь явно, что никаких двусмысленностей не возникнет! А где и когда можно унизить потенциальный объект унижения сильнее всего? Конечно, на долгожданном празднике, устраиваемом потенциальным объектом унижения – в частности, речь идет о новоселье Веры!

* * *

– Пожалуй, есть смысл заявиться к ней с эскорт-сопровождением! – в итоге гневных эмоциональных приливов-отливов Степан не придумал ничего лучшего, чем обратиться за помощью к банальным высокооплачиваемым проституткам и их бандершам. – Например, сразу с тремя, в пьяном виде – заскочить, произнести уничижительную речь и заняться сексом с одной из девочек прямо на балконе или в туалете!

– А что? – постепенно абсурдная мысль о длинноногих дорогих нимфах обретала жизнь и дополнялась притягательными подробностями. – Если ставится задача достигнуть максимального результата при минимальных усилиях, то лучшего пути нет! Вариант с постоянной новой пассией пока не катит, поскольку ее кандидатура зависла где-то в пространстве и времени – и не давать же объявление: «Молодому олигарху срочно требуется девушка – из приличной семьи, с желанием отправиться в Америку!»

– Посмотрим, что предлагает рынок! – Степан открыл Интернет и набрал: «Эскорт услуги для состоятельных господ!»

Браузер не замедлил откликнуться и выдал на гора множество вариантов – первыми в списке шли различные VIP и «Элит» – а особняком сбоку стояли салоны с девушками от трех тысяч долларов за сутки эскорта.

– А если не нужны сутки, а только лишь несколько часов – но с тремя? Для представительских целей, так сказать? Как насчет расценок? – ответ на этот вопрос мог дать только прямой звонок по указанным координатам.

Степан вынул из портфеля мобильный телефон (анонимность гарантирована – SIM-ка ни на кого не оформлена, а сам телефон простейший – никаких координат и прочей информации в сеть не сливает), задумчиво посмотрел на него и отложил в сторону. Безопасность не помешает, а звонок из его квартиры в бордель – неизвестно, аукнется когда-нибудь или нет! И лучше, чтоб его не было!

Степан аккуратно выписал несколько телефонных номеров с московским кодом – девочки, конечно, будут ждать его в столице. Не из Питера же их тащить! Собрался и вышел из дома.

На стоянке его ждал автомобиль с охраной – Степан загрузился в «Бентли» и приказал отвезти его на Васильевский остров. Он позвонит оттуда – может, и не ахти какая конспирация, но лишней не будет!

По дороге ему стало смешно – он катит куда-то втихаря заказывать проституток, имея рядом с собой ослепительную кинозвезду, о которой мечтают все богатеи страны! Парадокс – но тем не менее! Не он же виноват, что Вера оказалась настолько глупой, что отвергла его предложение!

«Бентли» остановился и мгновенно привлёк внимание ротозеев. Степан угрюмо глянул в окно – вот сейчас он выйдет из задней двери и один, оставив охрану сторожить машины, попрётся в ближайшую подворотню с алкашами звонить в Москву и договариваться об оплате нескольких часов эскорта за тысячи баксов? Чтобы, услышав его разговор, алкаши убили его на месте? Или потребовали выкуп водкой?

– Разворачивай! – Степан с ненавистью глянул на зажатый в руке одноразовый мобильник, и вдруг ему захотелось выбросить его. Решение привлечь к его семейным разборкам каких-то шалав сейчас казалось ему чем-то диким – о чем он потом вряд ли будет спокойно вспоминать! Хотя, с другой стороны – ведь он готовит Вере знатную пощечину, и это – самое то!

– Ладно! – Степан кинул телефон обратно в портфель. – Начнем с малого, но постепенного!

Он набрал номер отца:

– Алло, привет, пап! У нас произошли изменения по поводу субботы. Новоселья не будет, поэтому если вы собирались ехать в Москву, то все отменяется!

– Да? – в голосе Арсения Петровича звучало удивление. – А что так внезапно?

– Не знаю! – Степан придал голосу обескураженные интонации. – Только что Вера позвонила мне и сообщала, что она всё отменяет!

– Ну, ладно, хорошо! – Арсений Петрович немного помолчал. – А у вас всё нормально, не поссорились?

– Да нет, пап! С чего ты взял, что у нас должно что-то случиться?

– Да так – просто! Значит, мы никуда не едем! Ладно, приму к сведению. А мы-то собирались сделать Вере небольшой подарок, даже заказали уже! Но, как говорится, хозяин-барин, хозяйка-барыня, и баба с возу, кобыле легче! Ну, пока!

– Пока! – Степан отключился и закрыл глаза. Во рту стоял нехороший привкус – гадкое чувство только совершенной подлости пыталось вставить свое веское слово, но Степан не дал ему воли. – Увы, такова жизнь, с кем не бывает! И первый мосток уже сожжен!

А где первый, там и второй!

Степана охватило возбуждение. Мыль, гораздо более адекватная, чем обычный «эскорт» – вот она, хватай и держи! Он уткнулся в мобильник и стал судорожно листать записную книжку. Борис из Москвы! Он же ведает тамошним гламуром (конечно, не всем, но всё же!) – он обязательно подыщет ему достойных перспективных девушек, которые согласятся засветиться с самим Надомниковым – и совершенно бесплатно!

Ага – вожделенный номер!

– Привет!

– О, Степа! Какими судьбами? Вот уж не ожидал, что такая знаменитая личность соизволит снизойти до простых смертных!

– Соизволит, соизволит! – Степан иронично улыбнулся. – Скажи мне, пожалуйста, простой смертный – а есть ли у тебя на примете штучки три столичных красавиц, которых можно привлечь в качестве моих личных сопровождающих на одно мероприятие? Так сказать, для красочного и симпатичного антуража – например, брюнетку, блондинку и рыжую?

– Да есть, конечно! – Борис сделал небольшую паузу – понять, о чем ему нужно спрашивать, о чем нет, и решил, что спрашивать вообще ничего не нужно – кроме непосредственных параметров задачи. И правильно, кстати, решил:

– Имеется всё, что захочешь, и что только душа пожелает! Могу даже выслать по почте каталог – только определись со временем и вознаграждением для девушек! Хотя если состоится, например, фотосессия с последующей публикацией, даже вознаграждения не потребуется!

– Фотосессия будет точно! А денег не дам – могу, если мне они понравятся, рекомендовать знакомому редактору тиснуть фотки девочек в глянце – например, на развороте! Чем не взлет карьеры?

– Заметано, босс! Тогда жди, сориентируюсь и пришлю портфолио. Можешь мне сказать дату и время?

– Завтра, с пяти вечера до полуночи – закончим, может, раньше, может, чуть-чуть попозже, пока не знаю! Ну, и обед, развлечения – само собой, за счет фирмы!

– А это самое? – Борис неловко замолчал. – Ну, ты меня понимаешь! Если да, то небольшие презенты, все же, потребуются! И особенно, если девочки окажутся в обществе мужланов!

– Борь! Ты меня знаешь, я что, подставлять тебя собираюсь? Еще раз повторяю – специально для плохо слышащих – по слогам! Все трое – только для меня! Я приеду с ними в одно место – они будут изображать влюбленность, я буду одаривать их благосклонностью, потом – съемки для паблисити, но никакого кекса, никаких мужланов, все чинно и комфортно! Как только мероприятие закончится, они свободны – дам денег на таксо и телефончик редактора – и пусть мотают по домам. Уяснил или прислать по почте письменные инструкции?

– Ясно, ясно! – Бориса хоть и обидел тон Степана, но вида он, конечно, не показал. – Я просто хотел еще раз уточнить – ведь в нашем деле, ты же в курсе, есть конкретные категории – те, что могут, и те, что не хотят! Но те, что не хотят, обычно гораздо умнее и приятнее! И привлекательней, и породистей – чего душой кривить!

– Вот давай именно таких – и пусть оденутся прилично – об их гардеробе я заботиться не собираюсь! И пусть подучат русский язык на всякий случай – вдруг придется еще и говорить? Ну и, само собой, девочки должны быть красивыми и с изюминкой – в общем, давай варианты!

– Понял! В течение часа пришлю! Дальнейшие вводные – по пути!

– Вот именно что по пути! – Степан отключил телефон и мрачно глянул в окно. Вот он – его путь, который вдруг начал извиваться, подобно змее, и куда он его – Степана – приведет, пока не совсем понятно. – Куда-куда? А все туда же – где сияет золото, и девки пляшут у ног господина, стараясь исполнить любую его прихоть. А всё потому, что богат – и даже очень!

* * *

К назначенному времени прибыл целый рефрижератор с продуктами, следом подъехало пять официантов – с соответствующим ресторанным оборудованием (сюда входили не только стулья и столы, но и хитрые тележки с функцией подогрева, мини-холодильники, коробки со столовыми приборами и прочее, прочее, прочее).

Вере предстояло по-быстрому решить, где установить всю эту матчасть – и она, недолго думая, определила под нее одну из лоджий – благо, место позволяет, и официанты не будут мельтешить под ногами без надобности.

Столы, как и задумано, расположили в гостиной – и странно, получилось даже уютно и стильно – если здесь употребляемо это слово. И даже мебель особо сдвигать не пришлось – в технологии «Open space для гостиной от Лены» были свои преимущества!

Когда с основными приготовлениями было покончено, Вера оставила с официантов и технический персонал на попечение охранника Сережи (и его напарника – по имени Лев), а сама пошла переодеваться и краситься. Времени до прибытия гостей – кот наплакал, поэтому стоит поторопиться!

Она заранее продумала, что наденет – в этот раз, слава богу, есть и драгоценности, и одежда – и все остальное, соответствующее моменту. И не нужно ломать голову над излишне оригинальным нарядом – типа, голь на выдумки хитра! Всё достаточно просто – шикарное блестящее классическое платье в пол, туфли на каблучке, кулончик с сапфиром на шею, сапфировые же сережки в уши (между прочим, и то, и другое – подарок родителей на новоселье – и стоимостью весьма и весьма приличной!), волосы распущены и завиты – и волнами падают ниже плеч.

Немного тонального крема – самую малость, подвести глаза и наложить тени, потом помада – ну, вот и всё! Вера покружилась перед зеркалом и осталась собой довольна. Платье сидит идеально, улыбка ослепительна, макияж безупречный. Не женщина, а мечта!

– За тебя и полцарства не жалко! – Вера широко улыбнулась, показав самой себе идеально отбеленные и ровные зубы. – Как там у Ильфа с Петровым Эллочка Людоедочка: «Увидев меня, мужчины взвоют и пойдут за мной на край света!» А я еще круче! И за мной, действительно, можно куда-нибудь пойти! Или же, напротив, от меня! Как некоторые!

Вера нахмурилась. Последнее утверждение, точно, соответствует действительности – судя по демонстративному молчанию Степана.

– Мог бы, между прочим, и позвонить! Типа, обиделся насмерть – отдавай мои игрушки и не писай в мой горшок! Детский сад, честное слово! Ну почему мужчины такие собственники, кто может объяснить?

Есть вопросы, на которые человечество (лучшая ее половина) всю свою историю пытается найти ответы – но безуспешно. Вот и этот – о мужчинах – был одним из них, и Вера прекрасно понимала, что не она первая, не она последняя, и нужно просто принять, как факт, что мужчины – да, собственники.

– А вот мне интересно, что ты будешь делать, дорогая, если у него совсем снесет крышу, и он, например, заявится к тебе с какой-нибудь шмарой – типа, показать, что разрыв окончательный? Скажешь, такое невозможно – ну-ну!

Вера застыла на месте – как ни глупо с ее стороны, но, вероятно, ей нужно быть готовой к такому неординарному развитию событий – а если пронесет, слава богу!

Вера почувствовала, что готова расплакаться, но усилием воли сдержала эмоции и определила им место где-то в глубине – в любом случае, не сейчас, не на свежие тени и тональный крем!

– Плакать глупо и позорно! – она решительно стиснула зубы. – А насчет его возможной демонстративной выходки – посмотрим, кто будет смеяться последним! На этот счет у меня есть план – и, клянусь, изображать клоунессу он меня не заставит! Кстати, коли уж вспомнили о клоунах!..

Вера глянула на часы:

– Что-то акулий зад задерживается! Мальчикам и девочкам пора бы уже и объявиться!

В ответ – как будто дожидаясь, пока о них вспомнят – раздался телефонный звонок от менеджера «мальчиков и девочек». Менеджера звали Потап – молодой парень лет тридцати, веселый и жизнерадостный (что при его работе – первейшая необходимость). Потап сообщил, что машина со всем необходимым уже отправлена, будет у Веры в течение двадцати минут, и сотрудники немедленно возьмутся за подготовку (хотя и подготавливать-то особо нечего!)

* * *

Раньше «Зада» прибыли Ирка с Леной. Девчонки были расфуфырены так, будто собрались не на новоселье, а на званый бал где-нибудь в мэрии или в тронном зале при администрации самого президента. Ирка-то понятно – у нее шмотья полон воз, но и Лена не отстала – на заработанные от ремонта Вериной квартиры деньги она прилично обновила гардероб и сейчас вовсе не смотрелась серой мышью.

Девчонки, отдуваясь, втащили в квартиру коробку – это оказался ультрасовременный кофейный мультишейкер, позволяющий по усмотрению хозяина смешивать кофейные купажи по шестистам семидесяти рецептам, хранившимся в памяти шейкера. Девайс появился на рынке совсем недавно, пользовался бешеной популярностью среди крутых, и Вера, радостно вскрикнув, расцеловала девчонок.

Подарок был супер – Вера со смехом вспомнила, как на прошлый День рождения (в августе) она получила от Ирки набор антивозрастной косметики, а от Лены – плюшевого медведя. За прошедшие девять месяцев ее статус явно изменился!

Девять месяцев! Беременность материальным положением и собственной шикарной квартирой прошла успешно – за что девчонки сразу и выпили (только перетащили коробку в гардеробную комнату – ее Вера определила для хранения подарков).

Вера заранее при помощи прикомандированных официантов выставила на журнальный столик в гостиной батарею бутылок: вино – от дорогого до очень дорогого, коньяк – исключительно дорогой, шампанское – тоже (только французское), водка – полный эксклюзив. Здесь же были джины, ромы, виски, тоники, томатный и апельсиновый соки – и даже пиво (не помешает!) – не говоря о многочисленных бутылках холодной «Пепси», «Колы» и «Тархуна».

Вера, конечно, не предполагала, что гости выпьют всё и накачаются до свинячьего визга – но положение обязывало. У нее должен быть весь возможный ассортимент напитков – чтобы никто не смел утверждать, что она сэкономила на алкоголе! Бутылочки (бутылки и баночки) обошлись в приличную копеечку – плюс, Вера потратила полдня, чтобы их купить и привезти домой. А без охранников такое вообще было бы невозможно.

– Давайте пока прервемся! – Вера отстранила протянутый Иркой бокал вина. – Чуть-чуть выпили и достаточно! Мне достаточно! А вы на меня внимания не обращайте – всё, что есть в доме, к вашим услугам! Ага – кто-то пришел!

В прихожей послышались голоса – охранник открыл дверь и впустил Вериных родителей. Папа в шикарном белом костюме нес в руках не менее шикарный букет цветов – двадцать семь алых и розовых роз. Рядом улыбалась мама – она обняла Веру и трижды расцеловала:

– Какая же ты молодец! – мама оглянулась, ища, куда бы бросить сумочку, а потом отдала ее Вере. – Спрячь подальше – здесь ценные советы, как обустроить быт и приручить мужа!

Мама подмигнула:

– Девочка, ты выглядишь прекрасно! Даже и не верится, что это моя Верочка! А что, с женихом познакомишь?

– С женихом? – Вера покосилась на отца, который порывался что-то вставить в мамину трескотню. – А вы разве не в курсе, что нынче в моде свободные отношения, и сегодня они есть, а завтра – нет! Так что говорить о женихе, свадьбе и тому подобном рановато! Тем более, Степан на меня, кажется, сильно обижен, так что я даже не могу сказать, приедет он или нет. Но только это наш большой женский секрет – сама понимаешь! И обещай сегодня ничему не удивляться!

– Конечно, Верочка. Но ты меня немного расстроила. Я-то уже думала, что всё решено! Ну да ладно! Мое материнское чутье подсказывает, с личным наладится! У такой, как ты – без сомнения!

– Точно! – Вера увлекла родителей за собой – хвастаться квартирой. Ей очень хотелось присутствовать при осмотре. Но не успела она представить гостиную (мама ахала, не переставая, а отец горделиво подкручивал импозантные кавалерийские усы – отрастил совсем недавно), как приехали молодцы из «Зада», и Вера оставила родителей одних. Молодцев было четверо – и плюс две девушки, они понатаскали кучу какой-то хитрой аппаратуры – музыкальной, цветовоспроизводящей, проекционной и даже предназначенной для лазерного шоу!

Пока Вера с ними бегала, заявился Демьян с Полиной. Продюсер и помощница смотрелись органично – даром что Высоковский – низенький, слегка плешивый и полноватый, а Полина – высокая, с внешностью фотомодели и лет, эдак, на двадцать моложе своего спутника. Злые языки приписывали Демьяну и Полине не только служебные отношения – но пусть завидуют! Если по взаимному согласию, так почему нет?

Может быть поэтому, может – по иному, но Высоковский Полине доверял и скидывал на ее плечи многочисленные мелкие (и не очень) делишки, которых всегда – пруд пруди! Полина отрабатывала по полной – ее трудоспособности и деловой хватке (несмотря на обманчивую красивую внешность) мог позавидовать любой.

Высоковский и Вера горячо расцеловались – как это бывает только у режиссера и его любимой актрисы. Полина протянула Вере сначала корзину орхидей экзотической расцветки (прямо из Южной Америки!), а потом матерчатую сумочку – в сумочке кто-то топтался и тихо мурлыкал.

– Верочка, принимай нового жильца – он уже с обрезанными когтями, приученный к унитазу и очень ласковый, большая редкость для британцев! – Высоковский торжественно вынул маленького вислоухого котенка. – Прошу любить и жаловать! Марли Сорок четвертый Вюртембергский. Папа – Сорок Третий Марли, а мама – потомственная кошка Леди Хитроу невообразимо аристократических кровей. Документы все в наличии – уверен, вы полюбите друг друга!

Высоковский громко засмеялся и, увидев выходящих из кухни родителей Веры, галантно раскланялся и представил себя и Полину. Между взрослыми как-то сразу (и органично) завязалась оживленная беседа, и они гурьбой пошли по квартире – продюсер тоже был у Веры впервые. А Полина присоединилась к Ирке с Леной – им было, что обсудить, и выглядели они, как с одного поля ягоды.

Встретив и проводив следующего гостя – им оказался приглашенный корреспондент из «Тусовки» Левиафан Котельнический (Левиафан производил впечатление голубого), Вера уличила минуту и спросила у Высоковского, стоит ли ей ждать прибытия загадочной пары, которую заранее анонсировал продюсер. Оказалась, пара прибудет обязательно – пусть Вера не беспокоится!

Собственно, она и не собиралась – но мало ли! Вера, как хозяйка, должна все предусмотреть!

Глава девятая. Шум и гам

Степан ехал в Москву, как на украшенный свежими одуванчиками эшафот. Его «Бентли» сопровождало целых два «Мерседеса» – полный парадный выезд, который, конечно, никак не соответствовал настроению Степана.

Степан сидел на заднем сиденье и от нечего делать смотрел гангстерский фильм с Де Ниро и Аль Пачино. В фильме они были жутко крутыми – но до возможностей семьи Надомниковых им было очень далеко. Тем более, Надомниковы – не какие-то там голливудские мафиозо, крестные отцы в наколках по всему телу и с гангстерами в качестве телохранителей! Нет – они респектабельные уважаемые бизнесмены со связями в самых верхних эшелонах политического истеблишмента страны, и даже имеют выход на Первого! А это покруче любого Бандитто-Гангстеритто, это не только сумасшедшие деньги, но еще и спокойствие и уверенность в завтрашнем дне.

Глава семьи – Арсений Петрович – уже и забыл, когда напрямую касался темных делишек, которыми иногда грешил по молодости. Нет – он чист и светел, ако агнец божий – но только агнец при миллиардах в валюте и отечественных рублях. И у него всего лишь один наследник – Степан.

Сколько себя помнил, Степан с самого детства рос (мужал, крепчал, наливался соками) с ощущением какой-то особенной богоизбранности и защищенности. Ему было позволено всё – причем, буквально. Отец так и говорил: «Помни, твоя жизнь – это твоя жизнь, ты волен поступать так, как хочешь, волен относиться к людям, как хочешь, волен делать, что хочешь, и уезжать, куда хочешь! Я же оставляю за собой право вмешиваться, если вижу, что ты выбрал неправильный путь, или чтобы защитить тебя!»

Сообразно данной парадигме Степан и вырос. С одной стороны – донельзя избалованным и любимым, с другой – трезвым, самостоятельным и тонко чувствующим, как поступать правильно, а как нет. Он привык брать всё, что захочет, и с легкостью отказываться от всего, что ему надоело. И до самого последнего времени полагал, что так будет всегда. Ан, нет!

С Верой всё оказалось сложнее – Степан никак не мог отделаться от ощущения совершаемой им серьезной ошибки, о которой он будет впоследствии жалеть. Он загонял чувство обиды подальше, старался убедить себя, что действует исключительно правильно, но всё равно на душе было мерзко.

Что-то внутри него твердило (и упиралось изо всех сил), что Вера ни в чем не виновата, она права, она тверда в своем желании выбиться в люди, и она совсем не обязана следовать за Степаном по первому зову. Что всё, что имеет, Вера получила благодаря своему таланту и трудолюбию (ну, может быть, еще и везению, которое свело ее со Степаном), и было бы неправильно разрушать её карьеру и крушить их отношения, руководствуясь исключительно нелепым надуманным чувством, выросшим в результате мысленного диалога до размеров Джомолунгмы.

Но Степан, раз приняв решение, не хотел отступать от него ни на йоту. И действовал, исходя из этого решения.

С девушками для эскорта оказалась всё довольно просто. Борис постарался – мало того, он предложил Степану выбор: семь комплектов из блондинки-брюнетки-рыженькой:

Аглая, Анжелика, Афина;

Вероника, Василиса, Варвара;

Дарья, Диана, Доминиона;

Жанна, Женевра, Жозефина;

Кристина, Ксения, Красава;

Натали, Нелли, Нинель;

Полина, Пелевика, Петра.

Увидев список, Степан сначала растерялся и даже обалдел. Особенно от имён – Пеливики и Петры – хотя и Женевра, и Доминиона не хуже! И если Борис хотел его удивить, то у него это, безусловно, получилось!

Девушки были, как на подбор – симпатичные и даже красивые. Степан долго вглядывался в фотографии – до ряби в глазах! Потом плюнул и поступил проще – разрезал лист бумаги на семь частей, написал на каждом клочке свою букву (А, В, Д, Ж, К, Н, П) кинул бумажки в вазу, перемешал и вытянул жребий – оказались Натали, Нелли и Нинель.

– Нинель, Натали и Нелли! Не хватает Ноны и Ниагары! – Степан скомкал бумажку. – Может, дозаказать – для пущей luxury? Нет, и этих трех хватит с избытком! Три Н – почти как три К! ККК, типа!

Степан саркастически улыбнулся, представил себя великом магистром КуКлуксКлана с белым колпаком на башке, поморщился и приказал самому себе быть ближе к телу. Т. е. к делу.

Он позвонил Борису, сообщил, что согласен на Натали, Нинель и Нелли – только пусть приколют на лацканы клубных пиджаков или на отвороты вечерних платьев (он же не знает, во что девушки будут одеты) картонки со своими именами, а то он нахрен запутается!

Борис отреагировал спокойно – и даже на «картонки». Ему приходилось слышать и более экстравагантные просьбы – он только пообещал, что девушки прибудут в точности по месту и времени, и он лично проследит! Степан же разумно рассудил, что встречаться с девушками прямо у Вериного дома – совсем за гранью, и определил место рандеву – офис Бориса. Пусть «три Н» ждут его там!

* * *

В назначенный час «Бентли» остановился рядом с двухэтажным особняком на улице Верхняя Подзаборная – Борис купил это здание совсем недавно и очень им гордился. Домик был и впрямь ничего – только название улицы слегка подкачало (хотя кому что нравится – для гламура и эпатажа – вполне, вполне!)

Степан подождал, пока подскочивший охранник откроет ему дверь (наверняка, за картежом наблюдают из всех щелей – пусть знают, подъехал целый олигарх, не абы какая шелупонь!), степенно вылез, сморщился, как угорь при взгляде на камбалу – дескать, где красная ковровая дорожка – и степенно же вошел в здание.

Ему навстречу бежал Борис – раскрыв объятия и с радостной улыбкой на лице. Степан обратил внимание на цветную жизнерадостную надпись при входе:

«Мы рады девушкам,

И женщинам тоже,

Мы рады дамам

И мамам помоложе:

Незрелым

Или уже подрощенным,

Неважно —

Главное, чтоб красивыми были очень!»

Степан, хоть и был напряжен и не расположен к веселью (по крайней мере, пока), подавился смехом и ткнул в плакат:

– Ты это специально вывесил, чтоб всяк входящая понимала, куда она суется? Фраза про подрощенных не оставит никого равнодушным: «Племенные подрощенные щеночки от неизвестной суки и кобеля Васи предлагаются!»

– Да! – Борис зарделся. – Сам придумал, хочется иногда поддать перца – особенно в плохую погоду. Но сегодня как раз с погодой всё нормально!

– Ладно! – Степан хлопнул Бориса по плечу. – Я, слава богу, не девушка, чтоб со мной о погоде базлать! Веди, показывай, где твои цыпы, а заодно и кофе мне налей с коньяком – может, настроение поднимется!

* * *

К половине восьмого вечера Степан вдоволь напился кофе, тяпнул граммов двести пятьдесят «Мартеля» и решил, что уже вполне в кондиции, чтобы отправиться на новоселье. «Три Н» тоже, самой собой, были готовы, они уже сняли с себя таблички с именами – после часа общения Степан запомнил: блондинка – Натали, брюнетка – Нелли, рыженькая – Нинель. Впрочем, если он и ошибётся – девушки не обидятся! Невелика промашка!

Степан приказал охране усадить девушек в один из «Геленвагенов» – делить с ними «Бентли» он, в любом случае, не намерен! Еще минут десять заняли сборы – Степан одолжил у Бориса бутылку коньяка, лимонов, граненый авторский стакан от известного художника Аввакума Бобыря и палку сырокопченой колбасы – должен же он в дороге закусывать чем-нибудь, кроме лимонов! За колбасой последовали влажные салфетки, средство для освежения дыхания «Fresh liquid Happy» и перочинный нож (не зубами же рвать колбасу!). В общем, получилась целая корзина для пикника – собирать ровно десять минут!

По дороге к Вере Степан еще глотнул, потом еще – понятное, дело его развезло – мягкие рессоры и амортизаторы дорогущего английского коняги могли раскачать кого угодно. Тем более Степан очень редко пил – и имел личную норму промилле не слишком высокую.

От офиса Бориса до Веры было полчаса езды.

Кортеж прибыл на место, Степан, покачиваясь, выбрался из задней двери «Бентли» и дал команду построить девушек в ряд. Скептически оглядел их и махнул рукой: «Вперед!»

* * *

Так или иначе, близко ли коротко, но постепенно все гости собрались. Последними прибыли двое от Высоковского – Демьян обещал Вере сюрприз и не обманул. Прибывшими оказались модный режиссер Евгения Кольчинская и ее новый фаворит Андрей. Женя была уже знакома Вере (именно о ней и спрашивали Веру корреспонденты на вечеринке у Надомниковых), а вот Андрея она видела вживую впервые.

В модной тусовке, к которой с недавних пор принадлежала и Вера, частенько его упоминали – народ был буквально опьянен «игрой» Андрея в новом фильме Жени о психушке. Финальная версия называлась «Пять этажей тьмы» – и стоило фильму появиться на экране, он мгновенно стал культовым.

За несколько месяцев он собрал все мыслимые и немыслимые андеграунд-призы, которые только существовали в стране, а его главный герой – доктор Андрей Изольдович Корявый – стал иконой для «готов» и панков, а его реплики разошлись на цитаты.

Молниеносный взлет Андрея был сравни взлету самой Веры (и даже помощь олигархов оказалась почти идентичной) – так что им было очень интересно познакомиться друг с другом. Вере точно было интересно!

Андрей, без сомнения, производил впечатление человека очень самобытного – а рассказчик из него был на загляденье! Стоило ему начать говорить, гости Веры умолкали – в изложении Андрея любая вещь звучала исключительно непривычно, фантасмагорично и захватывающе (и воспринималась одновременно со смехом и очень серьезно!) Впрочем, о какой фантасмагории идет речь, если еще не случилось самого главного – явления Степана Надомникова народу!

* * *

– Ныряй по одному! – Степан повелительно указал на раскрывшиеся створки лифта. – Девки, не спать! Сейчас у нас – парадный выход, вводные напомнить? Вы меня любите, я вас тоже! И чтоб никто не усомнился, мать вашу! А то высеку шпицрутенами, согласно историческим наставлениям одного усатого ефрейтора!

Степана несло – и хоть язык заплетался, остальное тело, включая мозг, чувствовало себя отлично! В голову лезли восхитительные мысли, которые приходят только под воздействием качественного французского коньяка (разлитого непосредственно там – во Франции – а не в подвалах Подмосковья).

– В любом деле необходим контроль! – Степан наставительно поднял палец вверх и, убедившись, что девушки – уже в лифте, последним ступил на неверную железную внутреннюю поверхность OTISa. Все так же выпрямленным пальцем нажал кнопку Вериного этажа и удовлетворенно кивнул головой – приключение начинается!

Выгрузка из лифта напоминала загрузку – только в обратном порядке. И, конечно, сопровождалась шумом и пьяными комментариями Степана.

Завидев Степана в такой компании, Сергей (Верин секьюрити) выпучил глаза. Они с напарником стояли на площадке и вместе с остальными мордоворотами, которых набралось не меньше десятка, живо обсуждали секреты профессионального мастерства. Наверное, кто-то удивится, что и у охранников тоже имеются таковые, но поверьте – секретов нимало, и некоторым из них не грех и поучиться!

Выставив вперед рыженькую (договоримся в дальнейшем различать девушек по цвету волос, чтоб самим не запутаться!) и обняв левой рукой брюнетку за плечи, а правой блондинку за талию, Степан потребовал отворить дверь – хочет немедленно поздравить хозяйку с новосельем!

Ему открыли, он с эскортом ввалился в прихожую и нос к носу столкнулся с Вериной мамой, которая в этот момент проходила мимо:

– Здрасьте! – Степан ощерился. – Значит, так! Шли, узнали, что здесь наливают, решили – а почему бы и не зайти! Вдруг вознаградят червонцем за прочитанный стишок? А девушкам предложат руколы – они всё равно кроме ботвы ничего не употребляют!

– Здравствуйте! – мама Веры была немного ошарашена. – Подождите, я сейчас! – пискнула она и помчалась к Вере – сообщить о странном госте.

– Учитесь! – Степан повернулся сначала к блондинке, потом к брюнетке. – С одного намека понимают, что человек страдает от жажды, а его спутницы – травоядные и давно не ели крапивы! Вот вам до такого понимания – как до Парижа в позе улитке, а потому что в школе вместо того, чтобы зубрить историю и географию, по мальчикам бегали!

– И-таки нашли приличного! – из гостиной вышла Вера в сопровождении Высоковского. – Здравствуй, Степа! Я уж и не чаяла, что ты появишься! Давайте-ка, девушки, отпустите молодого человека, он нуждается в особом уходе!

Вера повелительно махнула «трем Н», но Степан только крепче сжал их в своих объятиях:

– Э, нет! Стоять! Как мои новые невесты, вы должны меня поддерживать в столь тяжелый час! – он чмокнул блондинку в щеку. – Знакомьтесь: это Сабрина! Это – Дездемона, а это – Акулина! А это, девушки, моя старая знакомая, которой иногда кажется, что она незаменима!

– Кажется, кажется! – Вера скупо улыбнулась, мимоходом обратив внимание, какими глазами смотрит на всё происходящее Высоковский, и указала на дверь в гостиную, где громко веселились гости. – Если не желаете разделяться, проходите так – попрошу освободить для вас диван, чтобы вы могли усесться все вместе!

Степан мутными глазами смотрел на нее. Первый натиск, которым он надеялся выбить Веру из равновесия, кажется, не удался – Вера не зря весь день готовилась к чему-то подобному. Внутренне она была сродни клокочущему от негодования и ярости вулкану, но внешне оставалось спокойной, улыбчивой и снисходительной.

– Отлично! – Степан соизволил отпустить блондинку и поздоровался с Высоковским за руку. – Диван – это именно то, что требовалось доказать! Ты сядешь справа (блондинка), ты – слева (брюнетка), а ты – ко мне на колени! А я буду вдыхать аромат ваших духов! СДА – за мной! А ты, нимфа, – он ткнул пальцем в Веру, – веди нас и не забудь дать пожрать!

* * *

Появление Степана с целым гуртом разноокрашенных девушек вызвало среди гостей Веры нешуточный переполох. Олигарха, как и обещала Вера, усадили на диванчик, а он, в свою очередь, усадил «невест» справа и слева от себя – и на коленки. Чем довел Веру до икоты, переходящей в истерический смех.

Как известно, смех – это последняя стадия эмоционального срыва, она следует сразу за слезами. Вера, пересилив себя, миновала этап(чик) слез – хотя ей и пришлось ненадолго уединиться в ванной комнате. Вышла она оттуда вполне довольная собой – зато количеству и качеству ругательных выражений, которыми она мысленно поносила Степана, мог позавидовать даже отягощенный долгим опытом службы прапорщик стройбата времен позднего СССР.

Степан тем временем развлекался. Первым делом он застроил официантов («Дайте краковской колбасы и коньяка литр – вы, упыри!») и находящихся в прямой видимости мальчиков из «Зада», затребовав массовое хоровое исполнение «Валенок» с битьем деревянными ложками по головам друг друга. А когда задовцы отказались, пригрозил всех кастрировать, а потом выложил перед собой тысячу баксов:

– Выбирайте! Или с деньгами – или без яиц!

Задовцы выбрали первое, невесть откуда быстро извлекли набор деревянных ложек под Хохлому и старательно тремя голосами принялись исполнять «Валенки», отрабатывая по полной. Самого низкорослого они определили в качестве барабана и периодически несильно били ему в лоб ложками – на что Степан счастливо хлопал в ладоши и заходился смехом, как ребенок.

Вера, вернувшись из ванной, застала как раз завершение эпической композиции, а заодно и корреспондентов, которые с адскими выражениями на лицах снимали всё это безобразие на мобильные телефоны. И хорошо еще, что при них не было стационарных телевизионных камер – картинка была бы обеспечена, что надо! Хотя – для создания подходящего образа и телефонов хватит:

«Наследник огромной финансово-промышленной империи, пьяный до невозможности и в обнимку с тремя девицами (ноги от ушей), развалился на диване и заставляет наемную челядь исполнять старые русские аутентичные народные песни!

Челядь старается изо всех сил – и уже почти разбила лоб от усердия!»

Наверное, Вера должна была что-то предпринять, чтобы угомонить бывшего жениха, но что? Поставьте себя на ее место – и скажите прямо, а Вам бы было не слабо? Нет, не слабо? Значит, Вы – крутые до невозможности!

Вера молча села на свое место, поочередно посмотрела на маму, папу, Высоковского, Ирку и Лену и похлопала ресницами. Взяла протянутый ей продюсером высокий бокал с шампанским и выпила до дна.

С лоджии вернулись Женя Кольчинская и Андрюша Корявый, где они долго болтали о чем-то своем и перекуривали. Изменения, произошедшие в гостиной, явно пришлись им по душе. Женя растолкала корреспондентов (они набрались смелости и стали медленно приближаться к Степану, пытаясь запечатлеть его крупным планом со всеми возможными интимными подробностями), и сама взялась за съемку – профессионально и с комментариями. Отмахнуться от таких экстравагантных сцен было выше ее сил.

А Вере не оставалось ничего иного, кроме как принять поведение Степана, как нечто само собой разумеющееся, и дожидаться, пока всё не образуется. Она сделала знак официанту, и тот подал Степану на подносе наполненный до половины коньячный стакан, а рядом – шоколад и лимоны.

Степан уже вошел в такой раж, что количество спиртного, которое он добровольно вливал в себя, не имело значения. Вот только спиртное – не вода, не чай и не кофе, чтобы его глушить без остановки. Оно имеет обыкновение заставлять хозяина иногда падать с ног – в самый неподходящий момент! Что и произошло со Степаном – ровно между «Валенками», последовавшими за ними «We are the champions» под Фредди Меркьюри и «Ели мясо мужики» от «Король и Шут» в молодости. На «мясе» Степан отрубился, а бледные от страха задовцы сгребли деньги и попадали на стулья – отдыхать. И спрятали ложки подальше.

– Недолго музыка играла, недолго фрайер танцевал! – Женя Кольчинская удовлетворенно выключила камеру. – Это, конечно, не про нас, но уж больно хорошее выражение! Сочный афоризм, подходящий моменту! Кстати, Степан – само совершенство, вы не находите?

«Совершенство» отвалилось на спинку дивана, немного покачалось туда-сюда и уронило голову на колени блондинки, где и осталось лежать. Закономерный итог вечера в исполнении Степана Надомникова!

* * *

Часы показывали два часа ночи – последние гости (Высоковский с Полиной) ушли минут сорок назад, и падающая с ног Вера отправилась в душ – смывать трудовой пот, обиду и оскорбленные в лучших чувствах чувства (которые, конечно, трудно оскорбить в чувствах, поскольку они и сами таковые, но в этот раз было именно так, и поэтому чувства чувствовали себя оскорблёнными вдвойне).

В шикарной квартире Веры остались ее родители и Ирка с Леной, которые напились до поросячьего визга (примерное, как тогда – в ночном клубе в Питере в ночь, когда Вера познакомилась со Степаном Надомниковым). Чувствуете символизм – с чего всё началось, тем всё и заканчивается! А если не чувствуете, то намекаем – символизм присутствует – факт!

Следует отдать должное подружкам Веры – держались они до последнего и попадали только после ухода продюсера с помощницей. Уж на кого, на кого, а на них можно было положиться! Тем более, никуда идти не надо – пей не хочу! Если что, у Веры есть запасные спальные места.

Естественно, звездой вечера стал Степан – и даже после вывоза его дюжими охранниками в неизвестном направлении (вероятно, домой – в Питер). А, может, в гостиницу в Москве – Вера не интересовалась. Зато она подробно повыспросила девушек – Натали, Нелли и Нинель – обо всём, изобразив перед ними «свою в доску» и усердно подливая вина. Поначалу девушки – «невесты Степана» – крепились и ничего не хотели говорить конкретно, но потом сдались.

Они рассказали Вере о конкурсе, о портфолио, которое Борис отправил Степану, о чётких инструкциях, данных «Трём Н» – и так далее. О том, что им обещали награду за участие в презентации, и что они сами были ни сном, ни духом, куда их везут, и в какой компании они окажутся в итоге.

Вера беседовала с ними наедине – и осталась довольна своей предусмотрительностью. Вероятно, алчные до сенсаций журналюги многое бы отдали за возможность «погреть» уши – но сохранять секретность было в общих интересах – и девушек, и самой Веры.

А журналюги? Им и так хватит материала сверх меры – Вера была уверена, видео и фото с ее новоселья уже завтра появятся в журналах и газетках типа «Желтушка» – с соответствующими комментариями:

«Корыто судьбы снова дало течь! Вера Штольц идет ко дну!»

«Пьяный жених наставил рога прошлой невесте в день ее новоселья! И заодно пообещал отнять всю недвижимость!»

«После такого намёка даже овце понятно, идти лесом нужно – и незамедлительно!»

«Прощайте образцовые отношения – молодой олигарх меняет одну на трех – пусть и уступающих по красоте, зато превосходящих по массе!»

«И что теперь скажет новомодная старлетка? Не ухватишь бога за бороду, не ухватишь!»

«Мужчина всегда прав! По всему видно, в постели она – стиральная доска, а на работе – чисто дворник!» и т. д.

– В постели – стиральная доска! – Вера представила, как смотрит на подобный заголовок, и зашлась от смеха. – Это с моими-то формами, от которых у мужиков крышу сносит!

Напоследок она облилась холодной водой, накинула халатик и пошла навестить Ирку и Лену, которых уложили на пол – на огромную надувную кровать – предварительно раздев и накрыв пледами. У подружек всё было хорошо – они спали в обнимку друг с другом – в пьяном довольстве. Теперь оставалось только успокоить маму, сгрузить тарелки и прочий фарфор в посудомоечную машину – и спать! И пусть Вере приснятся розовые сны!

Глава десятая. На горной дороге

– Мотор! – Высоковский кивнул оператору, и камера заработала.

Вера профессионально перекатились по земле, умудрившись не выпустить автомат из рук, и замерла за толстым стволом дерева.

– Стоп, снято! – режиссер поднялся с кресла. – Ну вот, и денек прошел! Продуктивно, нужно заметить! Вера, давай разоблачайся – поедем посидим где-нибудь, чайку похлебаем! Я знаю здесь недалеко одну замечательную кафешку – там повар такой чай делает! У-ууу! Пальчики оближешь!

Вера устало кивнула. Чай – это хорошо! Тонизирует – следовательно, настраивает на положительный лад! И, кроме того, за чаем можно неспешно поговорить, а можно и просто уютно помолчать – с Высоковским у Веры получалось. Они иногда ужинали вместе – продюсер рассказывал что-то интересное, а Вера отдыха душой.

С момента странного праздника новоселья прошло два с половиной месяца – на дворе стоял август, начало. В конце мая Высоковский наконец созрел и официально предложил Вере новую роль в полноценном боевике – русском «Солдат Джейн».

Как потом выяснилось, кроме Веры он рассматривал несколько вариантов – никак не мог выбрать из множества претенденток. Продюсер решил остановиться на Вере только после разговора со Скворцовым – Тимофей Иванович подробно доложил ему, чем Вера уже на протяжении нескольких месяцев занимается с Настей – инструктором спецназа.

Высоковскому стало интересно, чему же она факультативно научилась – он пригласил ее в тир «Свирепый боевой зомби» и устроил экзамен – выложив перед ней несколько образцов оружия и предложив разобрать и собрать винтовки, автоматы и пистолеты. Вера справилась на «отлично» – у менеджера тира (из бывших десантников) даже глаза на лоб полезли от удивления.

После тира Высоковский повез Веру в спортивный комплекс – на полосу препятствий – она справились и там. Конечно, Вера не показала скорость прохождения полосы на уровне мастера спорта международного класса (и на уровне первого взрослого разряда тоже), но продемонстрировала вполне сносную технику владения телом и специфическими приемами – а большего от нее и не требовалось.

На третье (первое, второе, компот) вместо компота Веру ждала парочка накачанных девушек – ей был предложен дружеский спарринг. Продюсер решил, что коль речь идет о полноценном экзамене – он должен точно знать, на что Вера способна, на что нет.

Высоковский даже и представить не мог, что Вера с легкостью одолеет девушек! После Насти с ее зубодробительными приемами, спарринг-партнерши показались Вере безобиднее детского утренника с Морозом и спутницей-трезвенницей Снегуркой. Хотя они очень старались – и продюсер за них болел! Да, именно так! А потому что нельзя быть красивой и незаменимой такой.

Впрочем, всё это лирика (насчет «красивой» и «незаменимой»), и профессионалы всегда выбирают лучшее. Поскольку Высоковский считал себя серьезным профессионалом (и таковым являлся), Вера – в его глазах – победила в честной борьбе, и поэтому роль по праву отошла к ней.

В данном конкретном случае протекция, как таковая, полностью отсутствовала – еще один плюс! Не придется заводить долгие и нудные отношения с очередным папиком, который обязательно засунет нос не в свое дело – как когда-то было (и всё еще пока остается) с Надомниковым в «Корте».


Новый фильм Высоковского – его собственный единоличный проект, без сторонних инвесторов. Точно по канонам: ФИЛЬМ ДЕМЬЯНА ВЫСОКОВСКОГО! А любой учебник выдаст справку: ФИЛЬМ ТОГО-ТО И ТОГО-ТО означает, что этот КТО-ТО является автором сценария, режиссером и продюсером в одном лице.

Высоковский чувствовал – он полностью созрел для самостоятельной работы и может взять все риски на себя. И выбор актрисы на главную роль важен, как никогда. Деньги можно сделать, только поставив на правильную, раскрученную и востребованную лошадку. Которая способна не только оживить, заставить играть яркими красками рулоны пленки, но и одним только своим именем привлечь в кинотеатр поклонников и поклонниц.

В этом плане с Верой мало кто мог сейчас сравниться. Девушка вышла на пик популярности – и режиссер собирался сделать с ее помощью большие деньги. А если результат будет успешным – Вере было заявлено – она получит долю с превышающих определенную сумму доходов! Что, конечно, для такой молодой актрисы – немыслимое, невообразимое предложение!

В дополнение ко всему перечисленному, Высоковским двигало желание сэкономить – получить максимум отдачи при минимуме затрат. А что такое минимум затрат при съемках фильма – при вычете расходов на декорации, на костюмы, на пейзажные сцены, гонорары и т. д.? Это способность актеров отрабатывать эпизоды с первого раза, экономя время (и ту же самую пленку), экономя труд гримеров, операторов, всей съемочной команды.

Вера, как никто другой, могла работать эффективно – продюсер знал все ее сильные и слабые стороны, они вместе были отличной сцепкой режиссер-актриса, и КПД от их совместного проекта мог быть очень высок. И, тщательно взвесив «за» и «против», Высокоский с головой окунулся в собственный проект – оповестив телевизионную общественность, что новый сезон «Корта» будет представлен, как и положено, в новом сезоне.

* * *

Предложение Высоковского стало для Веры еще одной ступенькой в карьере – особенно актуальной именно сейчас – в момент разрыва отношений со Степаном Надомниковым. Как и их знакомство, разрыв оказался фееричным и привлек так много внимания, что Вера не знала, куда бы спрятаться, чтобы в нее не тыкали пальцем.

Да, ей казалось, что в нее тычут пальцами все подряд – хотя, конечно, это было совсем не так. «Тыкали» только те, кому по профилю работы положено «рубить капусту», раскручивая скандалы и смакуя аппетитные подробности.

Первую неделю после новоселья Вера боялась заходить в Интернет и смотреть светские новости по телевизору – там с удовольствием перемывали косточки и ей, и Степану. Она приходила с утра на работу сама не своя – зато Высоковский сиял, как начищенный медный пятак, прекрасно понимая, что такая реклама дорогого стоит.

А что же до мрачного настроения Веры – оно оказалось очень кстати. В последних трех сериях первого сезона «Корта» по сценарию Вера узнаёт, что у ее любимого тренера – тяжелая неизлечимая болезнь, спасти его никто не может, и жизни ему осталось всего ничего. Вера страдает, ее постигает вселенская меланхолия и трагизм, именная теннисная ракетка от спонсора вываливается из рук прямо посреди тренировки, и мячик не желает лететь в цель, постоянно норовя вернуться обратно, срикошетив точно Вере под короткую беленькую юбку.

На съемки трагических сериальных страстей ушло две недели – за этот период Вера оклемалась, перестала зацикливаться на печальных мыслях и вновь начала широко и беззаботно улыбаться. Она сделала вывод, что, может, так даже и лучше – жена олигарха – это, конечно, хорошо, но только при условии, что у жены не отбирают свободу действий! И не заставляют вечно следовать за мужем и потакать его прихотям, не имея права подать голос.

«В общем и целом, каждый проект имеет как начало, так и конец!» – с целью мощного аутотренинга Вера самолично изготовила раскрашенный всеми цветами радуги длинный плакат и подвесила его в прихожей – чтобы по возвращению домой сразу настраивать себя на веселый оптимистичный лад. Ведь если воспринимать, допустим, их отношения, как проект, то нельзя не признать его удачным. «Коммерческий выхлоп» таков, что позавидует даже весьма состоятельный миллионер – и даже владелец нескольких бензоколонок под брендом «Бензин вам в бак!»

Смех смехом, но плакат помог, и вскоре был заменен новым: «Я должна быть такой притягательной, чтобы тот, кто отказался от меня, скрипел зубами, увидев меня по телевизору, и бросался на стену от ощущения, что он – полный козел! А еще – идиот!»

Может быть, литературный стиль плаката отличался от высокого пушкинского слога, но зато точно отражал мысль – Вере нужно собраться, перестать киснуть, как квашеная капуста, и настроиться на карьеру. Настроиться на съемки в новом фильме – и на безбрежные горизонты, которые он открывает. Ведь – Вера знала это без всяких сомнений – даже если сама картина не соберет планируемого количества денег, но Вера сыграет «на отлично», далее последуют новые предложения! Обязательно последуют!

А вскоре начались и сами съемки. Работа над новой ролью потребовала от Веры не просто полной отдачи, а напряжения всех физических сил (намного большего, чем в «Корте»). Во-первых, блокбастер почти не предусматривал павильонных съемок – «Высоковский и его команда» (правда, похоже на «Тимур и его команда»?) загрузились в скорый поезд и двинули на юг – ближе к горам, голубому безоблачному небу и горячим кавказским хлопцам, перекрашенным в арабских головорезов из страшной запрещенной террористической организации.

Вместе с продюсером, актерами и техническим персоналом отправился и внушительный отряд охраны во главе с Тимофеем (бойцы с лицензией на ношение оружия и настоящими «Калашами» и прочей военной амуницией) – на случай, если горцы решат, что с московскими киношниками можно излишние нетрадиционные шутки шутить!

На месте их уже ждала съемочная аппаратура – несколько кунгов с осветительными и звуковыми приборами, стационарными кинокамерами, имуществом и реквизитом актеров и каскадеров, дизель-генератором, огромной бочкой с солярой – в общем, со всем тем, без чего невозможны съемки даже самого простенького фильма. Кунги были доставлены из Москвы заранее – тремя личными тягачами Высоковского (продюсер, помимо всего прочего, владел на паях серьезной логистической компанией).

Демьян дал всем сутки на отдых и акклиматизацию, (охране – на обустройство периметра, чтобы любопытные чужаки не сильно отвлекали команду от дела), а на следующий день понеслось! Сначала Вере срезали под корень ее шикарные ухоженные ногти и (о, господи!) укоротили волосы – не сильно, но тем не менее, где-то наполовину. Вера, взглянув на себя в зеркало, чуть не расплакалась. На что продюсер, смеясь, заметил, что пусть радуется, что не остригли ее налысо, как ту же Деми Мур! И тут же добавил, что уж от хаки Вера не спасется! И пусть теперь привыкает!

Вера со вздохом глубокого сожаления запрятала подальше сережки-брошки, юбочки-блузочки, сандалики-шортики (до момента возвращения в Москву в ее распоряжении лишь два вида одежды – камуфляж и спортивные костюмы с бейсболками). Прагматичность и целесообразность – и никакой комар не прокусит суровую ткань!

Следующий шаг – подбор хаки!

Хаки – штаны (брюки), майка и несколько видов курток – различных фасонов, с многочисленными карманами, пуговицами и липучками. И обязательно – с хлопковым подворотничком, чтобы не натирать шею.

Форму требовалось подогнать по фигуре – демонстрировать сексуальность Веры входило в планы Высоковского наравне со сценами взрывов, перестрелок и кровавой поножовщины.

Подгонкой камуфляжа занялся штатный портной группы (и по совместительству – дизайнер костюмов). Продюсер считал его мастером своего дела – и не зря! В руках портного (Юрия Михайловича Шнепердзона) хаки изменилось до неузнаваемости. Вера смотрелась в нем как секси-красотка где-нибудь на выставке мод или в составе команды поддержки баскетбольного клуба высокого уровня. Что и требовалось доказать!

Увидев подопечную в новом сценическом образе (в хаки made in Shneperdzon and Co), Высоковский удовлетворенно хмыкнул – что в его исполнении означало изрядную степень довольства. Он внимательно осмотрел Веру и сзади, и спереди, заставил наклониться и постоять так несколько минут (да-да, а вы думали!), заглянул и снизу, и сверху, выбирая, с каких ракурсов лучше всего форма ложится в кадр, и записал все показания в свой фирменный режиссерский блокнот.

В профессии режиссера – масса тонкостей! Иначе и быть не может – поскольку режиссер – тот же самый художник, только оперирует он не кистью или же гусиным пером, а цифровой аппаратурой и актерами, гоняя их в шею и заставляя исполнять его – хозяина съемочной площадки – волю. А настоящий художник всегда ценит нюансы – именно опираясь на них, он создает своё великолепное творение! Поэтому Высоковский и старался ничего не упустить, всё просчитать и продумать!

На следующее утро начались съемки – и жизнь Веры превратилась в одно нескончаемое ползание по земле, кувырки, прыжки, ужимки с автоматом/пулеметом/гранатометом. Превратилась в крупные планы ее перемазанного грязью лица и глаз, которые излучали попеременно то бешенство, то непреклонность, то волю к победе, а то и лихое пренебрежение смертью. Превратилась… Впрочем, у каждого своя работа – и Вера не жаловалась!

* * *

– Чай – это хорошо! – Вера заползла в вагончик и сбросила с себя ненавистный камуфляж. Встала под «душ отпускника» (на крыше вагончика установили бак с водой, которая нагревалась от солнечных лучей) – вода была немного теплой, но не более того!

– Где ты, моя любимая ванна? – Вера быстро вымылась, стараясь не стучать громко зубами, и завернулась в полотенце. Вышла из душа, отыскала взглядом Опричника (британского кота голубых кровей, который уже неплохо вырос), насыпала ему сухого корма в блюдце и налила молочка из-под коровки (им съемочную группу снабжали местные фермеры).

– Иди рубай! – Вера легонько ткнула Опричника пальцем в мягкий бок. Тот придушено мявкнул, вытянул вперед лапы с обрезанными когтями, попытался вцепиться ими в толстый шерстяной плед, но ничего не получилось.

– Вот так-то, котейка! – Вера подсунула ему игрушечную мышь из мягкого поролона. – Остаешься один! Хозяйка уходит пить чай с продюсером – так что будь умницей, мышь не рви и на пол не гадь! А то приду и задам тебе перца, можешь в этом не сомневаться!

Опричник навострил уши и, как показалось Вере, согласно кивнул головой – дескать: «Иди и будь спок – всё будет ОК!» Порода сказывалась – кот был умен до чрезвычайности (так же как и пушист), хозяйку любил и с удовольствием давал себя потискать. Вера быстро полюбила его – такое очаровательно живое существо! И даже иногда думала – насколько проще с вислоухим котиком, чем с олигархом под боком. Котика покормил, почесал – вот он и доволен! А с олигархом – попробуй разберись, что у него на уме!

Однако пора выходить – продюсер, хоть и не олигарх (только стремится), но всё же заставлять ждать его – смертельный номер! Вера натянула свитер и джинсы – вечером в предгорьях в августе уже нежарко – кроме того, гнус стремится прогрызть дыру в любой удачно подвернувшейся человеческой коже. Наскоро подсушившись и причесав влажные волосы, Вера отработанными движениями навела легкий макияж – последний штрих – и на выход!

Продюсер уже стоял возле джипа Toyota Land Cruiser – вместе с тремя вооруженными до зубов (и в бронежилетах) охранниками и водителем. Джип был модифицированным – семиместным, так что влезли все. Только так (под охраной) Вера и могла покинуть окрестности лагеря – и никак иначе. Тутошние горячие горцы были совсем не прочь поближе познакомиться с блондинкой-кинозвездой, и какие у них в процессе знакомства возникнут желания, вряд ли можно было предугадать. Хотя, что предугадывать – и так всё понятно!

– Давай, Саня, двигай к Араму! – Высоковский захлопнул дверь и развалился на диване. – Я уже позвонил ему и предупредил, что мы приедем – специально для дорогих гостей хозяин обещал закрыть лавочку на вечер – имеем возможность поговорить и расслабиться спокойно! И кстати!

Высоковский вынул из внутреннего кармана куртки небольшую книжечку в кожаной обложке и перелистал несколько страниц.

– Кстати, Верочка, история пития чая на Кавказе весьма интересна. Кавказцы, как и все, пьют черный, зеленый и травяные чаи – но со своими особенностями.

Например, черкесы употребляют чай с молоком на манер калмыцкого или ногайского, а также травяной – приготовленный из древесины шиповника или особой травы, собираемой на горных лугах.

Адыги любому чаю предпочитают зеленый, причем готовят его с молоком, солью и перцем. А к чаю подают местные блюда – ты вот слышала о лакумах или чупеках? Не слышала – тогда запомни название и на досуге полистай Интернет. Но, как известно, свет на подобной экзотике клином не сошелся, поэтому вместе с чаем употребляют и масло, и сыр, и мёд.

Вера представила, как ей наливают чаёк с кобыльим молочком, и ей стало немножко не по себе.

А Высоковский тем временем громко прочитал:

– Чай плиточный – пять граммов. Молоко коровье – сто пять граммов. Вода – пятьдесят граммов. Сметана – пятьдесят граммов. Соль поваренная ноль целых, одна десятая грамма. Перец (черный горошек) – один грамм. Гвоздика – ноль целых одна десятая грамма. А если ко всему этому великолепию добавить еще два по пятьдесят коньячка (или водочки), то всё вообще будет тип-топ! На полном серьезе – захочется танцевать хип-хоп!

– А можно без хип-хопа? – жалобно спросила Вера.

– Можно! – Высоковский громко рассмеялся. – Чтоб тебя не нервировать, расскажу веселый анекдот.


Чай и пудинг беседуют между собой:

– Что у нас сегодня к обеду?

– Как обычно, англичане!


– Или вот еще!


Сидят в кафе два физика, чай пьют. Мимо проходит шикарная дама. Один физик говорит другому, глядя ей вслед:

– Ты смотри, какое интересное сочетание атомов!


Вера улыбнулась – чувство юмора у Высоковского было точно таким же, как и всё остальное. Яркая творческая личность, умеющая воспламенять и заражать оптимизмом всех вокруг себя! Но и, безусловно, человек настроения – если попадет вожжа под хвост – берегись, простой люд!

– Да, да, Вера! – Высоковский между делом указал водителю, куда сворачивать. – Ты вот смеешься, а не знаешь, что я в свое время специально учился на тамаду – давно, еще во времена Советского Союза! Тогда я и представить не мог, что буду ездить с охраной в роскошном крутом джипе и иметь всё, что пожелаю! И кого пожелаю – в переносном смысле слова конечно! Т. е. иметь рядом с собой! Выходим, приехали!

Машина остановилась рядом с кафе – на пороге их уже поджидал улыбчивый хозяин – Арам. Он проводил Высоковского и Веру внутрь, усадил на ковры перед роскошным дастарханом, уставленным чаем и сладостями:

– Кушайте, не буду вам мешать!

– Э, нет! – Высоковский попридержал хозяина. – Давай и ты с нами! За мой счет! Мы у тебя в долгу за оказанную нам честь, а долг платежом красен! И нечасто имеешь возможность спокойно поговорить с мудрым человеком! Присоединяйся!

* * *

Два часа пролетели незаметно – Вера почти всё время молчала, слушая, о чем говорят мужчины, и наслаждаясь чаем (он оказался превосходным – и без всякого кобыльего, верблюжьего или еще какого молока!)

Вере было хорошо – тепло и уютно. Двигаться не хотелось совершенно, и она, наверное, могла бы просидеть на ковре еще долго, но Высоковский, взглянув на часы и расплатившись, скомандовал на выход.

– Не хочешь немного прогуляться по горной дороге? – предложил он Вере. – А джип поедет за нами, освещая фарами путь! Игра теней в горах – это нечто! Преломляются так же причудливо, как и наша жизнь!

На Вере были надеты кроссовки – после сидения в чайной ноги слегка затекли – поэтому Вера с радостью согласилась.

– Да, жизнь! – продюсер вынул из багажника «палки-ходилки», как он их называл (похожие на лыжные, только с тупыми концами), и бодро зашагал вперед. – Я не зря рассказал тебе о тамаде Высоковском!

Мы предполагаем одно, имеем другое! И радуемся, если это другое – лучше наших ожиданий! Грустим – если хуже! Обычно так и бывает – хуже! А наверх пробиваются единицы! И почти всегда – случайно! Вот скажи мне, девочка, если бы год назад кто-нибудь открыл тебе тайну: «Ты станешь кинозведой и одной из самых желанных женщин страны!», ты бы ему поверила?

Вера усмехнулась:

– Конечно, нет!

– Именно! Удача – дивная птица, никто не знает, где она живет, и каким образом подманить её! За удачей охотятся, удачу пестуют! Ее лелеют! Про одного человека можно сказать, что он удачлив, про другого – нельзя. Этот – последний – никому не интересен, от него шарахаются, как черт от ладана! В противовес – счастливчик купается во внимании окружающих, он востребован и моден! И, кстати, может быть одновременно не слишком умён!

Ум – понятие хоть и конкретное, но в то же время очень относительное! Для чего нужен ум – решать уравнения или же для того, чтобы превратить внезапную удачу в нечто стабильное, в нечто прочное, на что можно опереться в дальнейшем? Мне кажется, второе!

Высоковский остановился и задрал голову вверх:

– Звезды светят так, что, кажется, можно достать рукой! В древности считалось, что звезды – это души людей или светильники богов! Или же небесные самоцветы, которые, обязательно, если хорошо попросить, упадут вниз и принесут страждущим богатство. А потом пришли скучные ученые и объяснили, что на самом деле это не самоцветы и не души – а огромные газовые шары, расстояние до которых столь велико, что мы даже и вообразить не можем!

Обрати внимание – вон та звездочка – это Сириус! Очень близкая к нам звезда – до нее чуть больше восьми световых лет! И очень молодая – немногим старше двухсот миллионов лет. Одна из самых ярких звезд на ночном небе – несмотря на молодость! Да, к чему это я?

Продюсер оторвался от созерцания неба и перевел взгляд на Веру:

– А к тому, что неважно, сколько тебе лет и какой у тебя опыт – если ты рожден светить, так и будет! Плохо одно – нечасто звезды загораются без посторонней помощи! Для «поджога» – хе-хе! – существуют продюсеры и режиссеры. И богатые люди, спонсоры и меценаты, которые двигают своих протеже! Ну точно, как в случае с тобой! Кстати, ты давно общалась со Степаном?

Вера неслышно вздохнула. Она не сомневалась – прогулка затеяна именно для этого разговора. Вера готовилась к нему еще с мая и иногда удивлялась, почему же никто ее ни о чем не спрашивает. Но вот время и настало.

– Давно – уже больше двух месяцев прошло! – Вера постаралась, чтобы ее голос звучал мягко, но с оттенком некоторой холодности и равнодушия. Но провести Высоковского ей не удалось.

– Можешь не притворяться! – Демьян широко улыбнулся. – Ты – замечательная актриса и с легкостью можешь перебирать эмоции по своему усмотрению, можешь заставить неискушенного зрителя поверить в искренность твоей игры, но меня ты не проведешь! Я ведь изучил тебя вдоль и поперек – поэтому не сомневаюсь, тебе больно!

– Да! – Вера кивнула и отвернулась – чтобы Высоковский не увидел слезы в ее глазах!

Они чуть-чуть помолчали, а затем продюсер неторопливо двинулся вперед. Вера – за ним следом.

– Я недавно имел беседу с Арсением Петровичем! – Высоковский снова заговорил. – Только это между нами, так – небольшая сплетня для поддержания разговора. И уверен, ты никому не скажешь, что я сплетник!

– Да Вы что? – Вера взмахнула руками. – Могила!

– Слава богу, о могиле думать еще рано! – продюсер громко засмеялся. – Так вот – мы с ним сидели в ресторане и обсуждали насущные проблемы. Если ты помнишь – я на полдня летал в Питер пару недель назад – вот именно в это время и встречались. Мне показалось, что Арсений Петрович сильно недоволен Степаном – очень сильно! Конечно, ничего конкретного он не говорил, но по отдельным выражениям и мимике человека я многое способен понять! Я – прирожденный физиономист и всё еще нахожусь в процессе совершенства мастерства. Да, в процессе!

Вера знала это качество характера Высоковского – при всей сдержанности иногда его так и распирало похвастаться чем-нибудь. И особенно, если это «что-то» – некой изюминкой.

– Твоё новоселье не осталось незамеченным! Ты, наверное, читала! – продюсер широко улыбнулся. – Статейки были на загляденье – и видео соответствующее. И главное – если мне и Арсению Петровичу удалось убедить журналюг, бывших у тебя в гостях, не пихать жареные факты в свои газетенки и не сливать в сеть, то с Женей Кольчинской переговорить не успели! Она девушка резвая и, кроме того, воздействовать на нее мы не можем!

И уж она постаралась! Ролик со Степаном вышел отменный – общество веселилось не на шутку! Одна половина общества веселилась – меньшая. Зато вторая (большая) исходила лютым бешенством – особенно небогатые слои населения. Но мы их, конечно, за это не осудим – нужно было Степану вести себя скромнее! И могу представить, как столь бурное обсуждение сына в сети воспринял Арсений Петрович! В данном конкретном случае не хотел бы я оказаться на его месте!

– Впрочем! – Высоковский запнулся на полуслове – словно осознав, что сболтнул лишнее. Хотя Вера прекрасно понимала, что это не так – продюсер всегда говорил взвешенно и осознанно. И тем более – на такую щекотливую тему. – Впрочем, для Степана всё более-менее обошлось – Арсений Петрович просто ускорил его отъезд в Америку – осмотреться и охладить боевой пыл! И сделал вывод насчет тебя!

Высоковский взглянул на помертвевшую от страха Веру и рассмеялся:

– Да не бойся ты так! Речь не идет о чем-то страшном и ужасном! И я бы давно уже оповестил тебя о задумке Надомникова-старшего, если бы твердо был уверен, что потянешь – без ущерба для общего дела!

– А что именно предлагает мне Арсений Петрович? – осторожно спросила Вера. И скрестила пальцы: «Надеюсь, не себя лично взамен наследника – в качестве пожившего и всё понимающего папика!»

– Работу! Интересную, но трудную работу!

– Взамен той, что я имею сейчас? – Вере захотелось лягнуть Высоковского в пах каблуком – ну, что он тянет?!!!!!!!!!!!!! Мог бы говорить и поконкретнее! Но она подавила первый порыв и заставила себя улыбнуться – и даже без иронии или сарказма!

– Нет, не взамен, потому что – кто тебя отпустит? – Высоковский посмотрел ей прямо в глаза. – Дополнительно! И, если тебе интересно, именно по этому поводу мы встречались. Я ведь твой основной и пока единственный работодатель – и любое предложение работы должно согласовываться со мной! Если ты, конечно, не намереваешься сбежать!

– Не намереваюсь! Я что – дура набитая?

– Приятно слышать! – промурлыкал Высоковский. – Более конкретного ответа трудно получить! А теперь непосредственно о предложении!

Вера затаила дыхание.

– Если ты его примешь, тебе придется забыть о выходных! Ну, или почти забыть – зато сразу станешь фигурой публичной и заметной не только в кино или в сериалах. Готова?

– Да! – Вера решительно кивнула.

– Хорошо! Арсений Петрович очень сильно заинтересован в продвижении своих коммерческих проектов – однако это возможно только при наличии определенного влияния на власть имущих. У нас в стране чиновники столь же влиятельны, как и сверхбогатые люди – и часто могут решить нерешаемую проблему (если таковая возникнет!). Чтобы выйти на чиновников – в том числе и крупных, политических – нужны связи. А кто может похвастаться самыми наработанными связями? Люди, которые свои в доску в политической тусовке. И вопросов об их пребывании рядом с политиками ни у кого не возникает! Например – политологи, политические журналисты и т. д.

Так вот – у Арсения Петровича возникла грандиозная идея (и как она мне раньше не пришла в голову?) Он хочет одним махом убить сразу двух зайцев – внедрить своего заметного человека в политический бомонд и, кроме связей, еще и заработать на этом денег! И решение – изящно и оригинально!

Высоковский остановился, набрал в легкие воздуха и триумфально произнес:

– Он задумал создать первое в России политическое ток-шоу, ориентированное исключительно на женщин! Представляешь! Задача грандиозная – поскольку женщинам политика не интересна. Но если вдруг получится – первопроходца ожидает феерический успех! И Арсений Петрович приглашает тебя на позицию создателя, креативного директора и ведущего шоу! Как?

– Ух ты! – когда смысл предложения Надомникова-старшего дошел до Веры, она даже открыла рот. – Круто! А у меня получится?

– Тебе виднее! – Высоковский подмигнул Вере. – Судя по твоему лицу, я уже предполагаю, каким будет ответ! Положительным!

Вера коротко дернула головой и закрыла глаза. С ней случилось внезапное головокружение, и екнуло в груди: «Господи, во что я ввязываюсь!»

– Я так и думал! – продюсер почти ласково смотрел на Веру. – Всегда говорил, что решительности в тебе, как у мачо мужеского рода! Тогда слушай, как мы поступим…

Они шли по дороге и говорили – и сверху на них смотрел тот самый Сириус – горячая молодая звезда, светимостью в десятки раз сильнее Солнца. И, может быть, Сириус даже мечтал о чем-то своем, но разве можно разгадать мысли звезды?


Конец.


МОСКВА 2015


home | my bookshelf | | Водовороты |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 1
Средний рейтинг 1.0 из 5



Оцените эту книгу